Семь дней Мартина - Дмитрий Мансуров

Плюс: вороны сдохнут от смеха, наблюдая за его неуклюжими прыжками.

Минус: вслед за воронами подохнет он сам.

«И что я буду делать после того, как преодолею эти несчастные километры?» — задумался Правич. Уже сейчас он заработал кучу царапин, ноги и руки дрожат от нервного напряжения, а что будет после сотого прыжка, не говоря о семисотом? Силы останутся только на то, чтобы повиснуть в виде гигантского листа, рискуя свалиться на относительно мягкую землю. Вороны мигом окажутся тут как тут и нахально устроят из него качели-карусели. Одно хорошо, осенью комаров нет, давно бы всю кровь выпили.

Константин встал.

— Все равно допрыгаю! — твердо произнес он. Вороны скептически каркнули и перелетели поближе, чтобы посмотреть на редкое шоу «с первого ряда»: когда еще такие акробаты в лесу появятся? Правич повторил: — Допрыгаю!

Но подготовка к каждому новому прыжку занимала все больше и больше времени, и вскоре помощник чародея сообразил, что до вечера сумеет прыгнуть не больше пятидесяти раз. Отсутствие сил и опыта в подобных делах играло против него, и когда Правич чуть не сорвался во время очередного прыжка, от былой уверенности в успехе не осталось и следа. А когда они посмотрел назад, то и вовсе помрачнел: до ели, с которой он начал свое путешествие, рукой подать, а два часа безоглядных прыжков привели к тому, что он прыгал не по прямой линии, а уходил в сторону, и его перемещение напоминало хождение по огромному кругу.

И волки — сволочи такие! — вместо того, чтобы наедаться на три зимы вперед, присоединились к воронам в роли зрителей и внимательно следили за тем, как человек пытается присоединиться к обществу белок.

— Дело — дрянь, — проворчал Константин: прикинув потраченное время, он понял, что преодоление выбранного расстояния займет столько же времени, сколько волки потратят на съедение туши, не меньше. Продолжать прыжки бесполезно: мало того, что дико устал и перецарапался, так и пользы не видно. — Бездарно сгинуть в глуши — лучше бы меня вчера убили!

— Кар?

— Кар!

— Не дождетесь!

— Кар?

Уставший Правич привязал себя к дереву. Остается два варианта: дождаться ухода волков или, чем медленно и мучительно умирать на ветке, спуститься на землю и принять быструю смерть от волчьих клыков. Но сегодня еще охота жить и особенно наподдать воронам за попытки использования ног в качестве качелей. А спуститься… Спуститься можно и завтра. Возможно, пресытившиеся волки к тому времени и не взглянут в его сторону, и появится шанс остаться в живых.

В ожидании нападения ворон прошло не меньше часа, но хитрые каркуши словно понимали его задумку пнуть их куда подальше и улетели, едва он закрыл глаза.

Константин сидел в полудреме до тех пор, пока не услышал тихий человеческий голос. Решив, что от голода начались звуковые галлюцинации, Правич открыл глаза далеко не сразу: не хотел лишать себя последних иллюзий относительно своего здоровья. А когда открыл, то не поверил увиденному: в нескольких метрах над землей на потрескавшейся деревянной ступе летел парень, которого колдун Эрбус намеревался обменять на молодильные яблоки.

Откуда только силы взялись: у Правича зачесались руки набить морду бывшему пленнику за все хорошее. Но намного больше ему захотелось отобрать летающий аппарат. Тихий, бесшумный, скоростной — чего еще надо для того, чтобы убраться отсюда живым и здоровым?

Парень зачем-то осматривал волков, и ступа медленно двигалась в сторону дерева, на котором прятался помощник чародея.

— Будем жить, — пробормотал он, собирая все свои силы. — Ну, приятель, давай… Ближе лети, ближе… Подлетай сюда, еще ближе… Ку-ку!