Похититель разума - Маргарет Уэйс

– Тебя послала Мейгри? Где она?

Дайен осторожно дотронулся до шишки за ухом, поморщился от боли.

– Она осталась на «Фениксе», сэр. Я предлагал ей уйти со мной. – Юноша нахмурился. – Но она сказала, что вынуждена остаться... с ним.

Генерал услышал горечь в словах Дайена, понял подтекст.

– Она осталась, чтобы защитить тебя? Не дать... м-м-м... ему преследовать тебя?

– Так она и сказала. Просто дело в том... я видел их обоих вместе и... ладно, неважно.

Дикстер разглядывал его выразительное лицо и понимал, из собственного опыта, что должен ощущать юноша. Генералу очень хотелось помочь Дайену, но ему надо было самостоятельно справиться со своей болью.

«Забавно, – подумал Дикстер, – я считал, что уже много лет назад расстался с ней. Хотелось бы снова ее увидеть, в последний раз. Мне многое хотелось бы ей сказать... Но, может, так оно и лучше. Она всегда была суеверна насчет прощаний».

Дикстер взял Дайена за руку, пожал ее.

– Рад тебя снова видеть, сынок, знать, что ты жив. Если бы ты смог доставить ей от меня послание...

– Что значит «доставить послание», сэр? – Дайен, сообразив, что не он один испытывает душевные муки, встревоженно поднял взгляд. – Вы сами сможете его отослать. Вы же сказали, что космопланы готовы к вылету...

– Не совсем, сынок, – возразил Дикстер, отпуская руку юноши. – Все не смогут улететь. Нам удалось сбить приемные лучи, так что мои люди смогут уйти. Но кто-то должен остаться для прикрытия и удерживать ворота отсека открытыми.

От страшного взрыва содрогнулась ангарная палуба. Мужчины и женщины повскакивали на ноги, хватая оружие, и заняли свои места. Дикстер посмотрел перед собой, в переднюю часть ангарного отсека. Дайен тоже пристально всмотрелся, но ничего нельзя было разглядеть вокруг многочисленных космопланов, некоторые из которых были повреждены, а другие – явно готовы к вылету.

– Беннетт, связь.

Адъютант протянул Дикстеру портативную рацию.

– Мур, что происходит? – спросил Дикстер по рации.

– Они взорвали главный люк, сэр. Мы тут все собрались, чтобы их удержать. Лилли просит еще минут пятнадцать, чтобы открыть ворота отсека.

– Хорошо. Удачи. Конец связи.

Сохраняя хладнокровие и не обращая внимания на несколько взрывов послабее и ответный огонь из лазерной пушки, генерал обратился к Дайену:

– Что делается на «Дельте»? Мы уже давно потеряли с ними связь.

– Хаос, сэр. Никто не командует. Небольшие разбросанные группы. Они думают, что вы погибли. Они потеряли последнюю надежду...

– Надежду... – Дикстер покачал головой. Его карие глаза, окруженные сеточкой морщин, вдруг показались потухшими, усталыми.

– Лишь покойникам не на что надеяться, сэр, – сказал Дайен.

Дикстер улыбнулся, вспомнив, где раньше слышал эту поговорку.

– Да, но Мейгри добавила бы, что у них есть другие преимущества. Итак, молодой человек, что вы предлагаете? Вижу, вы что-то надумали.

Дайен вспыхнул.

– Я бы хотел вернуться туда, сэр. Принять командование.

– Принять командование...

Дикстер смотрел на Дайена, но перед его глазами стоял дядя юноши, король, который никогда, ни единого дня в своей жизни не принимал на себя командование. Кровь та же, но в жилах старого короля она текла вяло. А в этом мальчике кровь кипит.

– У меня появилась одна задумка, сэр. Думаю, есть шансы на успех, а времени объяснять нет. Мне нужна рация.

Дайен нагнулся и взял один аппарат.

