Пернатым не место во дворце - Наталья Буланова

- Не дам! - отрезала старушка, едва завидела меня на заросшей тропе у своего дома. Травница сидела на крыльце и хрустела жареными кузнечиками из банки.

От резкого ответа я остановилась, а потом собрала всю смелость подошла к женщине.

- У торговца жуткие... - попыталась я разжалобить пожилую женщину.

- Неважно, что случилось во время обряда. Это воля богов! Я вмешиваться не буду и тебе не советую, - рука с кожей, как у молодой девушки, протянула мне горсть хрустящих насекомых. - На, возьми!

- Спасибо, не хочу, - сглотнула я отвращение.

- Не тебе даю! Накорми своего чужака, - Травница отвернулась, раскрыла ладонь, и мне ничего не оставалось, как подставить руки и, морщась, поймать подачку.

- Это поможет с ранами? - только из-за этого я превознемогала неприязнь.

- Нет, просто вкусно, а ты нос воротишь, - хохотнула женщина, и кузнечики посыпались из моих рук на землю.

- Ой, я не специально...

- Переводишь еду, Пернатая! - возмущенно шаркнула пяткой по земле Травница и подняла укоризненный взгляд.

Я посмотрела на свои руки и не поверила глазам - покраснение прошло, унялся зуд! Только красные борозды от ногтей саднили.

- Так это помогает?!

- Т-ш-ш! Что расшумелась-то? - поморщилась старушка. - Тебе помогает, за кого просишь

- не поможет!

- Не дадите, да? - я посмотрела на банку жареных кузнечиков, думая, что сама смогу наловить и приготовить лекарство.

- Лови не лови, жарь не жарь, а секрет не в кузнечиках, - хмыкнула Травница. - Тебе помогла, ему не буду. Против богов не пойду. Посмотри на меня - я половину красоты отдала за подобную выходку, а ничего не исправила!

Женщина показала мне две руки: одну скрюченную болезнью кости, со сморщенной кожей, а другую - с гладкой, молодой.

- Видишь? А в глаза мне посмотри? Есть поволока?

- Никакой, - я давно заметила, какими по-молодому яркими были ее глаза.

- А теперь на лицо само, что сморщилось, подобно сухофрукту? - она обвела пальцем овал лица с маской сожаления. - Ты и так достаточно заплатишь за его спасение. Походит с ожогами, ничего! Мужчину они не испортят!

- Но.

- Уходи! - Травница, кряхтя, встала. - Устала от тебя. Брысь, Пернатая! Улетай отседава!

Я вернулась на лобное место как раз к концу приветственного танца воинов. Обряд принятия подходил к концу, и я успела поднять чашу нектара со всеми.

- Да здравствует Великий Янус! - прокричал вождь, и все дружно повторили за ним. - Да здравствует Воин! Теперь лес - твой дом, а все Лесные - семья!

Дереку, как виновнику обряда, нужно было выпить из огромного ковша до дна, и он с успехом справился.

- Пернатая! - позвал вождь, и я выдохнула про себя, что успела вернуться до того, как понадоблюсь отцу.

- Да, вождь? - я застыла перед Диким в ожидании.

- Заплети Воину его первую косу!

Я с удивлением посмотрела на отца. Косу? Да у него же короткие волосы, из чего там плести? Но возражать не посмела.

- В честь каждой победы над врагом или духом мужчины племени плетут косу! Воин, с этого момента твои волосы - твое сокровище, не стриги их. Первый подвиг ты уже совершил - победа над собственным духом во имя спасения другого человека. Склони же голову, чтобы начать отсчет твоей доблести!

Перед Дереком поставили пень, на который он сел, и я в нерешительности встала сзади. Первую косу Воину обычно плетут матери, но у Дерека здесь не было родни. Что ж, нужно меньше думать, а больше делать, а то Лесные и так косятся.

Я осторожно взяла две короткие пряди, отделила третью и засмотрелась на огромный волдырь на шее, который порвался и оголил красное выжженное пятно.

Как же, должно быть, больно!