Дети неба - Вернор Виндж

— На самом деле это сейчас всего лишь я, Радист. Рад тебя видеть, Равна.

Вот как?

Они дошли до конца коридора. Зек двинулся по винтовой лестнице вверх, Ритл рядом с ним. У Равны возникли обычные трудности закручивания на этой спирали. А наверху…

Наверху на одном из насестов Магната сидела Джоанна и улыбалась до ушей.

Наверное, Равна вскрикнула, потому что Джоанна приложила к губам палец.

— Мы защищены экранами, но они имеют свой предел, и я не хочу, чтобы подумали, будто тебя пытают. — Она вскочила, и они крепко обнялись, ничего не говоря.

Равна шагнула назад, не в силах произнести ни слова. Ей приходилось сталкиваться с неожиданностями, но редко они были так приятны. Сейчас у нее просто слова застряли в горле. На тайном канале связи Резчица и Тщательник были ошеломлены еще больше Равны.

— Это Джоанна, — сказала Равна наконец.

— Ага, и правда я. Я живая, невредимая и очень рада тебя видеть.

— И ты не пленница?

— Нет… могла бы прямо сейчас уйти. Но не уйду. — Джо больше не улыбалась. Она обернулась и выглянула сквозь полупрозрачные занавески на носовых иллюминаторах. Солнце светило так ярко, что можно было разглядеть лежащий перед кораблем ландшафт. — Прошу прощения, что ввела в заблуждение друзей, хотя Джефри наверняка уже знает правду. — Она показала на Тиару Равны: — И Резчица, конечно, тоже.

Равна кивнула и коснулась тиары. Голос Резчицы стал слышным:

— Да, я на связи. И Тщательник тоже. Кажется, я понята, что происходит. Все это для того, чтобы установить с Магнатом тайное сотрудничество?

— В основном. А я здесь, чтобы убедить вас в доброй воле Магната.

— Она отлично выглядит, Резчица, — вставила Равна.

— А Странник? — спросила Резчица.

Веселье Джоанны испарилось. Как будто вдруг она налетела на стену.

— Я… Я думаю, Странник убит. Во всяком случае, расчленен. Хранитель загнал его в Хор. Резчица, можем мы с тобой об этом поговорить — только с глазу на глаз? Только ты и я?

Голос Резчицы ответил после едва заметной паузы:

— Да, но позже.

— Н-ну ладно. — Джоанна отвернулась к окнам и долго ничего не говорила. Видны были двое солдат Гибкаря, патрулирующие местность. — Я думаю, этот маневр обманул Невила. — В ее голос вернулась прежняя задиристость. — Маг, ты слушаешь?

Зек ответил другим голосом. Как у Тимора, только ворчливее:

— Слушаю, конечно. Хочешь, чтобы я объяснил перемену настроения?

— Да. Ты годы затратил, чтобы меня найти и убить. Что случилось, что изменило твое намерение? Только покороче, потому что снаружи ждут Равну.

— Хорошо. Только пусть никто не думает, что я легко меняю точку зрения. Моя целеустремленность почти бесконечна — иначе бы я ничего не добился в тропиках. И все же некая часть моего сознания всегда относилась к Хранителю с подозрением — даже когда он был мне невероятно полезен. Я заметил, что люди, с которыми я ознакомился, не чудовища. Когда Радист говорил от имени людей, он пробудил у меня любопытство достаточное, чтобы не убивать Джоанну на месте.

— И спасибо тебе за это, — вставила Джоанна.

— Но это поставило меня в трудное положение, — продолжал Магнат. — К счастью, я очень быстро соображаю. Мне нужно было уйти от Невила с его лучевым ружьем. Исходя из того, что дальность его действия достигает сотен километров, мне нужны были часы безопасного полета. Поэтому я захватил Джоанну и взлетел, оставляя Невилу надежду, что я все еще хочу вести с ним дела.

Джо кивнула:

— У нас с Магом был очень… напряженный день. Ну, как вы видели на той сцене у Невила, только на несколько часов. Я думаю, все решила записная книжка Описателя с изобретениями.

— Описатель когда-то доставал меня до печенок с этими своими книжками. Разговаривая с Джоанной, я понял, что ее он злил точно так же. Она его не убила, ей просто хотелось это сделать. Мы оба его отшили — и оба годами об этом жалели. И я в Джоанне ошибался. Я не часто делаю ошибки, но если такое случается, они бывают чудовищны. За прошедшие декады я пересмотрел свои планы.

Голос Тщательника прозвучал скептически, но как мелочная придирка:

— Если у тебя столько часов ушло на пересмотр отношения к Джоанне, не было ли слишком порывистым решение выбросить Хранителя за борт? Ты же едва успел взлететь.

— Ну, я же сказал, что умею соображать очень быстро. В данном случае…

Голос Зека резко поменялся в середине фразы — Радист заговорил вместо своего начальника:

— В данном случае служащие Магната предвосхитили его желания. Видишь ли, Хранитель умер в результате… гм… увечья. Ты знаешь, Равна, что Амдиранифани помогал Уту и другим моим фрагментам, с которыми мог установить связь. Но это еще не все. Хранитель всегда работал на грани увечья. Он наслаждался этим и годами совершенствовался в этой игре. Амдиранифани решил, что победит, воздействуя на экипаж. Первая попытка стоила ему двух глаз — но от этого он только поумнел. Моим элементам случалось видеть жертвы Хранителя. И жертва пыток его никогда перехитрить не могла — до Амдиранифани.

Амди? Робкий Амди?

Равна чуть не сказала эти слова вслух. Радист продолжал:

— В тот день над Холмом Звездолета, когда мы открыли сбросовый люк, Хранитель собирался выбросить кого-то частично — вероятно, Амдиранифани. Амдиранифани передавал звуки по всей гондоле управления, и ни разу Хранитель его не смог поймать. Амдиранифани так почти все время переговаривался с остатком Бу… остатком Шелковинта, а эта четверка все время передвигалась в клетке, не давая Хранителю возможности понять, что значат эти звуки. Потом Хранитель отправил один свой элемент вниз открыть люк и велел Суперкарго расковать часть Амдиранифани. Я — Ут — сделал именно то, что задумал для нас Амди: слез с насеста, взял у Суперкарго ключи и отпер клетку Шелковинта. Эта четверка — законченный убийца, ты это знаешь? Эти твари превратили гондолу в ад, рубя Хранителя и всех, кто был ему еще лоялен. Суперкарго выбросил в люк один элемент Хранителя, а Хранитель поймал меня сзади и перерезал горло. После этого помню только, как лежу на палубе и истекаю кровью насмерть.

Голос Радиста продолжал звучать ровно, но глаза у Зека стали огромными, и его трясло. Равна протянула к нему руку.

— Можно не рассказывать, — сказала она тихо. — Остальное мы знаем.

Когда Магнат заговорил снова, он уже не был так полон бахвальства.

— Они поступили правильно, и я благодарен им.

— Да, — сказала Джоанна с мрачным удовлетворением. — Под конец Хранитель получил примерно то, что сделал с беднягой Описателем. — Она помолчала. — Вот так это и было. И лучше бы нам скрывать это от Невила как можно дольше.