Апокалипсис для избранных - Ян Сикоревич

— Ну, Вагни, что расскажешь? Как там небо, всё спокойно? Недавно слышал, что астрономы открывают новую древнюю галактику.

Профессор, разглядывал уставившегося на него парня, словно шизофреник.

— Вы имеете в виду гравитационные линзы что ли? — ответил Вагни, перекинув взгляд на звёздное небо.

— Да, именно! Говорят, что линза способна увеличить сразу несколько, находящихся позади неё галактик — сказал археолог, подойдя к краю палубы.

— Нуда, команда телескопа «Субору» — ответил Вагни и заметил, что Хьяльти чем-то обеспокоен, — простите, мне кажется, или вы на самом деле чем-то встревожены?

— Я? — улыбнулся профессор, переспросив собеседника — нет, я не встревожен. Просто, смотрю на небо и думаю, всё ли так, как мы думаем?!

— Не понял?! — произнёс парень, прищурив брови.

— Да ну! — отмахнулся ученый и прикурил сигарету. — Вот скажи, давно увлекаешься наукой?

— Со студенческих лет. А что? — секундная пауза, — Хьяльти, вы выглядите очень уставшим. Думаю, вам стоит отдохнуть.

Профессор затянул в лёгкие сигаретный дым и, снова проигнорировав вопрос парня, произнёс не в тему слова:

— Наш доктор Агиль, с которым скоро познакомитесь, вчера, ещё до того, как связь прервалась, сообщил, что оперировал человека. Пересадил сердце, а донор, был совсем ещё ребёнком… Внезапно, профессор прервал свою речь и удивлённо посмотрел на человека, который стоял на другой стороне палубы. Парень был одет в олимпийку с капюшоном на голове. «Вагни, ты видишь человека, вон там? — указал пальцем на другой конец палубы Хьяльти.

— Вижу! — ответил парень — а что, он из нашей экспедиции? Что-то Свен нам его не представляла. Хьяльти замолчал и не отрывал взора от человека…

— Профессор, ау! Что с вами? — окликнул археолога Вагни, пристально вглядываясь в задумавшегося ученого. Руководитель экспедиции вздрогнул, потом извинился за свою заторможенность и свалил всё на усталость. Вагни предложил ему пойти и отдохнуть в каюте, но тот, лишь покачал головой и продолжал рассказывать:

— Так, на чём мы остановились? — спросил профессор, выкинув окурок за борт.

— Вы рассказывали про молодого донора! — ответил парень, и облокотился на спинку скамьи.

— Ах-да. — произнёс Хьяльти и вновь обернулся на противоположенный конец палубы. — Чёрт! Вагни, он исчез, — ошеломлённо проговорил профессор.

— Что… кто исчез? — встревожено подскочил парень и озирался.

— Да тот, человек в рубашке с капюшоном.

— Профессор, вы его знайте? — Вагни всерьёз обеспокоился о состоянии профессора.

— Не знаю. Видимо, мне и вправду пора спать — сказал археолог — я, наверно, пойду. Надо отдохнуть — покачав головой археолог, направился к каюте. А Вагни, недопонимая состояния руководителя, лишь проводил его взглядом, так и не сказавши ни слова вслед.

Под покровом звёздного неба, профессор вышел из каюты подышать немного свежим воздухом, — задумался. Прикурив сигарету, он перенёсся мыслями на два года назад… Так получилось, что однажды на симпозиуме археологов, проходящем в столице Перу, Лиме, познакомился с доктором Агилем. Тогда, кому-то из делегатов стало плохо — инфаркт. Даже наступила остановка сердца. А доктор был в тот момент у друга в Лиме, который работал на Скорой неотложной помощи. В тот день, Агиль решил поехать с ним за компанию. И его решение оказалось провидческим. Ведь Агиль был кардиологом. И ему удалось путем прямого массажа сердца, заставит вернуться к жизни человека — учёный был спасён! Ну, а потом, профессор Хьяльти, прямо с конгресса археологов поехал в больницу проведать коллегу. Археолог просидел у больничной койки пострадавшего учёного почти сутки. Неотступно в клинике находился и доктор Агиль, который боялся оставить тяжело больного человека. Знаменитый кардиохирург, находясь почти сутки рядом с Хьяльти о многом переговорил. Доктор увлекся рассказами археолога и вел вполне профессиональную беседу. Выяснилось, что Агиль хочет организовать в своей стране, Эквадоре, экспедицию по следам учёного Морица. Хирурга интересовали таблички с письменами, скрытые в одной из пещер в Андах. И Хьяльти, с удовольствием принял предложение доктора, участвовать в экспедиции.

Отправились они вдвоём, в сопровождении двух проводников. Им удалось довольно легко пройти опасные земли, заселенные дикими племенами шуара и малаката. Это было до знаменитого землетрясения, которое сильно изменило ландшафт. Главное, что один из проводников знал то место, где нужно было под скалой нырнуть и проплыть несколько метров под водой. Потом, вынырнув, они оказались в небольшой пещере. Там, в нишах и стояли загадочные вещи. И то, что открылось Хьяльти и Агилю, будоражило сознание. Десятки табличек, покрытых пленкой из золота, с выгравированными на них иероглифами на неизвестном языке были аккуратно размещены на каменных полках и нишах.

Некоторые валялись в беспорядки, на полу пещеры в воде, по щиколотку. Кое-где в нишах стены стояли скульптурные фигурки непонятных существ, покрытых золотой фольгой — у людей разбегались глаза. Обратно проплыть с подобными сокровищами им бы не удалось. Они договорились, что придут сюда еще раз, но с более экипированной экспедицией, чтобы взять хоть несколько образцов — плит с письменами. Каждая из которых весит не менее десяти килограммов. И лишь одну, которую взяли с собой, потеряли при переходе из пещеры под водой. Вроде, слиток был в рюкзаке Хьяльти. Но, стоило нырнуть под своды пещеры, мешок зацепился за скальный выступ и сорвался со спины вниз. Сам археолог, едва смог добраться до воли — кислород в лёгких был на исходе. Проводник с Агилем вытащили профессора в полуобморочном состоянии. И даже тогда археолог рвался обратно в пещеру, но, доктор остановил…

— Профессор, жизнь дороже всяких артефактов, — убеждал на повышенных тонах Агиль — мы сюда вернёмся в самом скором времени.

Тем временем, проводники взволновано попросили побыстрее уйти, поскольку окрестные племена ступили на тропу войны и, если повезет, снимали скальп с каждого попавшего чужака, а если нет, из отрезанных голов делали сувениры тсендзa. И тогда, тихо, почти на цыпочках, в глубоком молчании, группа из четырех человек прошла опасную зону в двадцать километров. Наконец, добравшись до маленького посёлка, пересели на рейсовый автобус, а там, ещё двадцать часов тряслись по горной дороге, ведущей в столицу. Потом, чтобы хоть как-то разрядить плохое настроение, доктор повёз профессора на экватор. Само название страны Эквадор (экватор), говорило о ее местонахождении. Там, в нижнем городе Кито, прямо на географическом экваторе Земли был интересный музей. Увлекательная экскурсия оставила у профессора неизгладимое впечатление. Им показали незримую линию