Начинающая Богиня - Людмила Гурламская

— Подло! Как всегда подло! Ребенок всю беременность разговаривает с матерью, а она собиралась его подменить! Каково Диане было бы узнать об этом? — поддержала маму Матрена и тут же набросилась на Адель: — И по ней ты будешь скучать?

— Ангелом она никогда не была. И скучать я буду не по ее поступкам. Я ни в коей мере не одобряю и даже не оправдываю их, — грустно улыбнулась Адель. — К тому же, у нее ведь ничего и не получилось. Она признала, что была не права в своих намерениях и посчитала, что сама высшая справедливость помешала ей осуществить задуманное, да еще и проявила гуманность, не сочтя это террористическим актом в отношении мира Адельтерры.

— Это и есть терроризм! Занять тело еще не рожденного… — нахмурилась мама.

— А что… — начала я, и не узнала свой голос, пришлось откашляться, перед тем как продолжить: — А что в таком случае было бы с новорожденной душой моего ребенка?

— Да ничего страшного, — преувеличенно бодро ответила Матрена. — Ну кроме того, что она родилась бы у другой матери и всю жизнь никак не могла бы понять, почему считает матерью тебя. А так ничего страшного, совершенно. Правда, ведь, Адель? — последнее замечание было сказано несколько язвительным тоном.

— Неправда, — спокойно возразила та. — Вдохнуть свою душу в тело, у которого ее еще нет — это нормально. А вот занимать изначально чужое место — уже преступление. Начинать новую жизнь с преступления — это очень большая ошибка. И я искренне рада, что Сахимед не удалось ее совершить!

— Я поняла, — вдруг вступилась за Хранительницу Ксения. — Тебе просто жаль, что ваша Сахимед прожила свою жизнь именно так, как прожила, наделав кучу ошибок и пакостей другим.

— Все могло сложиться иначе, — кивнула Адель. — Надеюсь, в новом воплощении раскроются те грани ее души, которые увидела и знала я. И вы все сможете убедиться, что и в ней было и есть что-то светлое…

— За это надо выпить! — предложил Ратмир, одной этой фразой обрывая по сути уже бесполезную дискуссию.

Какая разница, что могло бы быть, если этого не случилось? Сегодня в мир пришли два новорожденных бога, две жизни начались заново на этой планете. Кем бы они ни были в своем прошлом, теперь они наши, как ни крути. И мы отметим их приход как следует, пусть знают, что им рады! Особенно я. Правда, как раз я выпить не могу… «Мам, заклинание изменения состава жидкости», — тут же подсказал один из моих детей. «А что, сообщать еще нельзя?» — уточнила я. «Уже можно!» — обрадовали меня хором. «Только давай сначала папе вечером скажем наедине, а потом остальным?» — предложил второй голосок. «Хорошо», — согласилась я и невольно расплылась в улыбке, представляя себе этот момент. Все-таки мудрые у меня дети, конечно, сначала лучше сказать Эльдару… Эльдар! Я вдруг вспомнила, что он вообще-то рядом стоит и смотрит мне в глаза и, наверное, не может прочитать мои мысли, как и всегда, когда я с малышами разговариваю… Точно, смотрит, вздыхает. «Опять о будущем думаешь?» — сразу же следует вопрос. «Ага», — киваю. «Поделишься?» — просьба с тонким оттенком ревности. «Конечно! Вечером!» — отвечаю нестандартно, до сегодняшнего дня обычно отшучивалась и говорила «потом как-нибудь непременно»… «О! — Эльдар оживился. — И как мне теперь до вечера дожить? И не умереть от любопытства?» Любимый мой шантажист, куда ж ты денешься, разумеется, доживешь, иначе быть не может!

