До скорой встречи! - Лори Фрэнкел

Сэм задумался, как программа отреагирует, если Мередит вдруг резко сменит линию поведения. Система была ориентирована не только на характер Ливви, но и на характер их с внучкой отношений. Настройка пока не давала сбоев, поскольку предсказать слова и поступки Ливви было легко, впрочем, как и ту информацию, которую она получала. Но если изменить второе, то изменятся предпосылки для первого. Сэму хотелось попробовать и посмотреть, что выйдет. Мередит отказалась: это семейные отношения, а не научный эксперимент.

Как-то утром, когда Мередит ушла на пробежку с собаками, Ливви позвонила сама. Сэм взвесил все за и против и, склонившись на сторону «почему бы и нет, черт побери», ответил.

— Здравствуйте, Ливви, — вежливо поздоровался он.

Она уставилась на него, моргая. Пауза чуть затянулась, и он застыл в напряженном ожидании. Если эта штука сломается, Мередит точно его бросит.

— Ты, должно быть, Сэм! — расплылась Ливви в улыбке.

О да, он — Сэм, и он — гений. Его чудесный алгоритм сам все вычислил. Нет, не вспомнил, ведь образ Сэма не хранился в нем в электронном виде, а использовал имеющиеся данные, для того чтобы вычислить собеседника.

— Очень приятно познакомиться, — произнес он.

— И мне! Я о тебе наслышана. Рада наконец познакомиться вживую.

— Ну не совсем вживую.

— А что тебе мешает? Бери эту девчонку в охапку и дуй сюда! — пригласила Ливви. — Места у меня много, и я с радостью приму вас обоих.

— Мередит говорит, у нее полно работы, — пожал плечами Сэм.

— Она всегда так говорит, — усмехнулась Ливви.

Тут дверь распахнулась, и вошла Мередит.

— Привет, детка! — радостно прокричала Ливви.

Внучка в панике бросила взгляд на Сэма и буквально упала в кресло, которое он ей быстренько освободил.

— Я только что познакомился с твоей бабушкой! — с довольным видом сообщил он, встав за спиной у Мередит и выглядывая у нее из-за плеча так, чтобы Ливви могла видеть их обоих.

— Что за дела? На дворе зима, а мы на пробежке и без шапки? Так и простудиться недолго. Посмотри, ты вся мокрая. Либо бегай в шапке, либо приезжай бегать сюда.

— Я не могу, — выдавила из себя Мередит, а потом они обе в один голос произнесли:

— У меня много работы.

Внучка показала бабушке язык.

— Как хорошо, что я наконец-то познакомилась с твоим парнем. Ой, а почему вы в моей квартире?

Сэм и Мередит обменялись взглядами, после чего последовало объяснение:

— Да… Знаешь, у меня ремонт, вот мы и подумали: перекантуемся пока у тебя. Ничего?

— В твоей квартирке двоим тесновато, да? — подмигнула Ливви. — Конечно, ничего страшного. Чувствуйте себя как дома. Ну все, я побежала, мои дорогие. Скоро созвонимся. Сэм, приятно было познакомиться!

— И мне с вами.

— Люблю тебя, милая моя, — сказала она внучке.

— И я тебя, — почти прошептала Мередит. — Пока. — Затем повернулась к Сэму и выдохнула: — Ты позвонил моей бабушке?! — Что-то среднее между вопросом и утверждением, между обвинением и недоверием.

— Нет, она сама мне позвонила. То есть тебе. А я просто ответил.

— Она сама мне позвонила?

— Ага.

— Ты знал, что она так может?

— Не-а.

— Ты, должно быть, жутко ее напугал, она ведь не поняла, кто ты такой!

— А вот и нет. Она моментально сообразила.

— Каким образом?

— Догадалась. Кто еще может сидеть дома за твоим ноутбуком?

— Но она ведь с тобой не знакома.

— Она, программа то бишь, обучена. Ты ведь рассказала ей о новом парне, и эти данные были добавлены к другим. Она отреагировала так, как это сделала бы Ливви. Твоя бабушка была бы рада познакомиться со мной, поговорить со мной в видеочате, увидеть, в конце концов, этого парня. Она вела бы себя именно так — мило и непринужденно. Программа лишь повторила за ней.

