Будь моим хранителем - Анастасия Кураева

Я снова судорожно вдохнула.

— А вдруг он предатель? Мы же не знаем в чем именно его обвиняли?

— Согласен. Вопросов много. Но мы уже кое-что откопали, верно? Ну, чего ты расстроилась? Не думаю, что твой папа предатель. Давай верить в лучшее.

Я закусила губу и погрузилась в сои мысли, потом вдруг спросила:

— Я так понимаю, все это — не та информация, которой мама охотно делится с сыном?

— Ты права. Но, если сын обещает приехать на Ежегодный Осенний бал и побыть два дня с мамой, она готова даже не спрашивать, зачем ему такая информация.

Я тут же вспомнила про письмо и про бал.

— Мне же пришло письмо. Мы увидимся на балу? — я старалась не показывать свою заинтересованность.

— Да. Придется навестить столицу.

— Егор?

— М?

— Почему так долго не было перемещений?

Он пожал плечами:

— Не знаю. Может Древо долго искало нам подходящий случай?

— Я уж было подумала, что Дар пропал… — я отвела взгляд в сторону.

Мне стало грустно от произнесенных слов. Я уже стала привыкать к прыжкам и нашим встречам. Егор взял меня за руку…

Но я не услышала его слов. Голова слегка закружилась и через мгновение я обнаружила себя перед своим ноутбуком в спальне.

Теперь успокоившись насчет Дара, дни стали тянуться бесконечно медленно. Я снова превратилась в обычную студентку и училась уже без фанатизма.

В голове крутились слова Егора. Получается, что мой отец судился с самой главной на сегодняшний момент Хранительницей? Что же между ними произошло? Может он выступал против системы? Или нарушил какой-то Закон Хранителей? И почему вся информация стерта? Почему Высшие Хранители не хотели огласки? Где сейчас мой папа? Есть ли у него единомышленники? Или он совсем один? От этой мысли сердце защемило. Я совсем не знаю своего отца, а уже сочувствую ему? Как бы я хотела с ним поговорить. Но как его найти? Он ушел из нашей жизни с мамой и сжег за собой все мосты. Но все ли?

Я хотела поговорить с мамой об отце, но мы никак не могли пересечься. Она возвращалась очень поздно с работы, когда я уже спала. А когда мы все-таки виделись, я не осмеливалась ее беспокоить, слишком она была уставшей.

Полторы недели пролетели незаметно. Перемещений снова не было. Но близилась пятница накануне бала. Я заметно нервничала.

Маме соврала, что я еду со своей группой из института на природу. Погода как раз устоялась хорошая и мама поверила.

Максу я тоже написала, что еду на пикник. Он ответил, что все равно не смог бы приехать, так как занят. Мы не виделись с ним с первого сентября.

Было уже поздно, мама легла спать, а я подбирала одежду на завтрашний день. Мне хотелось выглядеть красиво. Это будет первый раз, когда мы увидемся с Егором в реальной жизни. Где-то в глубине сердца меня кольнуло чувство вины перед моим парнем.

«Я просто хочу выглядеть хорошо. Это что преступление?»

Голова резко закружилась. Скоро будет прыжок. Метнувшись к зеркалу, я взбила прическу.

Ту-дух, ту-дух, ту-дух.

«Я что в поезде?»

Я сразу уловила это знакомое ощущение покачивания. Глаза еще не привыкли к темноте, но окно вагона-купе я увидела сразу. За ним в далеке медленно плыли огоньки, завлекая своим мерным свечением. Поезд мягко скользил по рельсам, иногда издавая тихий стук.

«Где Егор?»

Я прищурилась, вглядываясь на верхние полки. Обе были пустыми. Нижние были заняты. На одной лежал очень крупный мужчина, издавая просто нереально громкий храп. На другой я увидела Егора. Он спал, подложив одну руку к себе под голову, вторую поместил на живот. Как можно спать в таком шуме?

Теперь была моя очередь смотреть на него спящего. Я хотела подойти поближе, но стоявшая на проходе сумка, нарушила все мои планы. Я зацепилась ногой за ручку и в отчаянной попытке высвободить свою ногу, рухнула на Егора словно мешок с картошкой. Руки летели ему прямо в грудь. Егор, просыпаясь инстинктивно вскинул руки, заехав локтем мне прямо в нос.

— Мммм… — я тихо застонала.

Из глаз брызнули слезы. Я схватилась за ушибленный нос. Егор, окончательно проснувшись, обнял меня и погладил по голове:

— Ох, Маш, прости… Я случайно… Прости… Дай посмотрю.

Он привстал вместе со мной, шаря руками в поисках выключателя, и никак не мог его найти.

— Да черт возьми, где мы вообще?!

— Кхм… хе…хе, — я не могла сдержать смех.

— Ты смеешься или плачешь? — сонный настороженный голос.

Я смеялась над всей этой нелепой ситуацией, над тем, как я рухнула на него, как Егор, не до конца проснувшийся, искал как включить свет.

— Мы в поезде. — я шепотом открыла ему тайну.

В этот момент дверь купе открылась. Мы с Егором застыли и уставились на заглянувшего мужчину. Тот нервно осмотревшись, ругнулся, увидев нас, и резко закрыл дверь.

— Похоже, мы спасли этого бедолагу, — Егор кивнул на нашего соседа. — от грабежа.

Егор все еще обнимал меня. И было так уютно в этом мягком захвате. Мы молчали. Мне казалось мы оба наслаждались этим моментом. Он наклонился к моему уху:

— Как твой нос? Болит?

Его дыхание рядом с моим ухом запустило мурашки по всему моему телу.

— Немножко… — его шея была так близко.

Я чувствовала запах его кожи.

— Наверное лед уже прикладывать поздно?

— Наверное…

Я немного ерзнула, тело затекло. Егор неровно вздохнул и сделал долгий выдох.

— Хочешь прикол? — он чуть склонил голову в мою сторону.

— Хочу.

— Прямо сейчас я лечу в самолете в Москву. — он усмехнулся.

— Но видимо часть пути тебе придется проехать на поезде… — мы вдвоем рассмеялись.

Потом он обнял меня чуть крепче и уткнулся своим подбородком мне в волосы.

— Боже, как же он громко храпит. — Егор повернулся в сторону звука и улыбнулся.

— Тебе не мешало это сладко спать… — я чуть касаясь, гладила пальцем карман на его рубашке.

Егор молчал. А я уже пожалела о сказанных словах. Но тут он беззвучно затрясся.

— Что такое?

— Вспомнил твое падение… — я услышала улыбку в его голосе.

«При виде тебя, у меня подкашиваются ноги».

Но вслух я сказала:

— На меня напал под кроватный монстр.

— Я так и думал.

Мы снова замолчали. И это не было неловким молчанием. Вагон слегка раскачивался и мерно отстукивал колесами тук-тук… тук-тук… Я закрыла глаза и тут же уснула.