Змееныш - Лев Жаков

Почти верная смерть. Лесник рассказал…

Нет, нет! Лучше погибнуть или от испарений кровянки, или от щупалец кровососа, а не от того и другого сразу!

Или без разницы?

Там река, которая в обычных обстоятельствах не составила бы преграды, но сейчас ее не переплыть, он пойдет ко дну, как Чапаев. Здесь - дерево-кукловод, рядом - кровосос, а тут - кровянка. Везде погибель, но…

Мучительный кашель раздирал горло, сдерживать его едва хватало сил. Мазай харкнул, плюнул себе под ноги и увидел лежащий в траве рюкзак.

И принял решение.

Двигаясь как зомби, медленно и неуверенно, он снял с фиксатора на рюкзаке маленький котелок. Сколько времени осталось? Не больше пятнадцати минут, а скорее - и того меньше, потом кровянка свалит его.

Мазай внаклонку двинулся по вершине холма, собирая сухие веточки. Много не надо, чтобы сделать настой, достаточно просто нагреть воду до температуры тела, кипятить ни к чему. Протоптав метрах в полутора от края зарослей небольшую полянку, он сложил веточки шалашом и щелкнул зажигалкой. Сушняк занялся быстро, язычки пламени забегали по сучьям. Те плавились, будто пластмассовые, изгибались в огне. Присевший рядом Мазай поднял голову - кровосос стоял неподалеку, как вытесанное из замшелого темного дерева изваяние, и тоскливыми взглядом следил за человеком.

Перед глазами плыло, костерок превратился в желтое пятно посреди красно-зеленого полотна травы. Деревья на склоне холма стали черными полосами, мир слился в единый серый фон. Котелок вдруг обратился лицом Змееныша, и Мазай чуть не вскрикнул, потянулся к нему. Лицо смазатось, обернулось красной рожей рассерженного Слона. Вновь раздались голоса - много, со всех сторон, болезненно гулкие, как из колодца, голоса всех сталкеров, которых Мазай знал в жизни, они наперебой осуждали его, кричали, что неправ, что бросил мальчишку одного на растерзание этим зверям в человечьем обличье, всем этим Заточкам, Болтам, Слонам, Маргошам… Мазай застыл посреди разноголосого бормотания, закусив губу. На подбородок потекла капля крови.

Потом в костре громко треснул сучок, и голоса разом смолкли, будто захлопнулась дверь.

Он всхлипнул, рукавом отер кровь с подбородка. Предстояло самое сложное - зачерпнуть воды. Для этого надо спуститься к реке, мимо кровососа или дерева-кукловода.

Мазай взял котелок и направился по вершине холма в сторону дерева, шаркая, как старый дед, горбясь и кривясь. Испарения кровянки заворачивались вокруг незримым смерчем, клонили его к земле. Искоса глянул в сторону - кровосос уныло тащился следом. Мутант уже не прятался, понял, гад, что стрелять нечем, - но держался ниже по склону, чтобы не попасть под ядовитые испарения.

Оказавшись метрах в трех от дерева, сталкер замер в нерешительности. На каком расстоянии кукловод становится опасным, как далеко он может протянуть свои ветки? Точно не знает никто - а тот, кому довелось узнать, уже не расскажет.

Больше всего Мазая удивляла и отвращала бессмысленность действий кукловода. Мутанты нападают, потому что голодны и злы. Контролеры берут людей под ментальный колпак, чтобы защититься или использовать вместо себя для какого-то дела. А зачем дереву люди-куклы? Ведь оно - бездумное растение, корни да ствол с ветвями, что ему надо кроме воды, почвы и солнечного света?

Какая польза или какое удовольствие кукловоду заставлять людей плясать?

Один несчастный болтался на ветвях. Он напоминал мумию, одежда висела как на вешалке - но он был жив. Мазай отвернулся, посмотрел на кровососа. Тот не сводил с человека мучительно голодного взгляда, ожидая, когда Мазай покинет слишком опасную для мутанта область.

