Евангелие от Зверя - Василий Головачев

— Бред! — крякнул генерал, оттянув воротник рубашки и ослабляя узел галстука. — Никогда не слышал о такой секте! А уж тем более не верю, что ее возглавляет начальник президентской администрации! На кой это ему надо?

— Пути отморозков неисповедимы, — пожал плечами Ратников.

— А ты уверен, что секта существует не только в твоем воображении, капитан?

— На сто процентов! — подтвердил Ратников. — Скоро у меня будут прямые доказательства существования храма.

— Ну и ну! Всякое слышал, но такое… Секта! Морок… м-да! Это существенно меняет дело. А я хотел было отстранить тебя от расследования и дать другое задание. Что ж, поработай, может, через дражайшего «голубчика» Калошина выйдем на интересных людей, заправляющих всеми этими дестабилизирующими процессами. Сект у нас в России развелось как сорняков, и всякая норовит прибрать к рукам молодежь. С этим надо кончать. Но! — Валерий Павлович поднял палец. — Работать будешь негласно. Папа не должен знать, чем ты занимаешься. Я сильно подозреваю, что он повязан какими-то обязательствами перед хорьками в президентском окружении и выполняет их пожелания. Недаром же он по два раза на дню бегает к Калошину. Вчера он приказал закрыть дело ВВЦ, а также спустить на тормозах несколько других дел, связанных с коррупцией на ВВЦ.

— Возможно, он тоже член секты, как и Калошин.

— Это еще надо доказать. Официально будешь работать по националам с их «Тайной доктриной». Главарь объединения после очередного погрома в бегах, будешь его искать. Вот, ознакомься.

Генерал подвинул Ратникову папку под номером 119 и надписью: «Доктрина».

Терентий раскрыл папку, с любопытством глянул на вложенный в нее бювар темно-вишневого цвета с золотым тиснением: «Тайная доктрина. Контрлиберализм». В бюваре лежала объемистая пачка глянцево-белых листов. На первом было напечатано:

Auctoritas. Основоположники

Сунь Цзы

Шан Ян

Цинь Ши-Хуанди

Платон

Макиавелли

Чезаре Борджиа

Гегель

Карл Маркс (Гиршель)

Иван IV Грозный…

Всего список основоположников насчитывал шестнадцать фамилий, а заканчивался он фамилией Сталина.

Здесь же, на этой странице был приведен чей-то афоризм:

«Лучше действовать и раскаиваться, чем бездействовать и все равно раскаиваться».

Ратников полистал странички текста, наткнулся на заинтересовавшие его строки:

«Власть как таковую мы ценим, любим и уважаем, ибо она обуздывает ненасытные претензии разного рода сволочи: от уездных царьков — мэров и губернаторов — до привокзальных кидал. Когда власть исчезает, мы сиротеем».

И ниже:

«Таким образом, ДОКТРИНА контрудара (освобождения) должна выстраиваться просто и ясно: следует преданно любить близких и свирепо ненавидеть Врага, ибо он может наших любимых либо уничтожить, либо растлить. Горячее сердце и кинжал за пазухой — вот подлинные атрибуты, необходимые нам в повседневной жизни. Нужно уметь охранять того, кого любишь, и стремиться к тому, чтобы защищать их жизнь от посягательств всякой нежити. Если мы не научимся до беспамятства любить и не-навидеть, мы не сможем дорасти до Человека. Никакие политические программы не нужны до тех пор, пока мы не сплотимся и не начнем помогать друг другу выжить в таком прекрасном и таком жестоком мире » .

— Потом будешь изучать, на досуге, — буркнул Приймак, усмехнувшись в ответ на озадаченно-удивленный взгляд Ратникова. — Что, нравится?

— Тут есть рациональное зерно, — признался капитан. — Особенно насчет «преданно любить своих близких».

— Там много рациональных и здравых мыслей. Идеологи наших наци не дураки. А главное, они правы, когда призывают нас перенять опыт некоторых малых народов, умеющих сплачиваться и держаться друг за друга во имя выживания. Русским давно пора объединиться и начать отстаивать свои права, отнятые другими в родном же государстве. Там дальше найдешь интересный анализ того, чем мы не владеем в России. К примеру, какой народ в мире не имеет своего национального правительства?

— Русский, — пробормотал Ратников, не ожидавший от начальника Управления таких откровений.

— Какой народ не имеет национального телевидения? Национальных средств массовой информации? Тоже русский. А какой народ в России самый униженный?

Ратников молчал.

Валерий Павлович усмехнулся.

— Что, думаешь, крыша поехала у генерала? На старости лет националистом сделался? Не сделался. Я им был! Но не оголтелым, как черносотенцы, казаки и мальчики из РНЕ. Кстати, тебе тоже не мешало бы стать националистом — умеренным, здоровым и умным. Свой род тоже надо уметь защищать.

— Но если создатели этой «Доктрины» правы…

— А нас заставляют ими заниматься, то о чем это говорит? Ты это имел в виду? К сожалению, Папа выполняет чью-то волю, а мы вынуждены ему подчиняться. Хотя все не так просто на самом деле. Некоторые руководители нацформирований настоящие отморозки, тоже выполняющие чьи-то приказы, поэтому их надо ограничивать, ловить и сажать.

— Понял, товарищ генерал.

— Тогда свободен. Чтобы через пару дней дал мне версию убийства Савагова: кто и за что.

— Постараюсь, товарищ генерал.

Ратников пожал протянутую руку начальника Управления, взял папку и вышел, не зная, радоваться ему или огорчаться, что Приймак не стал выяснять подробности его отношений с подследственным Антоном Громовым и его другом Пашиным.

В машине он снова раскрыл папку, собираясь полистать документы, и в это время зазвонил телефон.

— Капитан, мы вернулись, — заговорил в трубке голос Ильи Пашина. — Ты сильно занят?

— Не очень, — ответил обрадованный Терентий.

— Есть разговор.

— Так вы уже в Москве? Нашли что-нибудь?

— Подъезжай ко мне, поговорим.

— Еду. — Ратников бросил папку на заднее сиденье и включил двигатель.

Через час — из-за пробок ехать пришлось медленно — он оставил «Лагуну» во дворе дома Пашина и поднялся к нему в квартиру.

* * *

Обмен информацией длился долго.

Смерть Савагова ни Пашина, ни Громова не удивила. Они высказали ту же гипотезу, что и Славик: замдиректора ВВЦ убили заказчики похищений восемнадцатилетних девушек. А ими могли быть только слуги-агенты Морока: Черный Вей, верховная жрица храма и колдун Хрис.

В свою очередь, рассказ друзей о походе к озеру Лихов Колодец произвел на Ратникова большое впечатление. Не верить друзьям он не мог, но удивлялся откровенно, хотя и ни разу не прервал собеседников.

— Что ж, этого следовало ожидать, — сказал он, когда Илья закончил. — Слава богу, что вы остались живы! Однако мы зашли в тупик, парни, давайте думать, как из этого дерьма вылезать. Генерал подтвердил карт-бланш на поиск и нейтрализацию похитителей девчонок, так что я имею право привлечь к работе весь наш технический арсенал.