Дети пустоты. Пройти по краю - Любовь Романова

Женька прервала связь.

Оставаться здесь дольше не имело смысла. Если честно, она чувствовала себя полной дурой – надо же было повестись на приторные улыбочки! Увы, теперь просто так не сбежишь. Во-первых, на входе в здание у нее забрали сотовый телефон. Если люди, обещавшие помочь Тимке, решат с ней связаться, то вполне вероятно сделают это по мобильнику. То есть бросить его здесь она не может. Во-вторых, стоит перемахнуть через подоконник, как ее, скорее всего, объявят в розыск. Даже если этот допрос – всего лишь самодеятельность двух майоров, откровенное бегство будет выглядеть как признание вины. Тогда останется только спрятаться в городе крысюков и наблюдать за предсмертными мучениями Тимофея. Женька потерла онемевшее от усталости лицо: надо сделать так, чтобы майоры сами ее отпустили. Еще и платочками из окна помахали.

* * *

Ключ с хрустом повернулся в замочной скважине. Словно кто-то из вредности сыпанул в нее горсть песка. Вернулись Рябухин с Угробенко.

– Что за… – молодой майор замер на пороге. Его озадачил стул. Если быть точным, отсутствие на нем задержанной. – Куда она делась?

Рябухин вошел следом и суетливым движением закрыл дверь на ключ.

– Да здесь она. Правда Женечка? – громко спросил старший из напарников с интонацией воспитателя ясельной группы, который обнаружил содержимое детского горшка в своем кармане, но старается держать себя в руках.

– Конечно, правда, – немедленно отозвалась Женька, выходя из-за пыльного шкафа.

Игра в прятки позволила оказаться ей возле двери, за спинами фээсбэшников. Пара коротких движений, и на ручке появился кокетливый бантик из бледно розовой фибры. Ее противоположный конец был прочно привязан к батарее. Теперь майоры не смогут покинуть кабинет без Женькиной помощи.

– У нас, как бы, есть к тебе еще пара вопросов, – проворчал Угробенко. – Вернись на место.

– Только пара? Потом отпустите? – Женька захлопала ресницами с преувеличенной наивностью. – Тогда я не буду садиться – тут постою, – и, сунув руки в карманы кутки, облокотилась о стену.

– Нет, родная, так не положено! – ласково объяснил Рябухин.

Он двинулся к Жене, но отчего-то промахнулся и уперся в шкаф. Майор смущенно поправил усы и повторил попытку. Снова мимо – Рябухи вернулся к пустому стулу.

Раздраженный Угробенко решил помочь коллеге, но тоже не смог добраться до девчонки. Нечистая сила, прочно обосновавшаяся в кабинете, привела его к двери.

– Не понял… – Угробенко сдобрил реплику крепким словом и вытер рукавом рубашки вспотевший лоб. – Это полтергейст, что ли?

Еще пара попыток вернуть задержанную на место результата не дали. Как ни старались фээсбешники, у них не получалось подойти к дочери Морокова ближе чем на полтора метра. Женька стояла в треугольнике невидимых ни для кого кроме нее фибр. Его вершина цеплялась за стул, а два других угла упирались в шкаф и дверной косяк. Майоры скользили вдоль натянутых нитей, но прорваться внутрь не могли.

– Слушай, ты тут пока побудь с ней, Пал Иваныч, а я, того… выйду, – нервно сказал Угробенко. За прошедшие пять минут майор успел вспотеть, словно находился не в прохладном кабинете, а в натопленной сауне. Под мышками и на спине образовались мокрые пятна, светлые волосы собрались в жалкие сосульки, а физиономия пионера-героя покрылась испариной.

– Я с тобой! – у Рябухина дела обстояли не лучше. Пышные усы обвисли, сделав своего хозяина похожим на грустного моржа. Пожилой майор начал слегка приплясывать, словно в штаны к нему забрались пара белок.

К разочарованию сотрудников ФСБ, дверь оказалась надежно закрыта. Ключ легко поворачивался в замке, но выйти наружу это не помогало.

– Эй, да нас заперли! – Угробенко внезапно осип.

– Но замок-то открыт, – засомневался Рябухин.

Оба майора больше не могли стоять на месте. Они начали нарезать круги по кабинету, с жадностью поглядывая в зарешеченное окно. Женьке не нужно было объяснять причину этих метаний. Едва фээсбэшники вернулись в кабинет, как она слегка повысила уровень жидкости в их организме. При этом использовала один прием, которому научил ее знакомый депфер. Сейчас отважным майорам больше ордена, повышения по службе и премии хотелось в туалет.

Увы, окно облегчить их муки не могло. Оно находилось как раз над главным входом в здание. Возле ступеней из красного мрамора уже успела припарковаться пара темных автомобилей, явно принадлежавших начальству. Вряд ли оно обрадуется, если кто-то из сотрудников ведомства воспользуется форточкой вместо нужника.

Глянув вниз, Угробенко жалобно всхлипнул.

– Я больше не могу.

– Терпи, – сжал кулаки Рябухин.

Женька едва не прыснула. Майоры сейчас очень походили на двух отчаянных разведчиков, готовых умереть, но не выдать врагу Военной тайны.

– Вам не помочь? – участливо спросила она. – Дверь открыть?

– А ты можешь? – Угробенко даже перестал пританцовывать.

– Конечно. Раз плюнуть! – Женьке стало немного жаль вспотевших дядек. – Вы только дежурному позвоните, скажите, чтобы мне внизу сотовый отдали. А еще на пропуске распишитесь, – и протянула Рябухину выданный ей на входе клочок бумаги.

Не мешай майорам думать мочевой пузырь, они обязательно нашли бы другой выход. В конце концов, на подоконнике стоял цветочной горшок с едва живой геранью. Но малая нужда оказалась не лучшей советчицей.

Рябухин торопливо поставил на пропуске закорючку, Угробенко прорычал в телефонную трубку инструкции дежурному, и оба вылетели из кабинета, как крышка из пузырька с перекисью водорода. Майоры умчались в направлении призывно журчавшей уборной.

Теперь нужно было как можно скорее покинуть этот «гостеприимный дом». Пока к фээсбэшникам не вернулась способность думать. Женька радостно потянулась и вприпрыжку побежала к лестнице.

За поворотом коридора она полном ходу врезалась в Морока.

– Женя? Цела? – начальник СКК обнял дочь за плечи. – Никого не убила?

– Пока никого, – смущенно пискнула она, освобождаясь. – Только немножко покалечила. В основном гордость парочки майоров.

Женя с удивлением обнаружила, что под глазами отца залегли темные круги, синий платок сбился набок. Морок так и не переоделся со вчерашнего дня. Неужели волновался?

Из-за спины руководителя СКК выглянул Кудай.

– Все улажено! Можем забирать красавицу, – он весело подмигнул дочери начальника. – Держи телефон и топай в машину! А я тут пока с твоими друзьями разберусь. Рябухиным и этим… – безопасник сверился с мятой бумажкой, – Угробенко. Ну и фамилия, однако.

– Не стоит! – беспечно отмахнулась Женя. – Они сейчас очень заняты.

* * *

– Почему ты мне ничего не рассказал? Столько людей погибло! – Женя сидела рядом с отцом на заднем сиденье просторного джипа, который вел Кудай. По телу от переутомления ползла тягучая ломота, но спать уже не хотелось. Телефон в кармане куртки то и дело попискивал. Это приходили СМСки о пропущенных вызовах – похоже, отец за ночь раз сто набрал ее номер.