Кошмары - Тамара Рыльская

Когда репетиция закончилась, Лена первым делом подошла к Тайне и сказала:

– Ты слишком долго гуляла. Я такого не потерплю!

– Иван Николаевич пригласил меня к себе на разговор.

Услышав это, староста переменилась в лице.

– А, тогда понятно… Ну и как тебе?

– Просто слов нет, – произнесла Тайна. – Удивительно.

– Вот и хорошо! Но больше не прогуливай! С прогульщиками у меня разговор короткий, усекла?

* * *

После репетиции детдомовцы начали стекаться в столовую, а Тайна и Маша, все еще наказанные, вернулись в спальню. Дождь лил сплошной стеной, так, что из окна не было видно даже проходившую неподалеку теплотрассу. Маша села на подоконник и принялась играть со слепым медведем и безголовой куклой.

– Надо найти две пуговицы и пришить ему глаза, – сказала Тайна, укладываясь на кровать.

– Не надо. Он сам попросил, чтобы я их оторвала.

– Почему?

– Потому что ему было противно на меня смотреть, – нехотя отозвалась Маша.

– Я думаю, тогда он был маленький и глупый и не понимал, что говорит, – сказала Тайна. – Он уже передумал и хочет видеть свою хозяйку.

– Ну хорошо… – протянула Маша. – Я поищу ему другие глаза…

Тайна лежала на кровати, смотрела, как Маша возится с игрушками, и пыталась придумать способ попасть в закрытое крыло котельной. В голову решительно ничего не приходило. Дверь была крепкая, ключ от нее Иван Николаевич носил в кармане. Возможно, существовали какие-то окна или отверстия для вентиляции, но чтобы найти их, требовалось исследовать помещение внутри и снаружи, да так, чтобы не заметила Лена и ее прихвостни…

– А хочешь узнать один секрет? – произнесла Маша, подсаживаясь к Тайне.

– Конечно. Рассказывай.

– Мне нравится один мальчик…

– Кирилл, что ли?

– Откуда ты знаешь? – спросила Маша, вспыхнув.

– Догадалась по твоим рисункам, – сказала Тайна, умолчав, что лично говорила с Кириллом и слышала про записку, которую Маша ему писала.

– Он похож на ангела. Бабушка рассказывала, что ангелы живут на небе и что у них красивые белые крылья. Только Кирилл никогда не захочет со мной дружить, потому что я…

– Вот только не надо опять, – перебила ее Тайна. – Ты добрая и красивая девочка. Если Кирилл этого не понимает, он просто дурак.

Некоторое время Маша растерянно смотрела на Тайну, а потом произнесла:

– А ты мне расскажешь свой секрет?

– Какой?

– Ну, мне кажется, тебя что-то беспокоит. Я подумала, мы же теперь лучшие подруги и должны делиться всякими секретами…

– Мне нужно выяснить, что происходит в закрытом крыле котельной, – сказала Тайна. – Но я понятия не имею, как туда попасть…

– И это все? – фыркнула Маша. – Я могу тебе помочь.

– Серьезно? – удивилась Тайна. – Как?

Девочка посмотрела вверх. В тот же миг с потолка, раскачиваясь на длинной паутинке, начал спускаться большой коричневый паук.

– Я много чего могу, – сказала Маша, протянув руку. Паук отпустил паутинку и шлепнулся на открытую ладонь. – Но молчу об этом. Если бы Иван Николаевич узнал, что я умею делать с пауками, он бы заставлял меня шпионить или еще что-нибудь похуже…

– А что именно ты можешь? – спросила Тайна.

– Смотреть их глазами. Там, где есть пауки, там и я.

– И ты видела, чем Иван Николаевич занимается в закрытом крыле?

– Много раз. Здесь же скучно, и со мной никто не общается. Поэтому я смотрю, чем занимаются другие…

Маша взяла руку Тайны и посадила на нее паука. Он поползал туда-сюда и остановился на тыльной стороне ладони между средним и указательным пальцем.

– Будет немного больно, но по-другому никак…

Челюсти паука вонзились в кожу. Девушка почувствовала жжение, как будто на руку попало раскаленное масло.

– Теперь закрой глаза и расслабься, – посоветовала Маша. – А я соединю тебя с другими пауками.

Тайна откинулась на подушку и сомкнула веки. Тут же перед глазами вспыхнула четкая цветная картинка – коридор приюта, только вверх ногами. Ужин закончился, и внизу ходили дети – Тайна увидела близнецов Иру и Диму, с которыми познакомилась в столовой, и еще нескольких детдомовцев, которых не знала по именам.

– Я что, сижу на потолке? – от удивления Тайна села и огляделась. Коридор исчез, теперь она видела только обшарпанные стены спальни и залитое дождем окно.

– Ты все еще на своей кровати, – нетерпеливо объяснила Маша, укладывая ее обратно. – А паук, глазами которого ты смотрела, сидит на потолке, в коридоре. Ложись, и давай продолжим.

Тайна закрыла глаза и снова увидела коридор. Потом была секунда абсолютной темноты, и новая картинка. Девушка поочередно увидела столовую, хоровой класс, прихожую, где висели куртки и стояла уличная обувь, и несколько общих спален, где она не бывала. На ее глазах Лиля воровато огляделась, и, убедившись, что на нее никто не смотрит (о пауке она, разумеется, не подозревала), высморкалась в чей-то шарф, оставленный на спинке кровати. Тайна задумалась – ее способность делаться невидимой распространялась на сопли? Если нет, Лиле стоило вылечить насморк.

Маша переключалась с одного паука на другого, словно это были камеры слежения, установленные по всему приюту.

– Ты правильно сделала, что не стала об этом никому рассказывать, – одобрила Тайна.

– А мне и некому было, ты первая, – сказала Маша. – Вообще обычные пауки плохо видят. Но я могу их изменять. Со мной они э-во-лю-ци-о-ни-ру-ют, вот!

– Это как? – не поняла Тайна. Сейчас она смотрела, как Лена сидит в кресле, закинув ноги на табуретку и уплетая зефир, а Катя, сидя на грязном полу, массирует ей ступни.

– Чтобы наблюдать за всем, я сделала пауков со зрением как у человека и даже лучше, – с гордостью произнесла Маша. – А еще я вырастила несколько ядовитых пауков… просто, на всякий случай. Так что, если тебя снова кто-то обидит, ты только скажи.

– И что ты тогда сделаешь?

– Поубиваю всех, кто сделает тебе больно.

– Тебе тоже делали больно, – напомнила Тайна.

– Ну, мало ли, – буркнула Маша. – Бабушка говорила, убивать – это грех. Так в заповедях написано. Но за тебя я убью…

Еще некоторое время девушка прыгала из одного паука в другого. Тайне не терпелось увидеть закрытое крыло, но она молчала – у Маши было не так много возможностей чем-то похвастаться.

– А вот сюда Иван Николаевич никого не пускает… кроме Лены, конечно.

Наконец Тайна перенеслась в огромное помещение с неровными кирпичными стенами и высоким потолком, которое мельком видела, когда ушла с репетиции. Два прожектора, подвешенные на металлических фермах, были включены, а их лучи направлены вниз. Выглядело это как сцена в авангардном театре, где вместо декораций стояло громоздкое, опутанное стальными трубами оборудование. Вверх, в темноту, уходили квадратные оцинкованные короба, не один и не два, а целый лес. Все это наверняка гудело, пыхтело и создавало вибрацию, ощутимую даже на втором этаже, однако слышала Тайна только то, что происходило в ее собственной спальне. При помощи Машиных пауков можно было подглядывать, но не подслушивать.