Завоеватель - Николай Романов

Как и было запланировано, доставил Осетра и Найдена к звезде ОГК-512618 (по-новобагдадски Эд-Дилим), вокруг которой обращалась планета Ибн-Джухайям, каперанг Воислав Свистунов. И разумеется, на «Святом Георгии Победоносце».

Самого Свистунова в свои планы Осетр посвятил только отчасти. Тот и так смотрел на предстоящее привычно-косо. Впрочем, после предыдущих вояжей он тоже верил в счастливую звезду, сияющую над парой «император Остромир Первый — фрегат „Святой Георгий Победоносец“». То, что в «свете» этой звезды присутствовал и его «лучик», изрядно грело каперангову душу.

Всегда ведь приятно быть причастным к историческим свершениям. Особенно если ты сам — всего лишь капитан первого ранга…

Успокаивал Свистунова и тот факт, что планетная система Эд-Дилима была самым настоящим захолустьем Новобагдадского халифата, здесь вряд ли несло караульную службу крупное флотское соединение.

Так оно и оказалось.

Когда «Святой Георгий Победоносец» выскочил из гиперпространства, неподалеку от Ибн-Джухай-яма околачивались всего две боевые единицы халифатского флота, которые и не думали скрываться от чужих сканеров. А в данном конкретном случае, и пожелай, так не смогли бы.

Устаревшей конструкции, против «Победоносца» они были, как моськи против слона.

Впрочем, их героические экипажи и не догадывались, что в системе появился иностранный фрегат.

Каперанг Свистунов, ознакомившись с первыми данными, полученными корабельной системой разведки и целеуказания, вновь высказал неодобрительное отношение к предпринимаемому вояжу, но это были его проблемы.

Заботы флотского капитана соотносятся с заботами императора примерно так же, как, в смысле вооружения, халифатские корабли с «Победоносцем». Ну да, присутствие императора на борту фрегата добавляло капитану головной боли… Ничего, потерпит! Не в первый раз!

Некоторое время система разведки и целеуказания продолжала сканировать во всех диапазонах близлежащее пространство.

— Кроме двух новобагдадских корыт в районе финиша, ваше императорское величество, тут никого нет, — доложил капитан третьего ранга Колесов, главный специалист СРЦ.

— Не может быть! — отозвался Осетр. — Если возле Ибн-Джухайяма не болтается хотя бы один мерканский корабль, я съем свой парадный мундир. В один присест и без горчицы!

На мостике послышались отдельные смешки, но общего веселья не возникло — не та обстановка.

И вообще, коли его императорское величество так уверен в своих словах, значит, у него на то имеются веские основания…

— Видимо, наши сканеры не способны засечь их. — Колесов лихо подкрутил правый ус, как будто с помощью этого нехитрого движения можно было преодолеть поле, защищающее гипотетические мерканские боевые корабли от росских сканеров. — Надеюсь, нас они тоже не обнаружили.

— Прежде они нас замечали только тогда, когда мы этого желали, — напомнил Осетр.

— Добро, господа офицеры, — сказал Свистунов. — Сейчас по распорядку — постпрыжковый прием пищи. А потом направляемся к планете… Системе обеспечения безопасности находиться в полной боевой готовности!

— Есть находиться в полной боевой готовности! — отозвался кап-три Перминов, главный специалист СОБ.

Его подчиненные повысили мощность защитных полей, и после того, как экипаж позавтракал, «Святой Георгий Победоносец» двинулся по направлению к Ибн-Джухайяму.

Шли на крейсерской скорости, так что через пятнадцать часов фрегат оказался в ста тысячах километров от планеты.

Биосканеры провели проверку столичного города Эль-Муртаза, но людей с генокодом графини Шуваловой обнаружено не было.

Впрочем, скороспелые выводы из этого факта делать не стоило. Подозрительнее было бы, кабы носителя генетического кода с ходу обнаружили. Это бы точно смахивало на ловушку…

Как бы то ни было, а торопливость ни к чему. Быстро только кошки родятся. Да «росомахи» боевые схватки проводят…

На свои места заступила дежурная вахта, а всему остальному экипажу капитан приказал немедленно отойти ко сну.

* * *

Осетр лежал на койке в своей каюте и размышлял.

Флотские приняли его слова за констатацию факта, но на самом деле особых оснований подозревать, что возле Ибн-Джухайяма непременно находятся мерканские боевые корабли, конечно, не имелось. Просто таких подозрений требовала осторожность. А еще — интуиция…

Он снова вернулся к тому, о чем размышлял уже не один раз.

Итак, зачем же Вершитель Бедросо сообщил росскому императору о том, что мать Остромира Первого находится в его, Вершителя, лапах?

В принципе, на первый взгляд, это и так должно быть понятно — иначе бы не разыграли всю эту комбинацию с лжематерью.