Путь Мёбиуса - Нинель Мягкова

Оба они были уже знакомы Камерон. Шатенку она видела мельком, когда приходила чинить Мерилин, а бугай, Курт, помог ей дотащить до дому деда. Кто бы мог подумать, что они в отношениях? Более разных людей ещё стоит поискать. Такой красотке подошёл бы какой-нибудь богатей, владелец частных яхт и планет, а не киборг с имиджем головореза.

Только сейчас, когда верхняя часть мужчины была обнажена, она разглядела торчащие из-под кожи провода и бугрящиеся перекаты экзомускулатуры. Так вот почему он интересовался ее способностями к ремонту имплантов! Он из модифицированных, причём с куда более высоким процентом техники в организме, чем у самой Камерон. Похоже, как и капитан, из военных. Там, на передовой, людей чинят как могут: во время боевых действий некогда ждать месяцами, пока отрастет поврежденная конечность. Присобачили механическую замену — и вперед, обратно на баррикады. А позже — рана застарелая, не каждый медик возьмётся восстанавливать настоящую руку. Проще оставить как есть.

В нейропротезах и имплантах девушка разбиралась, и разбиралась неплохо, но вот когда их приходила пора соединять с телом — тут возникала проблема. С медициной она была знакома слабо, поэтому вживлять подобные системы не решилась бы. Но если у Курта барахлит только механическая часть — она вполне может ему помочь.

Камми поневоле замедлила шаг, увлечённая разворачивающейся сценой. Она не задумывалась, что подглядывает за чьей-то семейной ссорой. Для неё все выглядело будто кадры из видеотеки с эффектом присутствия.

Женщина воинственно размахивала пухлой подушкой в цветочек.

— Сколько раз я тебе говорила, не смазывай оружие на кровати! Масло потом не отстирывается!

Бугай хохотал, играючи уворачиваясь от несуразного снаряда, в конце концов извернулся и задвинул за собой дверь в ванную. Подушка ударилась о металлическую преграду и сползла на пол.

Женщина, все еще чертыхаясь, подобрала, кое-как отряхнула особо пострадавшие цветочки и, взяв несчастное изделие синтетической промышленности подмышку, принялась заново стелить кровать.

Разобравшийся с люком и теперь незаметно наблюдавший за разборкой из-за плеча Камми капитан громко прочистил горло. Девушка от неожиданности подпрыгнула и смутилась, будто ее застукали за чем-то неприличным.

— Это наш пилот и ее муж, — пояснил Малкольм.

— Они всегда… так? — Камми неопределенно покрутила в воздухе рукой, обрисовывая ситуацию.

— Чаще всего, — капитан тяжело вздохнул. От семейных разборок на борту он, похоже, подустал.

У Камми зародилась робкая надежда. Если он терпит подобные выходки от пилота, тем более женщины, может, он и от девушки-механика без диплома и рекомендаций не откажется?

Ее приняли на борт, это уже прекрасно, но дальше-то что? Высадят на другой захолустной станции со своими странными законами и все — крутись как можешь. И кто знает, может ей родной ХХ-49 раем на том фоне покажется…

А тут вроде и люди адекватные в команде, и искин интересный — будет с кем пообщаться. Было бы неплохо задержаться на «рыбке» подольше.

Все еще довольно улыбаясь собственным мыслям, Камми переступила порог медицинского отсека, и радостное выражение лица сползло с нее, как некачественная голограмма.

Как и прочая начинка странноватого корабля, обстановка и здесь не соответствовала обложке. Регенерационная капсула последнего поколения, вертикальный сканер, прикрытая в данный момент изолирующим куполом полноценная операционная, экран для визуализации во всю стену.

Худой, стильно, хоть и чуть старомодно одетый молодой мужчина поднялся из эргономичного кресла при их появлении.

— Это и есть тот самый Камерон? — он протянул было руку для приветствия, но быстро ее отдернул, оценив вид механика. — Где тебя носило, спрашивается? А ну быстро в нейтрализатор!

— А одежда? — Камерон в панике вцепилась в изгвазданный рюкзак, прикрываясь им как щитом. Если ей сейчас прикажут раздеться — все пропало. Они еще не стартовали — высадят как пить дать.

— Целиком полезай, — отмахнулся врач, поспешно возвращаясь к своему рабочему столу и щёлкая поочередно разными рычажками. Закрытая вертикальная кабина нейтрализатора загорелась синим, готовясь дезинфицировать и обрабатывать.

— В рюкзаке техника, — пальцы Камми еще сильнее стиснули жесткую ткань. Если надо, она, конечно, утилизирует все что на ней, — жизнь важнее — но планшет и некоторые лично ею созданные разработки было жаль.

— Не переживай, ничего не пострадает. Ни ты, ни твоя аппаратура, — врач закончил с настройками и гостеприимно открыл для нее дверцу прибора. — Ты иди, Мэл, мы без тебя разберёмся.

Капитан кивнул, развернулся и вышел, оставляя Камерон наедине с медиком.

Дезинфекция заняла не больше минуты. Девушка закрыла глаза, согласно инструкции, но все равно отмечала ритмичное убаюкивающее скольжение синеватой полосы света вверх и вниз. С устройством нейтрализатора она была знакома не понаслышке, сама не раз собирала подобные конструкции на станции. Мох и прочие радости жизни процветали не только на верхних уровнях. Без надлежащего контроля двадцать четвёртый сектор был бы уже давно заполонен флорой и фауной. Так что разоблачения она не боялась — это же не телесный сканер, а всего лишь уничтожающий вредоносные бактерии и споры прибор.

Эдакий энергетический спирт.

Когда дверь открылась, она вывалилась наружу, едва успев удержаться в последний момент за проем. В организме наступил откат от стресса, и, почувствовав себя в безопасности, Камерон задремала стоя.

— Вот теперь можно и познакомиться, — усмехнулся врач. — Джеремайя Энцо, к вашим услугам.

Девушка уверенно потрясла протянутую руку.

— Камерон Стил. Очень приятно.

Она присела на табурет, который заготовил для нее медик, и приготовилась терпеть обработку. Заразу на ней и в ней убил нейтрализатор, но царапины еще нужно было протереть и заклеить регенерационным гелем.

Джеремайя, не торопясь, распаковал новый тюбик, выложил на стол зловеще поблескивающие инструменты вроде зажима и пинцета, потому что в некоторых местах заметил занозы. После чего повернулся к пациенту.

— Ну, девочка, и как же тебя угораздило?

Камми подняла непонимающий взгляд на человека, раскусившего ее маскарад за неполные двадцать секунд общения.

— Дорогая моя, я потомственный врач, — хмыкнул Джеремайя в ответ на ее изумление. — Отсутствие кадыка на горле и некоторые анатомические особенности лица либо организуются хирургически, — но не в вашей периферии, да и зачем? — либо означают принадлежность к женскому полу. Третьего не дано, а я пока еще не ослеп.

— Не говорите капитану, — только и смогла выдавить ошарашенная Камми.

— Врать не буду, — твердо заявил медик, набулькивая что-то из матовой металлической бутылочки на ватный тампон, — но если не спросит прямо, то сам сообщать не побегу. Половая принадлежность, в конце концов, личное дело каждого, а я на то и врач, чтобы хранить личные дела пациентов в тайне.