Волчья луна - Ольга Романовская

– Полагаюсь на ваш опыт в сыскном деле, месье.

Если господин Бош собрался провести настоящее расследование, Шарлотте бояться нечего.

Ларри быстро, насколько такое вообще возможно, раздобыл извозчика, и молчаливая троица направилась к станции. Так получилось, что слуга устроился на козлах рядом с возницей, а Шарлотте досталось место рядом с Гийомом. Сейчас вместо плаща он надел пальто – выходит, в загородном доме хранилась не только домашняя одежда. Цилиндр отсутствовал, то ли намеренно, то ли господин Бош забыл в спешке его надеть, и ветер ерошил темные волосы.

На въезде Мадален дорогу им ненадолго преградил разношерстный отряд с фонарями. Гийом велел кучеру задержаться и окликнул дородного мужчину, походившего на мясника:

– Что происходит?

– Девушка пропала, месье, ищем. – Собеседник признал в седоке благородного и почтительно стянул кепку, обнажив внушительную лысину. – Ушла вчера, до сих пор не вернулась. Думали, у любовника загуляла, ан нет…

Господин Бош нахмурился и чуть слышно пробормотал: «Неужели еще одна?» Никто, кроме Шарлотты, его не услышал.

Еще одна… На память пришли газетные статьи о страшных убийствах. Вздор, конечно, не стал бы маньяк ни с того, ни с сего приезжать в Мадален ради очередной жертвы.

– Известите полицию, – распорядился Гийом, обращаясь одновременно ко всем и ни к кому. – Следовало пойти туда сразу же. Удачи с поисками! Надеюсь, девушка жива.

– Спасибо, месье, мы все надеемся.

По знаку лысого люди расступились, и экипаж покатил дальше, к станции.

– Вы не вмешаетесь? – Шарлотта таки не удержалась от вопроса.

Господин Бош не ответил. Видимо, не посчитал нужным.

Поезда пришлось немного подождать, но к вечеру все благополучно переступили порог особняка на улице Шиповника. Отрывшая им дверь Катарина при виде хозяина переменилась в лице, но быстро взяла себя в руки. Шарлотта же лишний раз убедилась в правдивости своих предположений.

– Ларри, принеси кошелек. Тот самый.

Гийом небрежно скинул пальто на пол и прошел в комнаты.

– Собери слуг и выстрой… да хотя бы здесь.

Не прошло и пяти минут, как перепуганная прислуга замерла перед хозяином. Вопреки ожиданиям, он не смешил задавать вопросы, просто задумчиво вертел в руках кошелек, даже зачем-то поднес к лицу. Затем Гийом засунул улику в карман и прошелся туда-сюда перед замершими слугами.

– Ты. – Палец ткнулся в грудь Катарины. – Вон отсюда! Я позабочусь о том, чтобы тебя не взяли ни в один приличный дом.

– Но, месье, – дерзко возразила уличенная горничная, – кошелек нашли…

– Мне плевать, где его нашли, – повысив голос, оборвал ее Гийом, – мне важно, кто держал его в руках. И это ты. Или прикажешь вызвать полицейскую собаку? Она мигом учует запах твоих потных ладоней на кошельке и связке с ключами.

– Месье, у меня дочь! – Катарина попыталась надавить на жалость.

– То есть ты признаешься в содеянном? – Господин Бош остался глух к ее мольбам.

Горничная закусила губу, а потом выпалила:

– Да!

Во взгляде, обращенном на Шарлотту, было столько ненависти, что девушке стало страшно.

– Она выскочка, мадемуазель здесь не место. Это мне нужны деньги, месье, а не ей! – продолжала бесноваться Катарина. – Смазливая профурсетка, вздумавшая командовать.

– Ларри, выстави ее. Надоело слушать. И составь заявление в полицию, не желаю связываться.

Господин Бош повернулся спиной к разом поникшей служанке и спокойно, буднично заметил, обращаясь к Шарлотте:

– По-моему, самое время выпить кофе с ложечкой бренди. Организуйте. Чашки, разумеется, две.