Волшебный свет - Серж Брюссоло

Тем не менее смотритель маяка не мог отвести взгляда от двери, как будто ожидал, что болотное чудовище может высадить ее одним ударом плеча. Пегги, Наксос и синий пес невольно делали то же самое.

– Но почему монстр желает вам зла? – спросила девочка.

Старик смущенно опустил глаза.

– О! – пробормотал он. – Тут дело вовсе не во мне, ему нужен… нужен светоч бездны. Он хочет вернуть его себе.

– Что? – поразился Наксос. – О чем вы говорите?

Старик в ответ устало махнул рукой и упал в кресло, словно ноги его уже не держали.

Осмотревшись, Пегги поняла, что находится в помещении круглой формы, загроможденном какими-то ящиками, стопками книг и разными старинными предметами, заросшими толстым слоем пыли. Можно было подумать, что они оказались в лавке не слишком чистоплотного антиквара… Похоже, уборкой тут не занимались уже лет двести, если не больше. То здесь, то там в кучах хлама вырисовывались контуры тахты, стола, шкафа…

– Меня зовут Аразала, – снова заговорил старик, – и мне двадцать два года.

– Что? – хором вскричали подростки.

– Когда я вошел сюда, я был примерно вашего возраста, – продолжал седобородый старик. – Восемь лет назад я сделал то же, что и вы: пробрался в башню через бойницу в стене, до которой меня донес пирофеникс. И видите, к чему это меня привело!

– Как же такое возможно? – простонала Пегги Сью.

– Все из-за фонаря, – отозвался Аразала безжизненным голосом. – Если вы оказываетесь слишком близко к нему, его излучение начинает постепенно вас разрушать. Тогда человек стареет гораздо быстрее, чем ему положено. Хоть я и носил защитный костюм, излучение иссушило мое тело, и мой организм износился, как будто за долгую жизнь.

– Но зачем вы поднялись сюда? – спросил Наксос.

Аразала пожал плечами.

– Из любви к приключениям. Мне было скучно, а кроме того, я надеялся починить фонарь. У меня, знаете ли, настоящий дар механика. Там, внизу, я умел чинить любые машины и приборы, тем и был знаменит. Люди все время говорили мне: «Ты ведь такой молодой и сильный, ты должен взобраться на вершину маяка и наладить проклятый механизм. Как было бы хорошо, если бы фонарь двигался с правильной скоростью!» Вот я и вбил себе в голову, что непременно должен сделать это. Говорил себе: «Уж если кто и может починить маяк, так только я». И вот, пожалуйста…

– А был ли здесь кто-нибудь до вас? – продолжала расспрашивать Пегги.

– Да, один старик, который рассказал мне то же, что я сейчас пытаюсь втолковать вам. Ему было двадцать пять лет, но выглядел он на сто пятьдесят! В жизни не видел такой мумии…

Смотритель маяка умолк на мгновение, а затем продолжил:

– Вы, надо полагать, тоже явились сюда, чтобы починить фонарь?

– Э-э… ну да, – признался Наксос, – таков был наш план.

– Что ж, желаю вам всего наилучшего! – хихикнул вдруг Аразала. – Пойдемте, я покажу вам ваши новые владения.

Слегка растерявшись, Пегги и Наксос двинулись следом за своим странным провожатым, который уже углубился в путаный лабиринт среди нагромождения вещей.

– В этих ящиках, – перечислял Аразала, – вы найдете консервированные продукты, которых хватит, чтобы продержаться лет триста. Книг здесь тоже достаточно, чтобы читать примерно две человеческие жизни, из расчета пятнадцать часов в день. Как видите, все предусмотрено, чтобы хранитель маяка не томился от скуки. В сундуке сложены четыре с половиной тысячи DVD-дисков и приблизительно такое же количество видеоигр… В любом случае не переживайте: светоч бездны убьет вас еще до того, как вы успеете как следует соскучиться.

– Если ваше положение здесь настолько ужасно, – заметил Наксос, – то почему же вы не вернулись назад?

– Ты что думаешь, я не пытался? – вскричал Аразала голосом, полным горечи. – О, уж поверь, я сделал не один десяток таких попыток! Спускался до бойницы и там, стоя на краю пропасти, подавал сигналы бедствия пролетавшим мимо пирофениксам в надежде, что какой-нибудь из них согласится спустить меня на землю. Но ни один так и не приблизился ко мне. Птицы не обращали внимания ни на мои крики, ни на жесты, слишком поглощенные своим глупым бахвальством… Они стрелой взлетали вверх, к самой вершине башни, и там, когда их оперение становилось совсем красным, вспыхивали в одно мгновение. Нет, ни одна из птиц не пришла мне на помощь. Из-за той твари на лестнице я стал спускаться все реже и реже. А потом состарился и вовсе перестал, мне уже трудно было подниматься обратно.

– Очень грустная история, – пробормотала Пегги, которую от жалости буквально душили слезы.

– То же самое будет и с вами, – злобно заявил Аразала, – так что лучше приготовьтесь заранее.

«Старик» направился к металлическому шкафу в стене и раскрыл его створки. На вешалках внутри висели странные на вид одеяния, похожие на скафандры из серой волокнистой материи. Мягкие доспехи дополнял глухой капюшон с защитными очками.

– Никогда не входите в помещение, где расположен фонарь, не надев такого костюма, – твердо сказал хранитель, – иначе свет маяка за три секунды состарит вас на тридцать лет. Впрочем, даже сквозь скафандр ваше тело все равно впитает какую-то дозу излучения. Взгляните, что случилось со мной! Даже соблюдая все меры безопасности, вы не убережетесь от проклятия светоча бездны. Люди не приспособлены к тому, чтобы жить бок о бок с магией. Им следовало бы держаться от нее подальше, но, увы, искушение слишком велико, и в конце концов за него приходится платить немалую цену. Если бы я знал, что ожидает меня здесь, то ни за что на свете и близко не подошел к маяку. Как же я был глуп! Я мечтал о славе, о приключениях… а сегодня мечтаю только об одном: вернуться домой и спокойно встретить смерть у теплого очага, в мягких тапочках, не мучаясь вопросом, когда тварь с лестницы доберется до моей двери.

Он прочистил горло и добавил будничным тоном:

– Давайте, надевайте эти штуки. Экскурсия еще не окончена. Пес пусть останется здесь, у меня нет костюма подходящего размера.

Пегги и Наксос послушно натянули скафандры. Те оказались ужасно тяжелыми и пахли горелой тряпкой, как будто кто-то по рассеянности поставил на них гигантский утюг и забыл о нем. Потом подростки натянули защитные капюшоны.

– Стекла очков слишком темные, – заметила девочка, – сквозь них совсем ничего не видно.

– Поверь мне, через минуту ты изменишь свое мнение, – усмехнулся Аразала. – Погоди, пока мы войдем в зал фонаря!

Он тоже переоделся, ворча на свой ревматизм, из-за которого каждое движение давалось ему с трудом. Когда все оказались в скафандрах, как космонавты, «старик» направился к маленькой стальной двери, края которой были снабжены резиновым уплотнителем во избежание малейшей утечки изнутри.

«Герметичный люк, – подумала Пегги Сью, – как на подводной лодке».

– Псу лучше пока спрятаться в шкаф, – посоветовал Аразала, – и крепко зажмуриться.