Мередит покачала головой в изумлении.

— Все могло пойти совсем не так, и я бы навсегда потеряла ее, — выразила она свои опасения.

— Отчего же?

— Она тебя не знает. Я и не предполагала, что она способна разговаривать с кем-то еще, кроме меня.

— Я вел себя осторожно.

— И с чего она вдруг спросила про квартиру? Все это время я звонила ей отсюда же.

— Кто знает? — развел руками Сэм. — Значит, обратила внимание только сегодня, вот и все. Конечно, эта информация была получена раньше, но она не успевает обрабатывать все данные, поэтому выдает их постепенно. Прямо как мой отец.

— А что я ей скажу в следующем месяце, или в следующем году, или через десять лет? У меня до сих пор ремонт?

— Не знаю, я не очень представляю, как решится проблема со временем. Для нее, — добавил он.

Он действительно не знал, хотя гораздо больше его беспокоило другое: как решится проблема со временем для Мередит? Если Ливви застрянет во времени — не страшно. А вот если это случится с Мередит — их ждут проблемы, причем гораздо более серьезного толка.

Накануне Дня благодарения Мередит получила письмо от бабушки, в котором та жаловалась на Джулию. Без злости, без раздражения, а очень в своем духе — стремясь избежать конфликта, но вместе с тем внушая чувство вины. «Как поживает твоя мама? — писала Ливви. — Сто лет ничего от нее не слышала. Она, наверное, жутко занята. Когда будешь с ней разговаривать, напомни ей о обо мне, пожалуйста. Ее старушка скучает по ней».

— Нельзя рассказывать твоей маме о Ливви, — категорически решил Сэм.

— Я знаю.

— Нельзя, слышишь?

— Слышу!

— Мерд, я серьезно, никому нельзя рассказывать.

— Я понимаю.

Ничего необычного в том, что Ливви какое-то время не получала весточки от дочери, не было. Скорее наоборот, это полностью укладывалось в общую схему, благодаря чему программа и отметила это. У Кайла с Джулией имелся доступ к Интернету, телевизор и мобильный телефон, как у всех нормальных людей. Но, в отличие от всех нормальных людей, они подолгу игнорировали эти устройства, иногда неделю за неделей. Мередит тоже, как и Ливви (хотя по несколько другой причине), ничего от них не слышала с самых похорон. Они собирались приехать на День благодарения, собственно, на все праздники. Мередит с нетерпением ждала родителей в гости, но переживала: придется продержаться целых четыре дня без звонков бабушке.

Джулия заметно похудела и осунулась. Она выглядела изможденной: растрепанные волосы, покрасневшие от бессонницы глаза. Кайл не изменился и играл в старую добрую игру «Папа, приехавший в большой город навестить дочку»: радовался встрече, но почему-то плохо вписывался в окружающую действительность. Родители Мередит прибыли в четверг ближе к полудню, привезя с собой гостинцев: сыр, батат и пироги. Мередит запекла индейку, приготовила суп, салат со свеклой и темы для разговора, который она отважно пыталась поддержать. Беседа не клеилась. Кайл с Джулией избегали задавать Сэму вопросы относительно того, чем он в последнее время занимается. Нет, они не подозревали, что он воскрешает людей из мертвых. Они просто не хотели затрагивать тему работы и ее отсутствия, дабы не смутить его. Кайл с Джулией избегали задавать вопросы Мередит относительно того, почему она вся светится. Нет, они не подозревали, что она часто болтает с умершей бабушкой. Они просто надеялись: дочь ждет подходящего момента, чтобы сообщить родителям о беременности. Сэм с Мередит избегали разговоров о Ливви, поскольку Джулия, похоже, и так едва держалась. К тому же они боялись: стоит коснуться этой темы, и они наверняка проговорятся. Поэтому их беседа за столом походила скорее на затянувшуюся неловкую паузу, чем на оживленный обмен репликами.