Небо после бури - Саба Тахир

– Прекрати грести, – едва слышно приказываю я Пчеловоду. – Никому не двигаться!

Шабка дрэйфует, ее уносит прочь от лодок Меченосцев, которые обыскивают гавань. Но их оружие, физическая сила и численность – ничто против моей магии.

Солдаты окружают наше судно. Осмотрев лодку и никого не увидев, они плывут прочь, к ялику, на котором видели нас в последний раз, ищут в воде. Минуты тянутся, как часы. Мы замерли в полном молчании. Когда солдаты скрываются из виду, Муса с Сорокопутом берутся за весла и гребут, стараясь действовать как можно быстрее и тише. Вскоре огни плавучего рынка почти исчезают вдали. Наконец наступает момент, когда я сбрасываю «покрывало невидимости», и все сразу начинают говорить.

– Слава богам, вы все целы…

– Какого черта, что это было…

– Лайя! – Чей-то пронзительный голос заглушает все остальные, а из-под скамьи выбирается костлявый мальчишка.

Он изрядно вытянулся, но глаза все так же блестят, и лучезарная улыбка никуда не делась. Я впервые встретила его в тюрьме Кауф, когда пыталась вызволить из этого страшного места Дарина и Элиаса.

– Тас? – Я не верю своим глазам, но это именно он. Он бросается ко мне, и я сжимаю в объятиях его тощее тело. – Что ты здесь делаешь? Я думала, ты сейчас в безопасном месте, в Айо…

– Тас и был «делом», ради которого я вернулся в кузницу, – объясняет Дарин. – Я не стал тебе говорить – боялся, что он не успеет добраться туда вовремя.

– С этим вы потом разберетесь, – встревает Муса. – Мне кажется, что Лайе пора, наконец, поведать нам о своем невидимом друге.

«Рехмат. Он имеет в виду Рехмат».

Я окидываю его сердитым взглядом.

– В один прекрасный день из-за своей привычки подслушивать ты влипнешь в такие неприятности, что даже феи не смогут тебе помочь.

– Но не сегодня, аапан, – звучит его ответ. – Говори.

Когда я заканчиваю свой рассказ, снеговые тучи уходят, и небо на востоке становится бледно-оранжевым – занимается утренняя заря. Волны улеглись, ветер попутный, и мы довольно быстро движемся на северо-запад, по направлению к устью реки, которая должна доставить нас к границам Империи. Муса вытащил весла и поднял паруса, и мы, собравшись в кружок, сидим на корме.

– Значит, вот как, – говорит Дарин. – Ты просто решила, что должна в одиночку победить Князя Тьмы?

– Мне кажется, это будет правильно. – Я не озвучиваю, что понятия не имею, как уничтожить джинна, и даже не представляю, с чего начать.

– Вряд ли этого достаточно, чтобы выйти на охоту за самым чудовищным созданием, когда-либо ступавшим по Земле. Почему это должна быть ты?

Его недоверие меня просто бесит. Он знает, на что я способна! Но все равно я должна объяснить.

Я вдруг ощущаю острую тоску по Элиасу. Он увидел мою силу задолго до того, как она пробудилась. «Ты обязательно сумеешь найти выход», – сказал он мне, когда мы бежали из Серры, спасаясь от Коменданта и ее подручных.

– Я не могу доверить это никому другому, Дарин. Всем остальным есть что терять…

– А тебе, выходит, нечего?

Я смотрю на Дарина и вижу, что он будто постарел от моих слов. Мой брат стоически перенес гибель всей нашей семьи, он редко говорит о родителях, сестре, бабушке с дедушкой. Но сейчас он думает именно о них.

Я продолжаю молчать, и Харпер негромко кашляет.

– Давайте-ка на минутку забудем о Князе Тьмы… – Рука Маски легко управляется с румпелем. – Это… существо. Рехмат. Оно жило в твоем теле?

– Как паразит? – подсказывает Муса. – Или демон?

– Не надо смотреть на меня с таким ужасом, – говорю я. – Что бы это ни было, оно живет и внутри вас тоже. У всех вас. По крайней мере, так сказали йадуна.

Муса оглядывает себя, видимо, опасаясь, что из его груди в любой момент вылетит какое-то потустороннее создание.

– Значит, если один из нас разозлится и наорет на Князя Тьмы…

– Я не орала…

– Тогда ничего не попишешь – придется с ним сражаться и победить? Не хочу тебя обидеть, аапан, но почему существо не выбрало одного из них? – Муса кивает на Харпера и Сорокопута. – Возможно, им как раз удалось бы подобраться к огненному монстру так близко, чтобы воткнуть ему в брюхо нож.

– Мне нужно защитить племянника, – отвечает Мусе Сорокопут. – И вернуть ему Империю. Даже если бы я захотела выследить Князя Тьмы, то просто бы не смогла.

– Я с ней, – произносит Харпер и слегка улыбается, когда щеки Сорокопута становятся пунцовыми. Но в следующую секунду его лицо снова каменеет.

– Да, так было бы лучше, – соглашаюсь я. – Но все же это буду я. Кстати, именно благодаря Рехмат я могу становиться невидимкой. И твои необычные навыки, Муса, тоже оттуда. И, возможно, поэтому мы с тобой, – я смотрю на Дарина, – никогда не боялись призраков Леса, в отличие от Афии.

– Но если это живет во всех нас, – уточняет Харпер, – тогда Тас, Дарин и я тоже должны владеть какой-нибудь магией, верно?

– Для того, чтобы одолеть Князя Тьмы, требуется целая армия, Лайя, – перебивает его Дарин. – Что если это такая уловка, чтобы ты отдалилась от нас, стала уязвимой.

– Или «Рехмат» – это какое-то дьявольское существо, порождение карконского колдовства, – предполагает Сорокопут. – Мы все видели, на что способен Гримарр.

Я жду, когда выскажется Муса, но он застыл, наклонив голову набок, как всегда, когда слушает своих фей.

– А может быть, Рехмат вовсе не зло, – неожиданно раздается голос Таса. Все это время он сидел так тихо, что я даже забыла, что он тоже здесь. – Вы же знаете, что в мире существует не только зло. А как насчет Элиаса? Надо послушать, что он скажет.

Наступает зловещая тишина, и Дарин спешит сгладить неловкость.

– Надеюсь, у Мусы получится с ним связаться, – говорит мой брат. – Пойдем, Тас, я покажу тебе, как устанавливать паруса. Надо воспользоваться попутным ветром.

Они уходят на корму, а Пчеловод прикасается к моему плечу.

– Лайя, – говорит он. – Меченосцы стягивают войска к южным границам земель Кочевников. Они планируют вторжение. Феи только что сообщили мне.

– А племенам об этом известно? – спрашиваю я. – Должно быть известно. У них и прежде случались стычки с Меченосцами.

Муса качает головой.

– Это не стычка. И племена об этом даже не подозревают. Все передвижения скрывает какая-то незнакомая магия. Феи подслушали разговоры командиров. Атака планируется сразу после новолуния.

То есть через три недели.

– Ты можешь предупредить Кочевников, – шепчу я. – Времени, чтобы отправить сообщение, достаточно…

– Обязательно отправлю, – обещает Муса. – Но поверят ли Кочевники, вот в чем вопрос? Керис и Князь Тьмы слишком могущественны, Лайя. Керис раздавит Кочевников, а потом двинется на север…