Восходящая Тень - Роберт Джордан

Эмис долго смотрела ему в глаза, потом кивнула, хотя и с явной неохотой.

Ранду стало малость полегче. Семь дней пропали безвозвратно, но, может быть, больше ему не придется терять времени. Правда, Морейн с Авиендой пока в Руидине, и их все равно придется ждать. Не может же он взять и бросить Морейн на произвол судьбы.

— Ты знала мою мать? — спросил юноша. Эгвейн наклонилась вперед, внимательно вслушиваясь. Рука Эмис замерла на лице Ранда.

— Да, я знала ее.

— Расскажи мне о ней. Пожалуйста.

Хранительница уставилась на ссадину над его ухом. Если бы ее хмурый взгляд мог Исцелять, Ранд наверняка обошелся бы без бальзама. Наконец Эмис заговорила:

— Шайиль встретилась мне, когда я была Фар Дарайз Май, более чем за год до того, как я отреклась от копья. Однажды неподалеку от Драконовой Стены наш отряд выследил молодую золотоволосую женщину из мокрых земель. Она ехала на прекрасной кобыле, имела вьючных лошадей и одета была в шелка. Мужчину мы, конечно, убили бы на месте, но у нее не было никакого оружия, кроме ножа. Некоторые предлагали раздеть ее догола и прогнать обратно, за Драконову Стену…

Эгвейн заморгала. Как видно, еще не свыклась с суровостью айильских обычаев. Эмис, не заметив этого, продолжала:

— Но нам показалось, что женщина что-то сосредоточенно ищет. Мы заинтересовались и незаметно последовали за ней. Шли дни, лошади ее пали, иссякли припасы, кончилась вода, но она продолжала двигаться, пока не выбилась из сил и не свалилась на землю. Подняться она уже не могла. Мы решили дать ей воды и разузнать, в чем дело. Она была близка к смерти и заговорить смогла только по прошествии целого дня…

— Ее звали Шайиль? — спросил Ранд, когда Эмис приумолкла. — А откуда она была родом? И зачем пришла сюда?

— Она назвалась нам Шайиль, — вступила в разговор Бэйр. — Наверное, прежде у нее было другое имя, но я его никогда не слышала. А Шайиль на Древнем Наречии означает «Посвященная».

Мэт, похоже, сам того не замечая, согласно кивнул, а Лан пристально посмотрел на него поверх серебряной чаши с водой.

— Поначалу эта Шайиль сильно горевала, — закончила Бэйр.

Эмис, опустившись на колени рядом с Рандом, кивнула и продолжила свой рассказ:

— Она все время толковала о покинутом сыне. Говорила, что вынуждена была оставить мужа и ребенка, но мужа она не любила, а вот сына любила, и очень сильно. Где она их оставила, мы так и не услышали. По-моему, она не могла простить себе, что бросила ребенка. Вообще-то Шайиль была не слишком разговорчива и рассказывала о себе мало. Однако оказалось, что искала она именно нас, Дев Копья. Некая Айз Се дай по имени Гайтара Моросо, наделенная даром Предвидения, поведала ей, что ее землю, ее народ, а может быть, и весь мир ждут неисчислимые беды, если она не отправится к Девам Копья, причем никому не сказав о своем уходе. Она должна будет стать Девой и не возвращаться в родную землю, пока Девы не отправятся в Тар Валон. — Она покачала головой. — Представляешь, что мы могли об этом подумать? Чтобы Девы отправились в Тар Валон! Ведь в то время еще ни один айилец не перебирался за Драконову Стену, с тех самых пор как наш народ поселился в Трехкратной Земле. Святотатство Ламана заставило нас вторгнуться в мокрые земли только через четыре года. И никогда не бывало, чтобы Девой стала женщина не айильской крови. Некоторые из нас решили, что бедняжке голову напекло и она повредилась в уме. Но упорства и воли ей было не занимать, и как-то само собой вышло, что ей разрешили попытать счастья.

