Сила главного калибра - Алекс Орлов

Четверо суток в положении напарников ничего не менялось. «Утром» их будил все тот же матрос, приносил завтрак, забирал посуду. На все вопросы относительно курса корабля он отвечал одно и то же:

– Вот уж об этом я бы не спрашивал.

– А почему? – всякий раз удивлялся Джим.

– А какая тебе разница, куда мы идем? И вы, и я – солдаты, люди подневольные, какая нам разница, куда идем? Если командирам будет нужно, они все нам расскажут. Посмотрите лучше кино, чем так мучиться.

– Да мы уже смотрели.

– Еще посмотрите. Или могу добавки второго принести, у нас один товарищ заболел и аппетита нет.

– А сам чего?

– Я за него первое съел.

– А может, у вас тут спортивная комната есть? – поинтересовался Тони.

– Есть, – несколько удивленно ответил матрос. Ему и в голову не приходило, чтобы кто-то по своей воле занимался физо.

Матрос проводил пассажиров в спортивную комнату. Она оказалась на удивление просторной. Привыкшие к ежедневным тренировкам, Джим и Тони с удовольствием позанимались на тренажерах, потом насухо вытерлись гигиеническими салфетками – в условиях дефицита воды салфетки на судне заменяли душ.

В каюту решили отправиться сами, но едва вышли из спортивной комнаты, встретили своего коротышку, единственного из всего экипажа судна, с кем они виделись.

– А ты случайно тут? – спросил Джим, осматриваясь.

– Нет, как только вы напрыгались, я и выдвинулся, у нас же повсюду видеоконтроль. Пойдем, провожу.

Скучное течение времени прервалось на другой день. За пару часов до обеда, когда Джим с Тони смотрели очередной фильм про фауну кислотных морей, судно неожиданно тряхнуло. Монотонный и прежде незаметный гул двигателей изменил тональность, на долю секунды потеряли тягу гравитационные соленоиды.

– Ничего себе! – сказал Джим, вскакивая и поглядывая на ременные снасти на стене. – Что это было, Тони?

– По-моему, мы резко изменили курс.

Они постояли еще пару минут, прислушиваясь к гулу двигателей и собственным ощущениям, но больше ничего опасного не происходило.

– Отбой тревоги, – облегченно произнес Джим и сел на койку. В этот момент дверь распахнулась от сильного удара и в проеме показался коротышка. Его лицо было красным, а глаза едва не выпрыгивали на лоб.

– Быстро на сцепку! Быстро! – заорал он.

– Чего? – не понял Тони.

– Вещи хватайте и за мной – бегом!

Больше вопросов не задавали, схватили винтовки, кофры с боекомплектом и помчались по крутым лестницам, задевая за все углы и жутко грохоча, но не отставая от матроса.

Наконец коротышка заскочил в узкую кабину технического лифта, Джим и Тони втиснулись туда вместе с ним. Спустя несколько секунд кабина остановилась, и пассажиры выгрузились в каком-то сумрачном помещении с низким потолком – Тони приходилось двигаться, пригнувшись.

– Где мы? – прокричал он, в очередной раз задевая головой за какой-то погасший фонарь.

– Это шлюз сцепки! – прокричал в ответ матрос, но никакой ясности это не добавило, ни Джим, ни Тони не знали, с чем связана тревога – то ли пожар на судне, то ли экстренный вход в атмосферу.

А между тем у судна висели на хвосте два перехватчика, они не отставали ни на шаг, и старший пары по радио рекомендовал капитану остановиться и принять группу досмотра. Скоростной уиндер с «группой досмотра» мчался параллельным курсом и ждал, когда перехватчики «убедят» капитана подозрительного судна. И пилоты перехватчиков, и команда уиндера были служащими военно-космического флота, однако выполняли задание вражеского агента, их немало развелось в руководстве вооруженных сил.

– Лезьте прямо туда! – прокричал матрос, приподнимая крышку люка. Джим заглянул в горловину. Там было темно, он разглядел лишь пару ступенек. Оставив Тони вещи, Джим спустился вниз – оказалось не высоко, всего пара метров. Правда, здесь было холодно, в тонкой робе и спортивных тапочках долго не протянуть.

Приняв от Тони винтовки и кофры с боекомплектом, Джим шагнул в сторону, чтобы освободить напарнику место, и наступил на низкое пластиковое кресло.

Тони еще не опустился на пол, когда матрос крикнул:

– Пристегнитесь и ждите, вас подхватят!

И захлопнул крышку люка. Лязгнул тяжелый запор, потом зажужжал привод блокиратора.

– Ты чего-нибудь понял? – спросил Тони, становясь наконец на пол.

– Нет. Почему нас должны подхватить?

– Давай-ка пристегиваться – придется искать ремни на ощупь.

– Тут кресла есть… Сейчас, подожди…

Джим опустился на сиденье и тут же обнаружил ремни. Но они были слишком запутаны, чтобы разобраться с ними в темноте.

– И что же нам делать? – уныло произнес Тони.

В этот момент под потолком зажглась осветительная панель, залив весь объем камеры синеватым светом.

– Ух ты… – поразился Джим, однако солдатское чутье подсказало ему, что нужно скорее пристегнуться. Тони тоже торопливо распутывал узлы, и вскоре они оба оказались крепко притянутыми к жесткой стенке.

Потянулось томительное ожидание неизвестно чего. Холод пробирал до костей, при дыхании был виден пар, и скоро начали лязгать зубы.

– Еще час… мы выдержим… – сказал Тони.