Герцогиня-киллер, или Великое Бедствие Элерона - Натали Лансон

Ивар испуганно моргнул, но больше спорить не стал, повёл молча, изредка оглядываясь, чтобы проверить, поспеваю ли я за его шагом.

Но не успели мы подойти к каменной арке, как чёрная дверь, кажется, даже металлическая, открылась, и из затхлого подвала вышел мрачный Гордей.

Увидев меня, капитан сурово сдвинул брови, но уже через секунду контрастно улыбнулся. Слишком контрастно.

— Государыня? Решили выйти на прогулку?

«Нет. Что-то здесь определённо не так! — сделала вывод, на деле же сладко улыбнувшись. Я приготовилась к тому, что у меня получалось даже лучше, чем убивать — превращать мозг мужчины в желе. — Гордеюшка, ты даже не представляешь, с кем связался. Пф! Тебе ничего не скрыть от меня, малыш!»

Глава 11

«Закрома герцога-маньяка»

Моя улыбка и внимательный взгляд заставили Гордея поубавить его показную радость, которая, как мне казалось, была совершенно неискренней. В этом я разбираюсь как никто другой — настоящий профи в распознавании фальши! Жизнь научила меня этому мастерству, когда я бродила по холодным улицам города, прячась от банды Зёмы. Да и в детском доме внимание к мимике и настроению твоих «сожителей» зачастую спасало от тычков.

Забавно то, что внимание Редклифа тоже имело достаточно высокий уровень, так как Гордей пересмотрел свою наигранную реакцию на нашу внезапную встречу у места, откуда он, как мне стало известно, ненавязчиво велел держать меня подальше.

«Ты не так прост, как кажешься, верно, парень?»

Внутри меня разгорелся интерес — мне хотелось узнать, что же на самом деле скрывается за его улыбкой и уверенной манерой говорить!

— А вот и мой драгоценный начальник стражи, — мягко протянула я, подходя к молодому мужчине ближе. Неудобно, конечно, из-за нашей разницы в росте, но пусть не чувствует себя королём положения. Всё пространство в этой крепости — МОЁ! И даже то, которое нарушает личные границы! — Я вас искала, — взмахнув ресницами, склонила голову набок.

— Кхм-кхм… — прокашлялся мужчина, заметно краснея. И прости, мороз, но на этот раз не в тебе была причина. — Зачем, моя леди?

— Как это зачем? — охнула, состроив лёгкое удивление на лице.

«Тут главное — не переигрывать!»

— Хотела похвалить вас, конечно же! Стройка в бараках идёт полным ходом. Три камина почти построены! А ещё бригада мужчин принялась утеплять бараки вязанками камыша… кажется, так сказал Боран?

— Все так, государыня, — встрял Ивар, тут же опустив взгляд, когда Гордей растерянно повернул в его сторону голову.

— Вот! Раненые под присмотром, работа идёт, целитель на погосте… Медальон, не забыли забрать?

— Никак нет, — отчеканил Редклиф, вытаскивая из кармана массивный амулет с сапфирами. — Вот он. Собирался его отдать чуть позже…

— Да, — покивала я со знанием дела. — Боран сказал, что вы заняты в темницах пересмотром обвинений заключённых.

— И… именно так, — Гордей запнулся и замолчал, как будто затаившись в ожидании чего-то фатального.

— Молодец, — шепнула в район его груди, переходя на «ты», и погладила офицерскую нашивку на плаще. — Помня о том, каков был Моран, легко поверить, что половина его заключённых — бедные ущемлённые люди.

— Да? — выдохнул мужчина, будто гипнотизированный наблюдая за моими поглаживаниями. — Эм… Точно. Так я и подумал. Поэтому и решил проверить всё сам.

— Что вычитал? Сколько в темнице заключённых? Помимо Хорта, конечно. Чьё обвинение показалось тебе высосанным из пальца?

— А?

— Не достаточным для того, чтобы сидеть в этих сырых погребах, — переформулировала быстро, мысленно награждая себя оплеухой. Конечно, ничего криминального я не сказала, но леди так вряд ли выражаются. — Идём, — подхватила мужчину под локоть, пока он пребывал в прострации, зависнув точно перегревшийся ПК со слабеньким процессором. — Хочу лично посмотреть на заключённых. Заодно поделишься со мной своими мыслями насчёт управляющего. Убивать его мне не хотелось бы. Несомненно, — щебетала быстро я, с лёгкостью проскользнув внутрь главного здания управления, дверь в недра которого услужливо открыл для нас Ивар, следуя за нами, но на незначительном расстоянии. — Несомненно, воровство — преступление, но убивать… — я поморщилась. — Как-то слишком, нет? Расскажи, какие ещё есть меры наказания, чтобы мы могли остановиться на другом варианте.

— Эм… заключение под стражу, отрубить одну из конечностей… — удивительно, но казалось, будто офицер сам не силён в знаниях о взысканиях за совершённое преступление.

— Это тоже ужасно, — поморщившись, с интересом разглядывала тёмный коридор, который освещали только одно факела.

— Ужасно? — переспросил Гордей, приподняв брови. — Ужасно, что люди совершают преступления, или ужасно, что за это их наказывают? — Он с интересом взглянул в мои глаза, стараясь уловить реакцию.

Лишь пожала плечами.

— Я просто говорю свои мысли. Отрубание конечностей? Это же не метод, это просто жестокость!

— Жестокость? — Гордей усмехнулся, в его голосе к моему удивлению послышалось легкое презрение. — А что, по-вашему, происходит здесь, в этих стенах? Это место — символ жестокости. Каждый, кто здесь находится, уже испытал на себе всю тяжесть наказания. Некоторые посчитают, что отрубание конечностей — это милость и путь к свободе.

Дойдя до первой двери, остановилась, обдумывая его слова.

— Кстати! Ссылка на далекие земли — неплохой вариант. Или, может, просто оставить их здесь, в темнице, пока они не одумаются? — вспомнился родной УК РФ.

— Хм… Возможно, — Редклиф вздохнул. — Но не советую применять это ко всем. Бывают случаи, когда выпустить преступника куда опаснее, чем оставить в темницах.

— Как раз случай Хорта, верно?

Я рассмеялась, видя, что Гордей оценил мою иронию, криво усмехнувшись. Затем капитан кивнул, указав подбородком на дверь.

— Здесь кабинет прежнего начальника стражи. Не уверен, что захочу проводить здесь время. С вашего разрешения я бы перенёс своё рабочее место в более светлое помещение.

— Как тебе будет угодно.

— Я прочитал журнал, где перечислены все заключённые. Их шесть: двое мужчин вместе с Хортом и три молодые девушки. Собственно, я шёл, чтобы отдать приказ одному из стражей. Нужна травница. Девушки измучены… мягко говоря.

— Ивар, слышал?

— Да, государыня.

— Тогда бегом лети за травницей. Только незаметно. Не надо людям показывать, что мы нарушаем свои же приказы. А ещё забеги в казарму и попроси Борана отправить сюда двух-трёх крепких парней.

— Будет сделано! — отдал честь парнишка, по-иномирному ударив в грудь кулаком.

— Показывай темницы, — повернулась к хмурому капитану.

Через десять минут мы остановились у массивной двери, которая выглядела так, будто могла выдержать любое испытание. Она была сделана из толстого дуба, покрытого слоем пыли и временем, с массивными металлическими петлями, скрипевшими при каждом движении.

Я ощутила, как внутри меня нарастает беспокойство, когда дверь с глухим стуком открылась, открывая доступ к небольшой