Укротители демонов - Дмитрий Казаков

Магический светильник под потолком, не выдержав звукового напора, озадаченно мигнул, и вдруг засиял во всю мощь, грозя исчерпать заложенную в него энергию за несколько часов.

Толпа мгновение помедлила, а потом с истошными криками бросилась к выходу. Хозяин заведения испуганно забился под стойку, музыканты, ухватившие инструменты, неведомо как оказались впереди всех.

Два фея, добрый и злой, пыхтя и надрываясь, тащили бочонок с пивом. Исследователь, занимающийся этой разумной расой, просто сошел бы ума от счастья, наблюдая за этой сценой. А потом бы описал ее в научной работе «Клептомания среди фей: концепция и выводы».

Но увы, исследователи мирно спали в собственных постелях.

Единственный, кто двигался в обратном направлении, оказался эльф-вышибала Араэль. Как он сумел пробиться сквозь сплошной поток разумных существ, оставалось загадкой.

Но не зря по всему Лоскутному миру ходят слухи о ловкости эльфов.

Ворвавшись в зал, Араэль огляделся. Кулаки эльфа были сжаты. Он был готов бить, крушить и вышибать. Но делать это, к его немалому разочарованию, оказалось не с кем.

Кроме тела на полу в берлоге остались лишь зарывающийся в пол (судя по звукам) хозяин, застывший с полуоткрытым ртом на сцене декан Тугодум, за которым прятался молчаливый, и от этого не похожий на себя Аира Петян, да Арс с приятелями у стойки.

Причины того, почему они не удрали вместе со всеми, были непонятны даже им самим.

— Что тут случилось? — в голосе Араэля звенел металл, а в синих глазах, обращенных на студентов, гнев боролся с удивлением. — Кто это его?

— Если бы мы знали, — оживая, пробормотал мэтр Тугодум, — а вот молодым людям это видеть вовсе ни к чему…

Верхушка деканского посоха сверкнула, и Арс ощутил, что его окутывает мягкая сонливость. Глаза начали закрываться, и последнее, что он слышал, была фраза, обращенная эльфом к хозяину заведения:

— Да, Майк, — голос Араэля звучал спокойно и даже отстраненно, — не самый удачный вечер для бизнеса… Ты не находишь, что нам нужно сменить название, на «Отрубленную голову», например?

— Э, хмм… — лицо лейтенанта Лахова, обычно выражающее восхищение собственной персоной и презрение ко всему, что эту персону окружает, в настоящий момент выглядело смущенным. Выражение это было для лица явно новым, и поэтому оно постоянно морщилось, напоминая болтающееся на ветру полотенце. — Перед нами стоит определенная проблема…

— Еще бы не стоит! — ректор Магического Университета Глав Рыбс, в кабинете которого проходила беседа, возмущенно фыркнул. — Нашего студента обезглавили посреди толпы!

— Давайте уточним, — хмуро заметил Лахов, почесывая подбородок и страстно мечтая об обычной работе городского стражника: битье морд, взимании мзды с лавочников и прочем, без чего общественный порядок мгновенно рухнет, — нет никаких доказательств, что это было именно обезглавливание!

— Как же! — сидящий тут же мэтр Тугодум едва не подавился от обуревающего его возмущения. — Я собственными глазами видел, как у бедного юноши отвалилась голова!

— Вот именно! — с нажимом произнес лейтенант. — Отвалилась!

— Не очень я вас понимаю, — холодно проговорил Глав Рыбс, сверля стража закона подозрительным взглядом. Голос его дребезжал сильнее обычного.

— Сейчас объясню, — Лахов вздохнул, про себя кляня «этих штатских», которых сколько не учи, все одно строем ходить не заставишь. — Произошедшее событие и на самом деле похоже на убийство! Университет, как пострадавшая сторона, имеет полное право заявить о нем в городскую стражу. Но лучше бы ему этого не делать…

— Это еще почему? — в один голос спросили ректор и декан.

— А потому, что мы еще не раскрыли тот случай на грядке! А если на нас повесить и это странное убийство, то завтра я уже буду патрулировать Дыры в чине капрала! — в голосе лейтенанта звучала редкая для Торопливых искренность. И немудрено — он от всего сердца опасался за собственную зад… карьеру. — И вам помочь ничем не смогу!

— А в каком случае вы помочь сможете? — Глав Рыбс выглядел, точно изумленная вобла. Изощренный ум ректора, знающего больше, чем все Торопливые вместе взятые, с трудом поспевал за извивами хитрого стражнического умишки.

— Если никакого убийства не будет, — покачал головой Лахов. По шлему его весело заскакали проникшие сквозь щель в портьерах солнечные зайчики. — Если все будет представлено… ну, как несчастный случай! Тогда у меня не будет неприятностей с начальством, и мы будем заниматься этим делом, но НЕОФИЦИАЛЬНО!

На последнем слове лейтенант пугливо понизил голос, так что собеседники с трудом его расслышали.

— Несчастный случай? — засомневался Тугодум. — Это каким же образом?

— Ну, — Лахов неопределенно покрутил руками в воздухе, — вы же знаете, как они там трясутся, в этих ночных берлогах? Вот от размахивания головой она у него и отвалилась…

— И кто в это поверит? — Глав Рыбс выразительно почесал нос.

— Все, — с полной убежденностью сказал лейтенант. — Чем глупее новость, тем люди охотнее ей доверяют…

— Ладно, — ректор и декан переглянулись. — Так и быть. Идите… До выхода вас проводят.

Памятуя о печальной судьбе сослуживца, без проводника Торопливые в здание МУ входить отказывались.

— Э, еще один вопрос, — проговорил лейтенант, — сержант Ргов…

— Это кто? — нахмурился Глав Рыбс.

— Он до сих пор не нашелся, — вздохнул Лахов. — Бродит где-то на вашей территории. Нам бы хотелось, чтобы он вернулся и приступил к выполнению своих обязанностей…

— Хм, да? — ректор посмотрел на мэтра Тугодума. Тот в ответ неопределенно пожал плечами. Про слоняющегося по МУ стражника они уже успели забыть. По сравнению с потерянным триста лет назад где-то в подвалах караваном верблюдов один человек мало чего значил. — Ну, мы приложим все усилия… Обязательно!

Удовлетворенный лейтенант откланялся. Когда за ним закрылась дверь, Глав Рыбс повернулся к Тугодуму.

— Мне все это не нравится! — почти прошипел он. — Не верю я в то, что эти тупые стражники что-то узнают! Там точно не было никакой магии?

— Ваша милость! — декан изобразил оскорбление. — Я бы почуял любое заклинание, будь оно сотворено кем угодно, за сотню метров! Или вы не доверяете мне?

— Почему? — ректор мерзко улыбнулся, напомнив приготовленную ко Дню Всех Богов тыкву с вырезанной кровожадной ухмылкой. — Вот только есть такая хорошая пословица: доверяй, но проверяй… Если уж ты ничего не ощутил… Сегодня же вечером я желаю говорить с богами! Извести остальных деканов и пусть главный пограничник будет готов!

Слова о том, что это вовсе не его дело, застряли у мэтра Тугодума в горле. По всем признакам, Глав Рыбс гневался, а с разозленным начальством спорят только те, кто уже подал заявление об увольнении.