Дурочка - Ульяна Островская

Шепнула им:

– Поклон комиссии.

Вся шеренга поклонилась, поклон «кот в сапогах» волей-неволей показал в танце несколько раз.

А я, разумеется, реверанс.

И мы застыли в ожидании.

Первым захлопал в ладоши тот знакомый дядька в шпорах, махнув рукой, чтобы я поднималась, а потом уж комиссия присоединилась к аплодисментам.

– Всем спасибо, – медленно сказал совсем пожилой господин, явно аристократ и главный среди комиссии, – далее приводите себя в порядок, переодевайтесь, вас проводят на легкий перекус, а мы подведем итоги нашего знакомства.

Если кто-то из парней и подумал, что будущих школяров сразу отпустят, то был очень неправ.

Нам объявили: теперь бегом три раза вокруг сада, а сами поднялись на веранду и посматривали на нас сверху. Туда-сюда сновали слуги с подносами, комиссия что-то живенько обсуждала, поедая вкусняшки и готовясь к основному блюду, а мы бежали и бежали без остановок. Пересчитать по головам нас очень легко, в саду больше кустарников, чем деревьев.

Это как же правильно, что я дома тренировалась! Моя Санька была раз в пять, наверное, сильнее и выносливее, но этот год и для меня не пропал. Лексой даже проще начинала, зная все основы, потому что на пересылке у меня уже сложилась своя система тренировок.

Я не отстала от парней и вперед не выскакивала, как наш «кот в сапогах», а спокойно бежала себе и бежала, контролирую дыхание.

Закончили все вместе.

Успела еще пробежаться, замедляясь, вернулась уже неторопливо, и опять мы выстроились в шеренгу.

Вперед вышел главный аристократ:

– Приглашаем мужскую часть пройти к загонам, вам помогут выбрать лошадей для последнего испытания.

Парни потянулись ручейком к выходу, «кот в сапогах» потоптался, кажется, хотел что-то спросить – дворянин же. Но посмотрел на комиссию, резко повернулся и почти выбежал.

Я не шелохнулась.

– А наша единственная дама свое задание выполнила. Осталось узнать, какое у вас увлечение.

– Простите? – удивилась я.

«Хобби» – перевели мне наставницы.

– Вышивка, как я слышал, – пояснил аристократ.

Что такое «буря в стакане воды» мне понятно, в книжках такой образ несколько раз встречался. Когда во мне поднялось возмущение, сразу подумала о себе как о целой бутылке. Главное, бурю удержать, чтобы пробка не слетела. Поэтому ее мысленно прижимала обеими руками. Конечно, бессовестное хрюканье и повизгивание наставниц мешало, но я прикрыла глаза, пока думала, что предложить из необходимого или, как минимум, действительно полезного.

– Ножи, – призналась шепотом.

– Ножи? И зачем они юной дворянке?

– Вот представьте: заходит скромная девушка в модный салон, слуги остаются у кареты, и в это время…

– Нападение! – серьезно подхватил аристократ, но его глаза смеялись, – скромная дворянка застенчиво закатала сначала левый рукавчик, потом правый…

Хохотали в комиссии все.

Я кивнула, подвернула сначала левый рукавчик и вытащила метательный ножичек, потом правый.

И спросила в полной тишине:

– Куда?

Аристократ выразительно посмотрел на моего знакомого.

Что значит военный, он не растерялся.

Только звякнул шпорами и махнул рученькой, как тут же подбежали слуги. Подхватили стол, отнесли еще на десять шагов, считая вслух, а принесенного жаренного огромного гуся установили вертикально, красиво расправив крылышки.

«Как он держится, интересно…»}

Тоже не знаю!

– Госпожа Савельева, не очень далеко ваша цель? – заботливо спросил меня добрый глава комиссии.

– А сейчас и проверим, – кивнула и добавила, – только у меня всего три ножа. Ничего?

– Три? И где третий?

Я вздохнула и сунула руку в карман.

После Саньки я очень серьезно относилась к любым тренировкам. И помнила возможности своего родного тела, что уж говорить, точнее, отсутствие этих самых возможностей. Очень уж не хотелось бы получить такое.

Третий нож на правом бедре, а достается через кокетливый карманчик, легко и быстро. Поэтому шили тренировочную форму с карманами, а я в ней специально занималась.

Хрясь.

Хрясь.

Хрясь.