– Подождите, молодой человек! – воскликнул ошарашенный Беннетт, протянув руку, чтобы забрать аппарат.

– Оставь, – тихо сказал генерал. Адъютант смотрел на него, не веря своим ушам.

– Вы шутите, сэр! Он же... еще ребенок!

– Александру Великому было пятнадцать, когда он вел свою первую войну. Посмотрите на него хорошенько, Беннетт.

Адъютант нехотя оглянулся. В голубых глазах юноши светилась ледяная твердость. Бледное лицо было собранным и неподвижным. Блестящие рыжие волосы Старфайеров, взлохмаченные и непокорные, напоминали сноп огня.

– В конце концов, – пробормотал Дикстер, разговаривая скорее с самим собой, чем с Беннеттом, – Дайен – принц. И если Бог пребывает с этим молодым человеком, то, возможно, Он не оставит и моих людей. Если же Он не с ним, – генерал пожал плечами, – что нам терять?

– Рацию, – резко заметил Беннетт. – А это очень дорогая...

Дикстер ухмыльнулся, хлопнул адъютанта по спине.

– Запиши на мой счет. Очень хорошо, молодой человек. Можете забрать свое радио. Договорились. Что-нибудь еще нужно?

В его голосе сквозила нескрываемая ирония. Дайен, к счастью, был слишком напряжен и возбужден, чтобы это заметить.

– Нет, сэр. Благодарю.

Очередной взрыв, раздавшийся уже гораздо ближе, заставил .их всех пригнуться, осыпав генерала облаком искр. Беннетт торопливо смахнул их с формы, причитая по поводу многочисленных прожженных дырок. С учетом того, что форма и так была измята и покрыта пятнами копоти, пота и крови, Дикстер не мог сказать, что несколько дырок имеют такое уж значение.

– Тебе лучше уходить, сынок. Нет... не надо прощаться. Это к неудаче.

– Да, сэр. Благодарю, сэр. Я... – Дайен протянул руку, которую генерал пожал с угрюмым видом. – Скоро увидимся, сэр.

Засунув рацию в карман комбинезона, Дайен пробрался сквозь дебри обломков и тел и вернулся в комнату пилотов и в коридор, связывающий палубы «Чарли» и «Дельта».

– Интересный юноша, – заметил Дикстер, глядя ему вслед. – Жаль, что я не увижу, что с ним будет.

– «Ятаган», ваш компьютер не дал правильный кодовый позывной. Остановитесь и назовите себя.

Правильный кодовый позывной. Мейгри выругалась про себя, отметив при этом, что в последнее время слишком часто этим занимается. Что, черт возьми, творится? Почему они заменили эти проклятые позывные? Потом она вспомнила. Кое-кто из наемников, в том числе и друг Дайена Таск, улетели на угнанных «Ятаганах». Им дали позывные, когда они были на стороне ангелов, когда они сражались за Сагана в его битве против коразианцев. И теперь вполне логично с их стороны заменить позывные, когда наемники против Сагана. Нельзя пускать волка в овчарню «Непокорного».

– Что ж, стало быть, я волк, – мрачно сказала себе Мейгри. – И я все равно сяду, с позывным или без него.

Она задумалась о том, что делать. Замаскироваться, прорваться обманом... К черту. Слишком уж она устала. Устала, да и проголодалась вдобавок.

– Послушайте меня, кто бы вы ни были и какое бы звание ни носили, – сказала она напряженно, холодным тоном, – вам лучше хорошенько посмотреть на свои знаки различия, потому что не быть вам больше ни лейтенантом, ни капралом, ни сержантом, если вы не подчинитесь моему приказу. Я – леди Мейгри Морианна, и лечу я на космоплане, дырявом, как решето. Даже если я не знаю вашего долбаного позывного, – а я его не знаю, поскольку сражалась с коразианцами, – я сяду. А если вы решите помешать мне, Командующий лично отдаст приказ о вашем расстреле.