Часодеи. Часовая башня - Наталья Щерба

— Неприятно. Мне придется отмотать ветку прошлого для твоего носа. Только сделать это следует аккуратно, так что не отвлекай меня, а то я могу увлечься и случайно уменьшить его до младенческого… И будешь ходить с носиком-кнопкой.

Захарра принялась осторожно водить стрелой по кругу. Василиса замерла, широко расплющив глаза, и боялась даже дышать.

Внезапно ее лицо охватил жар, щеки запылали, как два угля, а в области носа началось сильное жжение, вскоре переросшее в нестерпимый зуд. Но, глядя на сосредоточенное лицо Захарры, она молчала и только изо всех сил стискивала зубы.

— Ну вот, мне кажется, я могу собой гордиться. — Захарра наконец-то опустила стрелу и удовлетворенно оглядела свою работу.

Василиса подбежала к зеркалу.

— Спасибо, — облегченно произнесла она. — Пожалуй, теперь можно подумать о школе.

— Давай лучше что-нибудь перекусим? — предложила Захарра. — Три часа в Северной башне меня очень утомили… Зато я лучше узнала всех ключников и теперь примерно представляю, с кем иметь дело. Хотя золотого и рубинового ключников по-настоящему я узнала только что в коридоре. — Она пренебрежительно фыркнула. — И знаешь, они идиоты, конечно, оба. Но Марка я бы тебе советовала опасаться. Когда его вызвали на совещание, он вел себя очень вежливо… — непроизвольно Захарра понизила голос. — Такой услужливый, умный, все понимающий… Вот же двуличный тип. Он хочет выделиться среди вас и не остановится ни перед чем.

— А как тебе Маришка? — поинтересовалась Василиса.

— Госпожа кошмар-р?

Девочки одновременно прыснули.

— Она хитрая. — Захарра в задумчивости почесала нос. — Но не такая умная, как Марк. Но тоже зловредная. А вот Ярис мне понравился. Симпатичный. И на все вопросы хорошо отвечал — честно и прямо.

— Ну-у, в летнем лагере он себя по-всякому показал, — протянула Василиса. — И дружит он не с нами, а с Марком и Нортом.

— Меня больше всего взволновало другое, — внезапно произнесла Захарра. — Это Войт.

— Этот Войт мне вообще не понравился! — тут же взвилась Василиса. — Он такой злой и…

— Это был Астрагор, — перебила ее Захарра. — Я не сразу это поняла…

В комнате стало очень тихо. У Василисы мурашки побежали по спине: на какое-то мгновение ей показалось, что Захарра спятила.

— Он недооценивает меня, — задумчиво продолжила та. — Уверена, он думает, что я не догадалась. Хотя я давно знаю, что он переселяется в Войта, когда хочет побыть среди учеников и выведать, о чем они между собой говорят. Не затевают ли чего… Иногда он переселяется в Рока. Все старшие об этом знают, конечно…

— Неужели такое возможно? — Василису передернуло от омерзения.

Захарра скривилась.

— Астрагор — высший Дух. Он может переселиться в любого, кому исполнилось восемнадцать. У детей организм еще неокрепший, поэтому они не смогли бы вынести чужого вмешательства, и Дух оказался бы заточен в чужом теле как в ловушке, а после смерти своей жертвы сам стал бы затерянным во времени.

— Какие страшные вещи ты рассказываешь!

Василиса была по-настоящему потрясена: этот проклятый Астрагор пугал ее все больше. Теперь она еще сильнее боялась за Фэша… Наверное, поэтому мальчик не хочет с ней общаться. Ведь получается, пусть и косвенно, именно из-за нее Фэш вернулся к такому страшному учителю!

— Хуже другое… — Захарра обернулась к Василисе и пристально взглянула ей в глаза. — Я уверена, что Астрагор хотел увидеть только тебя. После того, как ты вышла из комнаты, он… ну, то есть Войт, тоже встал и ушел. Это значит, что остальные ключники его не интересовали. Ведь мы с тобой пришли первыми из всех.

— Мне кажется, он бы убил тебя на месте, не владей ты синей искрой, — вновь продолжила Захарра.

— Если бы не эта искра из хрустального сердца, я бы и так умерла! — огрызнулась Василиса. Ее начала раздражать откровенность подруги. — И хватит меня пугать, — со злостью добавила она. — Мне давно страшно.

— Не горячись, — замахала на нее руками Захарра. — Ты сама как искра — слово тебе скажи, тут же вспыхиваешь. Недаром у тебя фамилия Огнева… Все-все-все, молчу.

— Просто день у меня сегодня был неважный. — Василиса глубоко вздохнула, пытаясь успокоиться. — А еще в школу эту собираться.

Она кинула взгляд на кровать, где была разложена ее школьная форма, и тут же удивленно подскочила.

— Что это?

На зеленом покрывале лежал небольшой рюкзак. Он был черный, замшевый, с одной металлической застежкой. На верхнем клапане красовался большой серебряный знак в виде штурвального колеса корабля, а в центре к нему крепилась тонкая стрелка. По кругу шли надписи: сумка, саквояж, рюкзак, чемодан большой, чемодан маленький, мешок, холодильник…

Захарра тоже увидела новую вещь и подошла поближе.

— Так это же сумка-таймер! У меня тоже такая есть.

— Что-что?

Василиса осторожно клацнула застежкой и открыла рюкзак. Внутри оказался комплект для умывания: мыло, зубная паста, зеркальце с расческой, салфетки и даже свернутое вчетверо небольшое полотенце. На самом низу она обнаружила короткую записку от отца:

«Удачи! Н. Огнев»

— О, так это отец подарил? — через плечо заглянула Захарра. — Теперь ты сможешь уместить в него все свои вещи. Хорошая штука. У меня такой же, правда всего на шесть отделений.

— Ты что, смеешься? — Василиса покосилась на гору одежды, приготовленную к школе. — Ну, может, сюда еще рубашка и этот синий галстук влезут. И то, если хорошо втиснуть.

Но втайне Василисе было очень приятно, что отец сделал ей подарок к первому дню школы.

— Вот темнота! — снисходительно усмехнулась Захарра, моментально напомнив своего брата. — Это же та-айме-ер! Ты можешь сложить в него полкомнаты, и еще место останется. Видишь колесо с восемью отделениями, да? Сейчас стрелка указывает на «сумку» — наверное, это самое небольшое отображение твоего таймера… Смотри-ка, у тебя тут даже холодильник есть, неплохо, — девочка уважительно покивала. — У меня такого нет…

— Я тебя вообще не понимаю, — удрученно помотала головой Василиса.

— Чувствую, что тебе предстоит еще много чудных открытий… — Захарра фыркнула. — Ну что, ты хочешь узнать секрет этого таймера?

Сгорая от предвкушения чего-то необычного, Василиса кивнула:

— Еще бы!

Захарра нарочито медленно повернула колесо, переместив стрелку на отделение «саквояж». Внутри сумки что-то тихо щелкнуло, и на глазах изумленной Василисы черная сумка превратилась в большой продолговатый саквояж из темно-коричневой кожи с бронзовой ручкой наверху. Штурвальное колесо таймера теперь красовалось на его пузатом боку.

— Я думаю, что он подходит для одежды… — продолжила разъяснения Захарра. — А теперь я перемещу стрелку на холодильник. А ну-ка, ну-ка…