Загадка тауматургии - Виктор Борзов

Парень устало вздохнул и сел на кровать. У грез было большое преимущество перед Сценой. В них исчезали раны и переломы. Спина не пульсировала от каждого вздоха, а на месте правой руки виднелся обрубок плеча. От него по одежде расходились черные трещины.

Вместе с ранами испарилось тяжелое истощение. Парень ощутил прилив сил.

На стену рядом с кроватью опиралась трость. Старая. Первая, которую он купил в Пейлтауне.

— Могу ли я доверять Максвеллу? — устно размышлял Сэмюэль. — Он помог мне в прошлый раз. Но затем отправил к Фрее. Во время войны сбежал подальше и только сейчас вернулся?

Так сказала Фрея.

«Вся надежда на Максвелла».

В дверь неожиданно постучали. Парень приподнял бровь и перевел взгляд. Стук в дверь в грезах звучал чуждо. Зловеще.

Из щели под дверью в номер пролез старый пожелтевший конверт. Воцарилась тишина. Сэмюэля напугал ни стук и ни конверт. Отсутствие шагов. Вот, из-за чего по спине пробежал холодок.

Парень поднял конверт и вернулся на кровать. Вскрыл и достал письмо. Ровный витиеватый почерк выводил послание:

«Нужно встретиться. Обсудить итоги войны. Это письмо — связь с моим коконом. Со мной Почтенная. Приходите как можно быстрее».

Сообщение заканчивалось подписью: «Максвелл Илинов».

Сэмюэль вздохнул. Только вспомнил о владельце зеленой лавки, и он объявился.

Поднялся с кровати, завязал на шее желтый шарф — скрыл рану от вестника — толкнул дверь и захромал по длинному коридору.

Чудесно. Максвелл появился вовремя. В коконе они обсудят итоги войны. После парень попросит о личной встрече. На ней они придумают что-нибудь для борьбы с Амелией.

Парень зашел в отдаленно знакомую комнату. У стены стоял квадратный стол с двумя стульями друг напротив друга. Один занимал Максвелл. Второй — Амелия. На стенах висели картины: гора с одиноким деревом, пруд с белыми лебедями, тропинка через густой лес.

Он был в этой комнате когда-то. Точно! В приюте, где они впервые встретились с владельцем зеленой лавки.

Сэмюэль нахмурился. Каждый кокон отличался и раскрывал хозяина. Голые стены и простой стол у Фреи свидетельствовали о строгости и сдержанности. У Гисли в грезы вырывались все внутренние переживания. Джеймс увешивал стены темными шторами, которые скрывали настоящие размеры пространства.

Максвелл воспроизвел настоящее место. В коконе не было ни капли его личности. Лишь скучная действительность.

Владелец зеленой лавки не обратил внимание на появление Сэмюэля. Максвелл сидел с закрытыми глазами и покачивался, как высокая трава на ветру. Руки скрещены на груди.

Амелия вскочила с места и обняла парня.

Он замер в нерешительности. Фея раньше прикасалась к нему в грезах, но обнимала впервые.

Амелия была ниже его. Голова уткнулась в грудь.

— Сэмюэль, ты в порядке? — спросила она.

— Да? Что случилось?

Сэмюэль старался скрыть нервозность. Нельзя дать фее понять, что он раскусил ее задумку.

— Меня вытолкнули из тела, — сжала сильнее Амелия. — Разорвали все связи. Я думала, ты умер.

— Я жив, — успокоил парень. Повторил для убедительности: — Я жив.

— Отлично. Что случилось после? Что с Джеймсом, Фреей и Алексом?

Парень взглянул на Максвелла. Это и было обсуждением войны?

Владелец зеленой лавки молча покачивался. Казалось, он крепко спал.

— Джеймс и Алекс мертвы. Фрея обезврежена.

— Обезврежена?

— Отдача захлопнула ее во временной петле.

— Хрономантия, — отстранилась от него фея. Амелия шагнула в сторону, открыла дорогу к стулу. — Я знала о ее увлечении запретными искусствами. Но чтобы это была хрономантия.

— Я ставил на вестников, — подал голос Максвелл. Владелец лавки приоткрыл глаза и указал на свободное место. — У нас мало времени, мистер Берислави. Садитесь.

— Конечно, — кивнул Сэмюэль.

Амелия проскользнула ему за спину. Парень отодвинул стул и замер.

Осознание свалилось снегом на голову. Сердце ушло в пятки. Конечности сковало чувство неправильности. Что-то не так.

Всем практикам южного района он называл имя Джейми Нургова. Откуда Максвелл узнал настоящее имя Сэмюэля? Что-то не так. Это ловушка!

Две крошечные ладони прикоснулись к спине между лопатками. Амелия с силой вдавила их внутрь. Ткань плаща затрещала. Кожа лопнула. Хрустнули кости.

Сэмюэль открыл рот в безмолвном крике. Изо рта вырвался сдавленный стон. Правая рука феи схватила что-то внутри.

Парень в ужасе зажмурился. Приготовился открыть глаза. Проснуться. Сбежать из кошмара.

Амелия со смачным хлюпаньем вырвала что-то из тела. Сэмюэль распахнул веки.

Он увидел ту же комнатку. Тот же стол. Ту же фигуру Максвелла Илинова. Владелец зеленой лавки медленно стекал по стулу, как мороженое в жаркий летний день.

Рот парня заполнила кровь. Алость заструилась из глаз, носа и ушей. Обрубок правого плеча взорвался красным фонтаном.

Она не капала на пол. Кровь сотнями рек бежала по телу, заполняла каждую складку плаща. Собиралась в подобие рыбацкой сетки.

Ноги подогнулись сами. Сэмюэль рухнул на колени. Сжал левую ладонь в кулак. Попытался ударить по Амелии за спиной. Тщетно. Багровая сеть крепко обвивала конечности. Мешала двигаться.