Чужая война - Сергей Садов

— Это в данном случае уже неважно, — сказал герцог Алазорский. — Только что я получил донесение от наших разведчиков. Эрих Родезский собрал резервную армию, и она уже идет через перевалы в Эндорию. Теперь понятно, почему он не мог восстановить кавалерию так долго — он собирал ее в Родезии и теперь направляет сюда.

— Один раз Эрих так сделал, — хмыкнул кто-то.

— Я впечатлен вашим самомнением, господа, — ледяным тоном проговорил герцог. — Очевидно, вы полагаете, что на этот раз нам тоже помогут снегопады. Или вы считаете короля Эриха глупцом, который совершит одну и ту же ошибку дважды? На этот раз вместе с армией идут и обозы. Король Родезии позаботился о создании продовольственного запаса и фуража в крепостях завоеванной провинции. Так что на этот раз даже в случае снегопадов голодать его армии не придется. Но, полагаю, в преддверии зимы он все же не начнет наступление. Весной же, едва сойдет снег, его отдохнувшая армия вторгнется непосредственно из приграничных крепостей. Поскольку в Эндории почва каменистая, то дороги там станут проходимыми после распутицы намного раньше, чем у нас здесь, так что он сможет выдвинуть свою армию раньше нас. Если же мы перекинем свои войска в приграничные крепости, то весной они окажутся отрезанными от остальной части страны раскисшими дорогами, которые сильно затруднят подвоз припасов и резервов. В текущей ситуации всякие разговоры о переустройстве мятежного герцогства лично я стал бы считать изменой королю и попыткой вбить клин между верными вассалами в преддверии вражеского вторжения.

— К тому же нам не помешает помощь человека, за полтора месяца усмирившего мятеж с не очень большим отрядом, хотя остальные требовали год и всю королевскую армию, — заметил Артон.

Герцог едва заметно поморщился — молод король, горяч. Зачем наступать на мозоль всем этим аристократам? Они это запомнят. Королю вряд ли что рискнут сделать, а вот Вольдемару его величество жизнь осложнил.

— Все так серьезно? — спросил король у герцога Алазорского, когда совет закончился, так и не придя ни к какому решению.

— Да, ваше величество. Пока не совсем ясно, почему Эрих решил переправить армию в преддверии зимы, а не весной, но вряд ли он это сделал просто так. Как я и говорил, не думаю, что он нападет зимой, но после схода снега нас ожидает очень трудное лето.

— А герцог Торенды?

— Здесь вам лучше поговорить с графом Танзани, но не думаю, что в эту кампанию Вольдемар реально сможет чем-то помочь. Ему понадобится минимум полгода, чтобы разобраться с делами герцогства и окончательно привести его к покорности. Без этого убирать оттуда его армию все равно что снова отдать герцогство мятежникам. Хоть те и лишились вождей, но желающие снова побунтовать найдутся. Да и помог уже Вольдемар — мы получили большое пополнение оттуда.

— Только верны ли будут эти люди? — буркнул Артон.

— Полагаю, будут верны, ваше величество. Им деваться некуда — только так могут заслужить ваше прощение. А тех, кто отличится в боях, можно будет и простить. К тому же они будут не в одном отряде.

— Ладно, герцог, оставляю этот вопрос на твое усмотрение. Но что же нам делать с Вольдемаром? Хоть Танзани и считает, что он верен короне, но и оставлять его без присмотра не стоит…

— Есть у меня одна идея, ваше величество. Пока князя привязывает к Локхеру только клятва вам и Аливия. Но последняя — очень сомнительная связь, поскольку Вольдемар может в любой момент просто забрать ее и уехать. Нужно сделать так, чтобы Локхер стал для него настоящим домом.

Король непонимающе нахмурился, а потом улыбнулся:

— А вы хитрец, герцог. Осталось только подобрать подходящую партию для князя.

— Будет лучше, если выбор сделает сам князь, — улыбнулся в ответ герцог Алазорский. — Он не любит, когда на него давят. Нам же нужно только подобрать кандидатов. И здесь нам поможет граф Танзани. Полагаю, князя он изучил очень хорошо и разобрался в его вкусах…

Старый интриган и только еще начавший изучать это искусство король дружно рассмеялись.

К удивлению герцога Алазорского, граф Танзани не стал возражать, когда король через несколько часов озвучил их решение, а также то, что именно ему предстоит снова отправиться к князю и подготовить почву. Когда граф остался наедине с герцогом, то с несвойственной ему откровенностью заметил:

— Знаю, что вы зачем-то пытаетесь меня убрать подальше от короля, ваше сиятельство. Только сдается мне, в этот раз вы сами себя перехитрили. Возражать я не буду — за то время, что я был вместе с Вольдемаром, я научился очень многому и надеюсь узнать еще больше. В том, что он не предаст короля, я не сомневаюсь, а потому тоже сумею кое-чему его научить.

Герцог хмыкнул:

— И не надейтесь избавиться от меня, граф. Король придает предстоящему делу такое значение, что я тоже поеду с вами. Срок у нас — два месяца. Потому давайте садитесь и рассказывайте о Вольдемаре все, что сможете вспомнить. Его характер, вкусы, что он любит. От того, насколько точно вы все вспомните, зависит успех всей нашей миссии.

Граф задумался, потом кивнул:

— Что ж, кажется, я знаю, кто нам нужен… Слушайте…

Король отказался сразу отпустить и графа, и герцога. Только убедившись, что родезские солдаты располагаются на зимних квартирах, он нехотя дал добро. Двор вздохнул с облегчением, но самые умные задумались. Война, которую королевство с треском проигрывало, должна была многое изменить, но высшая аристократия с упорством, достойным лучшего применения, продолжала цепляться за свои привилегии и вольности. Конфликт между ними и королем становился неизбежным из-за деятельности Вольдемара, но об этом не догадывался даже сам князь, впервые после долгого времени наслаждавшийся относительным покоем. Дел было много, но тут хоть не требовалось уезжать из вновь обретенного дома, и он мог уделить достаточно времени сестренке. Но о чем все знали точно — так это о том, что следующее лето должно стать ключевым в войне. Если Локхер выстоит, то дальше станет легче, поскольку можно будет использовать ресурсы бывшего мятежного герцогства, в то время как Родезия была уже на пределе — все-таки изначально она была беднее своего противника и обладала меньшими ресурсами. На короткий миг после смерти старого короля и мятежа Ульмара Тиндона ситуация поменялась в пользу Родезии, чем немедленно воспользовался Эрих. Но если кампания следующего года провалится, то преимущество в людских ресурсах неизбежно в скором времени склонит чашу весов в пользу Локхера. Главное — выстоять в следующем году. И герцог готов был приложить к этому все силы. А с того времени, когда Вольдемару удалось очень быстро справиться с мятежом, он действительно поверил, что у Локхера еще есть шанс выстоять и победить в войне.