Гайтара Моросо. Айз Седай с даром Предвидения. Ранду казалось, что он уже слышал это имя. Но где? Когда? Выходит, у него есть брат. Сводный брат. Ранд с детства задумывался о том, каково это, иметь брата или сестренку. Кто же он, его брат? Где он?

Эмис тем временем продолжала:

— У нас почти каждая девчонка мечтает стать Фар Дарайз Май и еще в детстве приобретает основные навыки обращения с оружием и рукопашного боя. Но при всем этом даже те девушки, которые действительно делают первый шаг и обручаются с копьем, став Девами, обнаруживают, что, в сущности, ничего еще не знают и не умеют. Шайиль было стократ труднее. Из лука, правда, она стреляла неплохо, но никогда прежде не пробегала больше мили, не говоря уж о том, что ей в жизни не приходилось искать пропитание в пустыне. Она понятия не имела о таких вещах, какие у нас известны каждой десятилетней девчушке; не знала даже, какие растения указывают на близость воды. Тем не менее она добилась своего и уже через год после нашей встречи принесла обет Девы и была принята в септ Шумай клана Таардад.

Все ясно. Со временем она вместе с сестрами по копью отправилась на Тар Валон и встретила смерть на склоне Драконовой Горы. После этого рассказа у Ранда появилось чуть ли не больше вопросов, чем было прежде. Если бы ему довелось хотя бы раз увидеть лицо матери…

— В твоем лице есть что-то от нее, — промолвила Сеана, будто прочитав его мысли. — Во всяком случае больше, чем от Джандуина.

— Джандуин? Это мой отец?

— Да, — ответила Сеана, — он был вождем клана Таардад. Самым молодым из всех вождей, но воля и мощь его были таковы, что люди, даже не из его клана, верили ему и следовали за ним. Он сумел покончить с двухсотлетней враждой между Таардад и Накай и заключить союз не только с Накай, но и с Рийн, а уж рийнцы-то готовы были враждовать со всем миром. Он был близок к тому, чтобы примирить Шаарад и Гошиен, и, будь у него время, возможно, не дал бы Ламану срубить Древо. Но Древо было срублено, и Джандуин, хоть он и был молод, повел Таардад, Накай, Рийн и Шаарад против Ламана и заставил святотатца кровью заплатить за его преступление.

Был молод. Стало быть, теперь его нет в живых. Лицо Эгвейн выражало искреннее сочувствие, но Ранд не хотел, чтобы его жалели. Да и разве мог он испытать горечь утраты, если никогда не видел ни отца, ни матери? Не должен был, но все же испытывал.

— Как умер Джандуин?

Хранительницы переглянулись, последовала заминка, а потом заговорила Эмис:

— Шел уже третий год поисков Ламана, когда Шайиль узнала, что ждет ребенка. По всем обычаям ей надлежало вернуться в Трехкратную Землю. Пока Дева вынашивает ребенка, ей запрещается носить копье. Но Джандуин ни в чем не мог ей отказать, он бы для нее и луну с небес достал. Вот и получилось, что она осталась с ним, а во время последней битвы у Тар Валона пропала. Ребенок тоже исчез. А Джандуин так и не смог простить себе, что не заставил ее подчиниться закону.

— Он отказался от звания вождя клана, — вступила в разговор Бэйр, — неслыханное дело, прежде такого никогда не бывало. Ему говорили, что это невозможно, но он и слушать никого не хотел. Собрал отряд юнцов и ушел на север, в Запустение, охотиться за троллоками и Мурддраалами. Случается, что так поступают молодые сумасброды и некоторые Девы, у которых ума не больше, чем у коз. Но как рассказывали те, кому удалось вернуться из этого похода, погиб он от руки человека, а не троллока. Будто бы этот человек был так похож на Шайиль, что у Джандуина не поднялось копье. А вот у того человека поднялось, и Джандуин был пронзен насквозь.