Семейный праздник продолжился, только теперь еще дополнительный повод добавился. Обед плавно перетек в ужин. Все разговоры сегодня были о детях — о шейлиных котятах и о новорожденных богах, конечно. Эльдар пребывал в задумчивости, наверное, все гадал, что же я ему скажу. Около девяти часов вечера с нами по магосети связался Матисс и доложил обстановку. Младенцы проснулись и приступили к познанию мира. Проще говоря, в данный момент их кормят по очереди, потом купать будут и снова спать укладывать. Произошел небольшой казус в виде первого, причем вполне осознанного благословения. Родители перешептывались между собой, что детки вовсе не похожи на божественных и ведут себя как самые обычные. Брат с сестрой хитро переглянулись и наградили маму с папой даром телепатии. Теперь перешептываться им ни к чему, мысли поступают прямо в мозг, причем в первую очередь от малышни. Зато последние сомнения в необходимости переезда вмиг улетучились. Напоследок Матисс попросил забрать его через несколько часов, когда детки заснут, чтобы проверить других своих подопечных.

Новости от Кота-Ученого были восприняты с оптимизмом. Осознанные благословения это очень хороший знак. И пока все поднимали очередной тост за новорожденных, я подсела поближе к маме и завела разговор на тему, которая меня уже почти три часа как очень интересовала. Собственно, я спросила, разговаривала ли я с ней во время ее беременности. И если разговаривала, то почему ничего не помню об этом.

— Конечно, ты вообще болтала без умолку! — заверила меня мама, и сразу же расплылась в улыбке. — А не помнишь… так никто не помнит. Нерожденные могут видеть свою дальнейшую судьбу. Лишь вариации, предопределенной судьбы не бывает в принципе. Так вот, в дальнейшем это знание им совершенно не нужно.

— Почему? — нахмурившись, спросила я.

— Чтобы не мешало свободе выбора, — ответила она.

Я задумалась над ее словами и в итоге кивнула, соглашаясь.

— Расскажи, какой я была? — попросила я маму и нетерпеливо заерзала.

— Да такой же, как сейчас! — на меня махнули рукой. — Рассудительной, ответственной, серьезной. Немного озорной. Пошутить могла, в основном над папой. Он до сих пор некоторые моменты вспоминает, — Магистру Дамиру достался весьма игривый взгляд, только он не понял в связи с чем и вопросительно поднял брови. Мама усмехнулась и продолжила: — Ты всегда старалась находить в любых событиях что-то хорошее, даже когда я сама этого не видела. Только один раз плакала… — она замолчала и погрустнела. Через какое-то время продолжила: — Однажды я просыпаюсь ночью, а ты плачешь. Спрашиваю, что случилось — молчишь… Только к утру ты сказала, что видела свою судьбу. И что нам придется надолго расстаться. Я пыталась тебя успокоить, говорила, что ничего подобного не случится… А ты только повторяла, что не хочешь со мной расставаться. Через три дня меня отравили…

— Получается, я знала, что это произойдет? Можно ведь как-то было предотвратить…

— Ты знала, что мы расстанемся, но не знала, каким образом, — заверила меня мама. — Мы ждали нападения, похищения… чего угодно, только не яда во фруктах из собственного сада. А потом думать было некогда, надо было действовать. Кстати, ты подсказала многие решения.

— Какие? — удивилась я.

— Город запечатать, Адельтерру закрыть. И мальчиков себе в провожатые выбрала на случай, если меня все-таки не будет рядом… Ой, прости, — мама прикрыла рот ладошкой и хихикнула. — Я помню про психологический возраст и адекватную оценку личности, но для меня они все равно всегда будут мальчики, — она виновато вздохнула.

А я украдкой скосила глаза на Эльдара, все еще погруженного в свои мысли, перевела взор на Ратмира, который вместе с Адель увлеченно возился с котятами Шейлы. Надо же… еще до рождения их выбрала, а при встрече даже не узнала, подозрительность проявила, клятву верности взяла. Я прыснула со смеху, вспомнив выражения их лиц при этом. Правда, потом я их чуть не задушила… смеяться резко расхотелось. Шейла, лапочка, спасла. Что бы я без нее делала? «Все еще в девках бы сидела!» — тут же отозвалась кошь и подарила мне многозначительный такой взгляд.