Тигр в колодце - Филип Пулман

Статья была хорошо написана. Голдберг излагал свои мысли просто, но в то же время убедительно, и Салли заметила, что невольно проникается его доводами.

Последний абзац гласил:

Однако существует бремя, которое евреи вынуждены нести на своих плечах лишь потому, что они евреи, и от которого освобождены другие рабочие. Я говорю о заботах мистера Арнольда Фокса. Этот господин в пылу своего антисемитского рвения собирает то, что с любовью называет информацией о притоке большого количества евреев из России. Он, бесспорно, будет использовать любые факты, которыми изобилует его воображение, дабы дискредитировать всех евреев в глазах англичан, и мы, конечно же, должны постараться не снабжать его боеприпасами, которые он впоследствии обратит против нас. Предвижу, как владельцы еврейских потогонных предприятий, которые читают «Кроникл», немедленно утроят жалованье своим работникам и наполовину уменьшат количество рабочих часов с целью досадить мистеру Фоксу. Вот она — сила прессы.

Салли улыбнулась и отложила газету. Она мало знала о потогонной системе труда — практике найма бедняков на вредное производство за нищенское жалованье; было ли это портняжное дело? Мебельное дело? Сапожное дело? Это отвратительный бизнес, но ясно, что происходил он не только из-за злого умысла и алчности владельцев этих предприятий, как предполагал Голдберг.

Салли взглянула на часы — они показывали пол-одиннадцатого. Она не устала, но решила отправиться в постель. Почитать какую-нибудь ерунду.

Она встала и открыла форточку — запах пороха все еще висел в воздухе.

Когда она раздвигала шторы, то услышала звон разбиваемого стекла.

Он донесся слева, где под стеклянной крышей у стены стояла камера на рельсах, оставленная Вебстером.

Салли ничего не увидела в окно, лишь отражение света комнаты, поэтому она вплотную приблизилась к стеклу и задернула за спиной занавески. Она снова услышала звон, и когда ее глаза привыкли к тусклому свету, пробивавшемуся из-за облаков, Салли разглядела фигуру — мальчика или подростка, прижавшуюся к стене над навесом. Тень подняла руку, будто собираясь бросить камень.

Рука распрямилась, и Салли услышала, как дождь осколков пролился на деревянный пол, а затем уловила высокий, почти детский смех. Парень поднял лицо к небу и боком прокрался вдоль стены к следующему оконному проему.

Салли схватила лампу, распахнула балконную дверь и закричала:

— Прекратите! Немедленно прекратите! Раздался громкий смех, и парень швырнул еще один камень. Затем взял палку и, словно одержимый, стал бить по стеклу, которое разлеталось мелкими осколками во все стороны.

Салли выбежала на веранду и по ступенькам спустилась на сырую лужайку, держа лампу высоко над головой.

— Прекратите! — кричала она. — Немедленно прекратите!

Подросток выпрямился, все еще хохоча, и побежал вдоль стены. Салли охватило неприятное чувство: в его смехе было что-то отвратительное. Парень походил либо на безумца, либо на демона или злого духа. «Нет, — подумала она. — Что за глупости». Но от этой скачущей, безликой фигуры исходило нечто злое, нехорошее, и Салли невольно охватил страх.

Пистолет.

Она может добежать до него, зарядить и…

Салли уже решила бежать в дом, как вдруг оттуда донесся крик.

Кричала Сара-Джейн…

Салли повернулась, и в это время снова раздался крик — на сей раз это был голос Элли. Затем где-то в доме хлопнула дверь.

Салли забыла о парне с камнями и мигом распахнула дверь в холл.

Элли, всхлипывая, спускалась по лестнице. Ковер на полу был скомкан, и на нем валялись осколки то ли чашки, то ли тарелки.

— Элли, в чем дело?

Салли опустилась рядом, поставив лампу, которую все еще держала в руке, на стойку.

— Там, наверху, мисс… — заикаясь пробормотала Элли, глядя наверх.

Убедившись, что с горничной все в порядке и вспомнив крик Сары-Джейн, Салли бросилась вверх по лестнице. В коридоре было темно, но благодаря тусклому свету снизу она увидела, что все двери закрыты.

— Сара-Джейн! — позвала она дрожащим голосом. — Сара-Джейн!

Лишь тишина и холодок ужаса, бегущий по спине.

Затем в конце коридора тихо отворилась дверь в комнату Харриет, и оттуда вышла Сара-Джейн.

Они бросились друг к другу.

— В чем дело? Что с ней? Что случилось?

— Да… да… с ней все в порядке… она спит. Ничего страшного. Боже, я так испугалась…

Сара-Джейн была в плаще и чепчике. Руки у нее были холодные.

— Что случилось? — переспросила Салли. Они говорили напряженным шепотом.

— Я как раз входила в ворота и взглянула на окно Харриет, не знаю почему, и… о, это было так ужасно, я увидела там лицо, мужское лицо, тогда я и закричала… Я бросилась к ней, а Элли выходила из кухни, я побежала наверх… и он стоял там… потом пронесся мимо меня, и вроде я снова закричала. А затем раздался звон снизу, — он столкнулся с Элли. А я побежала к Харриет…

— Он был у нее в комнате? — ужаснулась Салли.

Элли, трясясь от страха, поднималась по лестнице с лампой в руке.

— С ней все в порядке, мисс? — спросила она с лестницы. — Он налетел на меня, и я упала. Он выбежал за дверь и…

Салли зашла к Харриет. Элли стояла с лампой в дверном проеме, а Салли склонилась над кроваткой дочери. Девочка спала так тихо и спокойно, будто ничего и не случилось. Можно было расслышать ее мерное дыхание; вокруг стояла тишина. Звон бьющихся стекол прекратился.

Сара-Джейн выглянула в окно.

— Он убежал, — прошептала она.

Салли присела возле кровати, погладила Харриет по лицу, прикрыла ручку, высунувшуюся из-под одеяла.

— Похоже, все в порядке. Элли, закрой, пожалуйста, все двери и балконы и проверь окна. Он тебя ударил, когда сбил с ног?

— Нет, мисс, просто я перепугалась. Пойду проверю двери, мисс. А потом посмотрю, как там кухарка. Наверное, она вообще ничего не слышала…

Элли спустилась вниз, оставив лампу Саре-Джейн.

— Обратиться в полицию?

— Да, только утром. Я не пойду сейчас туда, в темноте, и вы тоже. Мы запремся, больше сюда никто не проникнет.

Салли взяла лампу у Сары-Джейн и решила, что нужно зарядить пистолет. Подумаешь, отдача… Няня посмотрела на пол, затем приподняла покрывало и заглянула под кровать.

— Что ты ищешь? — спросила Салли.

— Медвежонка нигде нет. Вы ведь знаете, как Харриет не любит, если его нет рядом…

— Наверное, он у нее под одеялом, — сказала Салли, подождав, пока Сара-Джейн встанет с пола. — Завтра найдем.