Грозный змей - Майлз Кэмерон

Двое принялись убивать боглинов лопатами.

– Берите их в отряд, – велела Изюминка.

Оба оказались батраками – людьми, которые ничем не владели и мало чем отличались от рабов.

– Откуда мы взяли всех этих рабочих? – спросила она у сэра Джона.

Сэр Джон смотрел в небо. В лагере строили четыре башни для метательных машин, и он не понимал, где виверны.

– Капитан Альбинкирка предложил освобождение от налогов на год в обмен на десять дней работы.

– А он умный мужик, этот капитан, – ухмыльнулась Изюминка.

Примерно в два часа пополудни, когда по лагерю развозили котлы с обедом, из Альбинкирка прибыл обоз – сорок телег с провизией и снаряжением. Множество новых стрел на распорках, в льняных мешках, новые котлы из белой жести и другие, бронзовые, сделанные в Генуе.

– Соскучилась? – спросил Красный Рыцарь, и Изюминка обняла и поцеловала его.

Кто-то из новичков, некоторые рыцари и сэр Рикар смутились, остальные заулюлюкали.

Она внимательно посмотрела на капитана:

– Выглядишь так, как будто сливок нализался.

Он рассмеялся:

– Посмотрим. Мне кажется, что сливки в этом случае – я. А пока…

Он провел с ними два часа, рассказывая о новом союзе, развеивая их страхи – люди боялись союза с Дикими – и разъезжая по холмам на юге и востоке от Дыры и по высокому холму, поросшему буками, к северо-западу от ручья.

Вернувшись, он свесился с седла к сэру Джону:

– Великолепно.

Сэр Джон замялся:

– Я собирался оставаться здесь только до сегодняшнего дня… В крайнем случае до завтра.

Капитан уставился на далекие Зеленые холмы.

– Я думаю, что завтра придется сражаться, но настоящий бой случится только послезавтра, или я в чем-то ошибся. Волшебник может приблизиться с севера и выйти на нас через лес и по старой дороге в Тикондагу или через Западную Канату.

– Но? – Изюминка подняла бровь.

– Но у него гораздо хуже со снабжением, чем у нас, – весело и уверенно ответил капитан.

– Миллион тварей…

– И всем нужно что-то есть. А обоза у них никакого нет. И поставок. Он может обойти вокруг, но останется ли у него армия?

Сэр Джон присвистнул.

– Отличная новость!

Капитан покачал головой:

– Но он может принять решение идти в Морею. И тогда… тогда это все зря, и нам придется придумывать что-то другое. – Он посмотрел на холм внизу. – Меня радуют атаки боглинов. Плохиш Том доберется до вас к закату.

Изюминка дернулась. Сэр Джон поднял брови.

– Гонцы. Сюда явится весь Белый отряд. Горцы Тома останутся снаружи, на правом фланге. В ложбине на востоке, на другом берегу Альбина. – Красный Рыцарь оглянулся. – Я не собираюсь повторять Чевин. И могу только надеяться, что именно этого хочет Шип.

Сэр Джон пожевал длинный ус. Изюминка – косу.

– А почему бы не ударить по нам с краю, с одного или с другого, и не смешать ряды?

– Тогда будет серьезное сражение, – сказал капитан. – Я пытаюсь мыслить как волшебник. Он может приказать своим тварям идти вперед или остановиться, вряд ли больше. Я не верю, что каменные тролли могут выстроиться четверками и обойти нас с фланга. Но у нас было время подготовиться, и мы его использовали. Это должно дать нам убедительное преимущество.

– Но ты все равно сомневаешься, – заметила Изюминка.

– Я всегда сомневаюсь.

Изюминка внимательно посмотрела на него.

– Мой учитель военной науки определял такие ситуации интересным образом, – продолжил капитан, – он говорил, что сражение – это встреча двух командиров, каждый из которых полагает, что у него есть преимущество, но один из них ошибается. – Он смотрел вдаль, на холмы. – Я пытаюсь поставить себя на место волшебника. Зачем он здесь? Ему следовало бы вернуться домой и праздновать победу. – Он нахмурился. – Я что-то упускаю.

– Он убил твою мать, а ты считаешь, что ему стоит убраться домой? Ты не хочешь сражаться?

Он посмотрел на Изюминку, как будто у нее на лбу что-то выросло.

– Так только любители говорят, Изюминка. Ты сама учила меня другому. Это чисто деловой вопрос.

Изюминка рассмеялась.

– Я никогда такого не говорила. Или говорила. – Она пожала плечами.

– Говорила. Правда, речь шла об ухажерах и сексе, но смысл тот же. Тут нет места для ненависти. Это… работа. Суть войны – в котлах и нужниках. И в том, что в резерве всегда должны оставаться сухие сытые воины. Я думаю, что волшебник нас ненавидит. Это было бы прекрасно.

– Он убил твою маму.

– Хватит, Изюминка. – Он резко развернулся к ней, и в глазах его сверкнул красный свет, которого она ждала целый день.

– Тебе нужно стать человечнее.

– Я только что был человеком. А теперь я капитан. – Он поиграл перчаткой.

Изюминка оглядела дикую местность, которая тянулась во всех направлениях на много миль.

– Почему мы сражаемся здесь? Ты же говорил об Альбинкирке. – Изюминка поняла, что злится. Он что-то задумал. Она вспомнила все свои беседы с Мэг.

Изюминка ненавидела, когда он так делал. У него были готовы все ответы, но он продолжал нести какую-то хрень.

– Я рассчитывал, что мы будем сражаться в Альбинкирке, но ситуация изменилась. Я передумал. Сказочный Рыцарь, Плохиш Том, император… Что тебя гложет?

– Мы собираемся сражаться с Дикими, берем Диких в свои ряды, и все это происходит на их земле. Всему, что я знаю о войне, я научилась у тебя, Йоханнеса, Калли и Тома, и я уверена, что это плохое место для боя. Болото? Лес?

– Именно.

– И ты вдруг стал королевским капитаном. Я думала, мы свободные наемники. Ищем приключений. Зарабатываем. А не сажаем тебя на трон.

– На трон? – Он рассмеялся. – Изюминка, клянусь, я не хочу становиться королем Альбы.

Ей стало легче.

– А королем севера?

– Тоже нет.

Его улыбка казалась фальшивой – и очаровательной.

– А чего хочешь?

– Потом, – сказал он. – Слишком много аспектов, я не могу все запомнить. Давай выиграем бой. А потом устроим собрание командиров.

– Если выживем. – Она не удержалась от улыбки.

– Да. Если не выживем, собрание придется отменить. – Он улыбнулся ей в ответ, и на мгновение они стали прежними.

Капитан еще час беседовал с Мэг наедине. Никто из них не рассказал, о чем шла речь.

На закате Белый отряд влился в лагерь с востока. Они шагали вдоль тех же низких холмов, за которыми исчез Плохиш Том вместе со своими горцами. Лошадей лишились все, а телеги пришлось бросить на другой стороне реки.