Гримм. Ледяное прикосновение - Джон Ширли

«Забавно, – подумал он, – я ведь Гримм. Гриммы выслеживают и убивают Существ, избавляя мир от наиболее опасных экземпляров. А что делаю я? Пытаюсь их защищать. Предки точно не одобрили бы».

– Непременно попадет, – проворчал Ренард, прервав его размышления. – Этих парней почти расчленили. Вряд ли такое пройдет незамеченным. Некоторым оторвали головы. Как всегда, скажем, что ищем маньяка с бензопилой… Или что мы обычно говорим в таких случаях. Существа, конечно, поймут, что к чему…

– Но как насчет… – начал было Хэнк, но тут его прервал стук в дверь. Через секунду она распахнулась, пропуская в кабинет сержанта Ву с отчетом в руках. Заметив неодобрительные взгляды капитана и детективов, он остановился на пороге.

– Ух ты, стоит мне войти, и разговор обрывается? Это что-то сугубо для внутреннего пользования, о чем я не должен знать?

– Ерунда, – тут же нашелся Хэнк, – капитан наставлял Ника по поводу личной жизни. Точнее, советовал полностью от нее отказаться.

– И я уже почти готов внять этой рекомендации, – сухо поддакнул Ник.

– Очень смешно, – поморщился Ву, передавая Ренарду бумаги. – Сейчас я вам расскажу шутку получше. Представьте: едет патрульный и видит на дороге старушку, которая вяжет за рулем. Он, естественно, кричит ей: «Остановитесь!» А она отвечает: «Да что вы, всего лишь пара носков!»[3]

В кабинете стало так тихо, что было бы слышно даже комара.

– Ву, у вас сегодня выходной? – нарушил молчание Ренард.

– У меня? Нет, сэр.

– Тогда почему вы бездельничаете?

– Я… я просто зашел передать отчет! И сообщить результаты по исследованию тех брикетов с порошком.

Он протянул капитану еще один документ, который тот быстро пролистал.

– Скополамин?

– Там очень странная смесь всякой дряни, – ответил Ву. – Но медики говорят, что это ключевой ингредиент. Хранение скополамина в таких количествах запрещено законом, но что из него собирались делать, они не знают.

В кабинете снова воцарилась тишина. Сержант Ву пожал плечами и вышел, едва слышно бормоча:

– Свитер. Носки. Что по мне, так это смешно.

Стоило щелкнуть замку, как Хэнк фыркнул:

– Не свитер, носки! Ха-ха-ха!

Ник уставился на него:

– По-твоему, это смешно?

– Конечно. Я просто не хотел льстить Ву.

Ренард протянул Нику отчет лаборатории, и тот углубился в его изучение.

– Скополамин. Совпадает с тем, что сказала Розали.

– А что она сказала?

– Что это Зеель Дихтунгсмиттель. Душегаситель. Порошок, которым подчиняют души людей.

– В Южной Америке есть множество историий о том, как скополамин делает человека совершенно безвольным, – кивнул Ренард. – Доза этого вещества, приказ принести вам все свои деньги и ценности, и жертва радостно бежит выполнять его.

Хэнк скептически посмотрел на него.

– Это действительно возможно, капитан?

– Предположим, большинство таких рассказов сильно приукрашено, но… Если включить туда дополнительные ингредиенты из арсенала Колдунов, может сработать.

– А противоядие от него есть? – быстро спросил Ник. Ренард – сам наполовину Колдун – мог знать ответ.

– Не уверен. До… гм… фармакологической стороны дела у меня как-то руки не доходили.

Ник отложил отчет и снова присмотрелся к снимкам изуродованных тел гангстеров.

– Убийство с несомненным стилем, – он подтолкнул фотографию к Хэнку. – «Темное сердце» занималось наркотиками и проституцией. Видимо, «Ледяное прикосновение» хочет занять их место.

Ренард снова кивнул.

– Если они решили продавать наркотики, такая атака обеспечила их товаром. И позволила оставить понятное сообщение: «Не пытайтесь нас остановить». Они хотят брать других в сексуальное рабство… и возможно, тех Существ, которые им сопротивляются.

Ник медленно покачал головой:

– Как-то все это… мелко. Речь ведь идет о банде Существ.

Ренард забрал у него фотографии и вложил обратно в папку.

– Очень мелко, – согласился он. – И это меня тревожит. Боюсь, у них есть и другие цели…

– Мне кажется, – задумчиво протянул Хэнк, – что они расширяются, строят нечто мощное, что будет дьявольски сложно остановить. Капитан, вы не думаете, что настало время сообщить обо всем этом федералам? Если они до сих пор не в курсе, разумеется.

– Федералы тоже следят за «Ледяным прикосновением».

– Тогда почему не дать им полную информацию?

– О Существах? – пристально взглянул на него Ник.

Хэнк пожал плечами:

– Ну да. Тебе не кажется, что безответственно как раз держать их в неведении? Не зная, кто им противостоит, они рискуют погибнуть. Вспомни того монстра, вроде огра…

– Сокрушителя?

– Да, его. Представь, что будет, если ты попытаешься уложить его из сорок пятого калибра. Ты станешь трупом только потому, что не имел нужной информации. Или взять хоть одного из тех ребят-драконов… Агент подходит к нему, думая, что тот безоружен, – и получает огненный плевок в лицо. Вот с чем может столкнуться ФБР. Парни из Бюро – офицеры, охраняющие закон, и они вынуждены будут пытаться выполнять свою работу, не зная всех фактов. С нашей стороны подло так их подставлять.

Ник нахмурился. Он прекрасно понимал, к чему клонит напарник, но имел на этот счет собственные соображения.

Ренард откинулся на спинку кресла.

– Вы что, серьезно? – спросил он. – Для начала федералы нам не поверят.

– А мы предъявим доказательства. Покажем им Монро! Или Гневохвата – он ведь тоже может обернуться. Пусть осмотрят их, исследуют.

– И протрубят на весь мир о Существах? – Ник покачал головой. – Ты представляешь реакцию общества? Истерия. Начнутся всяческие преследования Существ. Охота на ведьм, – он покосился на Ренарда, думая, что уж разум Колдуна-то способен оценить все последствия предложенного Хэнком. – Причем в самом что ни на есть прямом смысле.

– Ну, они же не будут рассказывать об этом всем и каждому, – не сдавался его напарник. – Кто знает, сколько секретов Бюро уже хранит.

– Ты что, считаешь, будто «Люди в черном» – это правда?

– Нет. Но возможно, что там есть отдел, который знает о Существах и держит это знание в секрете. Мы могли бы работать вместе… В любом случае, любой агент, который работает по делу «Ледяного прикосновения», имеет право знать.