Сталкер продел руку под дужку котелка, повесив его на сгиб локтя, накинул капюшон, натянул на кулаки рукава и сжал края, чтобы скрыть любой участок кожи. Склонил голову к груди - и поковылял под деревом со всей скоростью, на которую был способен. Дыхание прерывалось, мучительный кашель рвался наружу, перед глазами плыло.

Кровосос заскользил вперед, однако в метре от дерева замер и поднял щупальца, пытаясь дотянуться до жертвы.

Гибкие упругие веточки зашарили по капюшону, по плечам, по спине, жадно ищя голую кожу, чтобы присосаться к ней, пробить плоть и слиться с нервными окончаниями. Мазай ковылял, пошатываясь. Самое сложное впереди - набрать воду надо под деревом, чтобы не достал кровосос, - а для этого придется оголить ладонь и запястье, самое лакомое для кукловода место…

…Он не помнил, как добрался до костра. Огонь почти потух, зола покрывала смятую траву. Мазай поставил котелок в центр кострища, подкинул собранный по дороге сушняк, раздул огонь. Вода на стенках котелка зашипела, испаряясь.

Кровосос завыл - протяжно, тоскливо. Чувствовал, что жертва пытается ускользнуть, да не мог понять, что она затеяла. Мазай видел обвисшую кожу на его морде, покрытую пигментными пятнами, - настоящий патриарх кровососьего племени, аксакал! Сталкер принялся рвать красные листья и бросать в котелок. Вода там успела немного нагреться.

Забеспокоившийся кровосос вылез из кустов и подполз ближе, почти к самому краю зарослей. Разделенные полосой травы мутант и человек посмотрели друг на друга. Тварь пошевелила щупальцами, принюхиваясь, сделала нерешительный шаг вперед, но тут же отступила подальше. Мазай не выдержал и закашлялся.

Горло продрало, как наждаком, а в легкие будто железных опилок насыпали. Перед глазами взорвались искры, Мазай, открыв рот, шагнул к краю зарослей, надеясь глотнуть менее насыщенного ядом воздуха, кровь закапала с губы.

Оживившись, кровосос поспешил вперед - и Мазай попятился к костру. Разочарованный мутант остановился, пожирая жертву взглядом, вновь отошел немного.

Сталкер опустил руку в котелок, чтобы сразу ощутить, когда отвар станет достаточно теплым. Его колотило в ознобе, голоса мертвых и живых вновь звучали со всех сторон, перекликались деревья на краю леса, кто-то страшный глухо бормотал в избушке, мертвенный шепот издавали волны реки. Мазай потряс головой, нагнулся ниже над котелком. Листья окрасили воду в бурый цвет. Лесник говорил, под действием отвара человека совсем теряет контроль, царапает лицо, бьется в судорогах, и если отвар слишком крепок, спазм охватывает все тело, и ты гибнешь от удушья. Но если заварить недостаточно крепко, отвар не подействует…

Наконец Мазай решил: пора. Прихватив горячую дужку рукавом, он приподнял котелок, наклонил и стал лить бурую воду в рот, жадно глотая. Теплый отвар смягчал разодранное кашлем горло.

Кровосос зашевелился, подобрался ближе, недоуменно посмотрел на пьющего человека, не выдержал - и полез в траву.

Мазай, откинув пустой котелок, стер с лица мокрые листья. С трудом распрямив ноги, будто спортсмен, выжимающий штангу, он побрел прочь от мутанта - вниз с холма. Надо выйти из зарослей кровянки, иначе конец…

Кровосос тащился за ним, шепча и постанывая. Он двигался с трудом, но все же догонял, ведь Мазай едва ковылял. Когда сталкер понял, что мутант совсем близко, то упал на бок и покатился вниз по склону. Тварь, вытянув щупальца и по-бабьи причитая, торопилась за ним.