Факультет чудовищ - Ольга Валентеева

Признаться честно, Дабл Кей вызывали у меня раздражение. Нагловатые, хамоватые. Не верю, чтобы они происходили из хорошей семьи. Как же разузнать больше? Если женщина не повелась на мое обаяние, надо расколоть мужчину. Аверс – не дурак выпить. Было бы еще что. Но история уже складывалась в голове, и к моменту окончания ужина я уже вошел в роль.

Аверс поднялся из-за стола одним из последних. Заместитель Айдоры выглядел уставшим. Это упрощало задачу.

– Эй, Натаниэль, – впервые окликнул замдекана по имени.

– Альбертинад? – обернулся он. – Чем-то помочь?

– Нет. Хотя да. – Я уставился в пол. – Слушай, у тебя не найдется чего-нибудь крепче травяного чая?

– Трудный первый рабочий день? – в глазах Аверса сквозило понимание.

– В какой-то степени, – кивнул я. – Да и потом, его не мешало бы отметить.

– Что ж, пойдем.

Замдекана открыл двери в свою комнату – я сразу обратил внимание на ключ. Мне ключа не выдали, и я мог запереться только изнутри. Отметил для себя этот вопрос – замок необходим. Сел в кресло и подождал, пока Аверс достанет из шкафчика бутылку вина. К ней добавились два бокала, тарелка с фруктами. Кроваво-алая жидкость полилась в бокалы.

– За твой первый рабочий день, – произнес Аверс.

– И за начало учебного года, – усмехнулся я. Пришла пора проверить, можно ли споить замдекана так, как Кроуна, или он окажется более стойким.

Я старался пить меньше, но не сильно получалось. Поэтому когда мне показалось, что Аверс готов раскрыть все тайны академии, у меня уже у самого двоилось в глазах.

– Слушай, Натаниэль, – плюхнул я бокал на стол, – разговаривал сегодня с Айдорой. Так вот, она не захотела рассказать о способностях моих студентов. Мол, это вмешательство в личную жизнь, и все такое. А как я должен их учить?

– Айдора тебе не доверяет, – пьяно улыбнулся замдекана. – Она вообще никому не доверяет с тех пор, как пристрелили ее мужа.

– А его пристрелили?

– Года два назад. Я не был с ним знаком, но с Айдорой мы давно общаемся. Учились вместе в академии. Несправедливо. Лучшим учеником был я, а деканом назначили ее. Это была моя должность! – Аверс ударил кулаком по столу и потянулся за еще одним бокалом.

– Нет, друг, тебе хватит, – отодвинул я бутылку. – Завтра всех студентов распугаешь опухшей физиономией.

– Главное, чтобы Айдору не напугал. – Аверс рассмеялся, а я подумал, что-то тут не то. – Слушай, Кроун, ты вроде нормальный мужик. Какого темного тебя занесло в академию чудовищ?

– Зарплата, – произнес я волшебное слово.

– Повелся! Тут все или из-за денег, или из-за любви к аномалистике. Некоторые находят это привлекательным, знаешь ли. Айдора говорила, твоя любовница была из этих. – Аверс дернул плечом.

– Которая? – спросил я.

– А их было много?

– Достаточно. Одна Амалия чего стоила. Слушай, признайся. Ты неровно дышишь к деканше?

– Вздор. – Столешница снова жалобно запела. – Айдора хранит верность супругу. И я тоже. То есть не супругу, конечно. Супруге. Она скончалась прошлой осенью.

– Сочувствую. Осень холодная была. Простыла, наверное?

– Да нет, убили. Она из чудовищ была. Но безобидная. Такая милашка. Только люди не любят тех, кто от них отличается. Доктор, который принимал у нее роды, и растрепал всем. Знаешь ли, когда больно, тяжело сдерживать звериную сущность.

Я задумчиво кивал. Алкоголь постепенно рассеивался и накатывала грусть. Мне стало жаль Аверса. Сидит тут, рассказывает о жизни первому встречному. А жизнь-то его потрепала, да…

– А ребенок?

– Что ребенок? – пожал он плечами. – Растет у бабки с дедом. Веришь, видеть его не могу. Не будь его – Мари была бы жива.

– Глупо, – хмыкнул я. – Сын-то при чем? Или у тебя дочь?

– Сын. – Аверс уронил голову на руки и захрапел. Вот и поговорили. Выведал, да не то, что нужно. С трудом дотащил тяжелого замдекана до дивана, кинул на него плед и закрыл за собой дверь. Тоска! Вот почему не люблю пить. Тоскливо мне потом. И раздражает все. Дверь с непригодным замком, меч, что-то буркнувший при моем появлении. Уныло. И сама академия унылая. Темное место.

Я плюхнулся на кровать и закрыл глаза, но сон все не шел. Только мир вокруг стал плотным, как вата. Дыхание отдавалось болью в легких. Стареешь, Аль. Все больше грустишь. Или просто день не тот. И час не тот, и миг.

Перевернулся на другой бок. История Аверса заставляла задуматься. Его жена никому не мешала. К чему вообще заглядывать в чужую постель? В чужой дом? Меланхолия разливалась по комнате озером до того момента, когда в двери без стука ворвался взъерошенный Ленор. И я понял, что забыл закрыться.

– Профессор! – подлетел он к кровати и попытался меня стащить. – Профессор, скорее. Там двойняшки подрались с Дени. Они сейчас все сожгут!

Проклиная всех студентов мира, я вынесся в коридор. Ноги держали плохо, зато хмель выветрился, стоило учуять в воздухе запах дыма. В мгновение ока пересек холл и влетел в студенческое крыло. Проблема обнаружилась сразу же. Как и в первый раз – наглухо закрытые двери. А в коридоре – Дени с когтями и клыками. И перед ним – взрывашки, охваченные огнем. Саламандры, чтоб им провалиться. Чешуйчатые и пылающие. Дени с ревом кидался на двух дуралеев и отскакивал обратно, получив очередной ожог. Стены коридора почернели от копоти, но, к счастью, ничего не горело. Дымили сами юные подрывники.

– Эй, вы! – кинулся я к спорщикам. – Что за новости? Кэрри, Кертис, потухнуть немедленно! Дени, убери когти. Ты что, не видишь, что им в радость тебя жечь?

Монстр отступил на шаг.

– Струсил. Сдрейфил, – заголосили взрывашки на одной ноте, и когтистый кинулся на них, сбивая меня с ног и впечатывая в стену. Я вцепился в мохнатый загривок и попытался оттащить эту громадину. Не тут-то было. Силы оказались не равны. Дени зарычал, вырываясь, и оставил в моей ладони клок шерсти.

Поняв, что толку от воззваний не будет, я свернул в единственную распахнутую дверь – комнату Ленора и Дени. Ворвался в умывальню, схватил ведро воды, вернулся в коридор и окатил двойняшек. Пламя зашипело и погасло. Дабл Кей взвизгнули и скрылись у себя. Остался Дени. Он попытался погнаться за жертвами, но у него на пути снова появились мы с Ленором.

– Слушай, хватит, – взывал я к его разуму. – Ты взрослый парень, а ведешься на глупые шуточки.

Когтистый прорычал что-то невразумительное.

– Клыки изо рта убери, когда разговариваешь с куратором!

Дени удивленно моргнул. Веки у него оказались любопытные, тонкие, словно пленка. Кажется, он все-таки меня услышал, потому что секунду спустя шерсть исчезла, и парень грохнулся на пол.

– Ой, – кинулся к нему Ленор.