Тот, кто меня спас - Анна Платунова

«Беги!» — говорили его глаза.

И тут же химера вновь бросился на него, метя острыми зубами в шею.

Все закончилось в один миг, я не увидела как. Я только отвернулась, чтобы добраться до окна, и внезапно стало тихо. И от этой тишины сделалось жутко. Я не могла заставить себя посмотреть.

Скай победил. Ведь он не мог не победить, да? Сейчас он позовет меня.

— Повернись, девочка, — услышала я голос.

Отвратительный голос химеры. В нем с трудом можно было узнать голос лекаря.

— Нет, нет, нет…

Зажав ладонями рот, я медленно оглянулась. Скай лежал навзничь, вернув облик человека. Грудь изранена, в уголках рта запеклась кровь. А над ним навис Вегард, прижимая его руки к полу когтистыми лапами. Он обернулся лишь наполовину: тело оставалось звериным, и лишь лицо было человеческим. Только сейчас оно больше напоминало застывшую маску. В оскаленной пасти виднелись острые зубы.

Скай перевел на меня измученный взгляд.

— Беги, Ри… Беги…

— Стой, девочка, если не хочешь его смерти.

Я вцепилась руками в подлокотник, чтобы не упасть.

— Вот, стою! — я так хотела, чтобы мой голос звучал уверенно и бесстрашно, но услышала еле слышный шепот. — Чего ты хочешь?

— Вернись, и я отпущу его.

— Нет, — сказал Скай.

Я видела: для того чтобы голос его снова звучал громко и твердо, он собрал последние силы.

— Отпусти ее, с тобой останусь я.

Химера осклабился. Нитка слюны повисла на кончике его языка и потянулась вниз. Он облизнулся длинным языком, а потом, не удержавшись, провел им по кровоточащей ране Ская. Тот выгнулся, сжав губы.

— Скай, — прошептала я, делая шаг навстречу.

— Не подходи, Маргарита! — и вновь эти повелительные нотки в его голосе. — Не смей!

Химера не сразу оторвался от порезов на груди Ская, а когда поднял голову, весь подбородок был в потеках крови.

— Ну что, девочка? Кто остается?

— Я! — крикнул Скай. — Маргарита, уходи!

— Свой личный дракон, м-м-м… — в голосе химеры вдруг прорезалось мурлыканье, как у сытого кота. — Знаешь, что я сделаю с тобой? Отгрызу тебе руки, чтобы ты не смог улететь, надену ошейник и посажу на цепь.

Я вскрикнула и залилась слезами. Я не сомневалась, что именно так он и поступит, он не запугивал сейчас, он просто ставил в известность.

— Нет, пожалуйста, нет…

Скай поймал глазами мой взгляд. Я вдруг ясно поняла, что он чувствует: ведь над ним нависло чудовище из его детских кошмаров. Если драконы чего-то и боялись, то только химер. И сейчас он знал, на что идет, но пытался быть сильным ради меня.

— Уходи, неари. Уходи, моя родная. Иди в Орлиные Крылья.

Он давал мне последние наставления, он прощался.

— Я все равно умру, глупый! — крикнула я.

Мне так хотелось зажать руками уши, зажмуриться, чтобы не видеть и не слышать…

— Подойди попрощайся, девочка, — услышала я голос химеры. — Он так бился за тебя, что заслужил это.

Тихо, тихо, шаг за шагом я приблизилась к двум непримиримым врагам. Опустилась на колени перед Скаем и погладила его по щеке. Он поцеловал мои пальцы.

— Я бесконечно перед тобой виноват…

Он больше ничего не сказал, но в одной этой фразе было больше смысла, чем в тысяче слов.

— Я люблю тебя, Скай, — прошептала я. — Когда-нибудь Горошинка вырастет и станет похож на тебя, такой же красивый и сильный. Мы этого не увидим, но ничего, да?..

— Горошинка? Ты назовешь нашего сына Горошинкой? Отличное имя для дракона! — его лицо озарилось улыбкой, и я улыбнулась в ответ. Какое-то мгновение мы были счастливы. — А теперь иди. Иди, моя радость. Не надо тебе видеть то, что здесь будет.

Химера все это время молчал, давая нам возможность сказать последние слова. Вероятно, у этих чудовищ есть свой кодекс чести, заставляющий проявить уважение пусть к поверженному, но достойному противнику.

Но теперь он остро взглянул на меня, и я невольно отшатнулась, потому что в застывшем лице химеры, перепачканном кровью, все еще угадывались черты Вегарда. И это было так жутко…

— Все, — коротко бросил он.

Он открыл пасть, наклонился над Скайгардом и вырвал лоскут кожи с его плеча. Скай выгнулся дугой, а потом, пересиливая себя, заорал:

— Уходи, Ри! Уходи!

И я бросилась прочь, совершенно обезумев от ужаса. За моей спиной кричал Скай. Сначала «Уходи, Ри!». А потом просто кричал…

Я бежала, бежала, а потом поскользнулась и упала на спину, глядя в небо.

В небе парил стальной дракон. И какое-то время я наблюдала за его стремительным полетом. Дракон то нырял к земле, то взмывал в небеса, и быстрые движения крыльев выдавали его волнение. Дракон. Ничего необычного. Просто дракон в небе над миром людей…

— Ааааа! — завопила я, подскакивая на ноги и отчаянно размахивая руками.

Не бывает таких совпадений. Но пусть лучше я буду думать, что сошла с ума, чем лишу себя последней надежды. Старший лорд, а это был именно он, заметив меня, бросился к земле.

— Там! — закричала я, указывая на полуразрушенный дом, который, оказывается, стоял за городом, в каком-то заброшенном заросшем саду. — Скаю нужна помощь!

Дракон развернулся в воздухе и через пару мгновений скрылся в доме. Как давно он ищет нас? И как нашел? Но сейчас я была благодарна старому дракону. Никогда прежде я не была так рада его видеть.

Сама же я двинулась к дому медленно-медленно, внутри все дрожало и сжималось. Подошла, прислушалась: изнутри не раздавалось ни звука.

До боли прикусив губу, я поднялась на крыльцо и толкнула перекосившуюся дверь. У стены валялось переломанное, неподвижное тело химеры, а лорд Ньорд стоял на коленях перед сыном, почти полностью заслонив его. Однако я заметила, как ужасно изранен Скай. Всхлипнула, и свекор обернулся ко мне.

— Он поправится, — сказал он.

Только теперь я почувствовала, как затряслись ноги, и со всего размаха села на пол.

— Приляг пока и отдохни, — сказал лорд Ньорд, но я и без его приказов ни на что другое сейчас была не способна.

Иногда, открывая глаза, я видела, как старый лорд перебинтовывает Ская, слышала, как он что-то тихо говорит сыну. Потом лорд подошел ко мне, тяжело опустился рядом.

— Он спит. А как ты чувствуешь себя?

Я ничего не стала отвечать на этот глупый вопрос. Старый дракон выглядел сейчас совсем древним, усталым. Серое лицо избороздила сеть морщин, точно он постарел за это время на несколько веков.

— Вы думали, что убежали, но я сам отпустил вас. Хотел, чтобы Скай удостоверился в моей правоте. Но даже предположить не мог… Вчера почувствовал, что сердце не на месте, и полетел следом.