Клинок белого пламени - Анна Тьма

Пальцы, казалось, сами по себе нашли на запястье браслет, коснулись серебра чешуек…

И волной пришло предвидение.

Мужчина сосредоточенно смотрел под ноги, размеренно шагая вперед. Порывом ветра длинные пепельные, вьющиеся крупными кудрями волосы бросило в лицо, и мужчина раздраженно откинул их за спину. Стоило отвлечься, как в ботинки залилась вода. Снова уставившись вниз, он продолжил идти. Тишина за спиной наконец-то сменилась бессвязными выкриками, истеричным смехом и невнятными мольбами. Хотелось обернуться и плюнуть под ноги оставшимся. Вместо этого, не оборачиваясь, продемонстрировал неприличный жест. Правда, перепонки между пальцами ему помешали.

По морю не очень-то легко ходить. Особенно если до берега неделя пути на корабле, а под ногами – волны.

– Хочешь, я их сожгу?

Вздрогнув, он вскинул голову и чуть не провалился под воду. Но тут же выпрямился и встал гораздо прочнее, чем раньше. Она не замочила практичных сапожек – стояла над волнами, и кожа у нее светилась от внутреннего огня. Прищуренные синие глаза смотрели на оставшийся за спиной мужчины корабль.

– Зачем? – пожал широкими плечами владыка морей. Он только что пробудился. – Пусть живут и всю оставшуюся жизнь мучаются осознанием того, что сами отказались от бога морей.

– Ты жесток, Трэн, – сказала Пламенная богиня без осуждения.

– Не настолько, насколько заслуживает этот идиотский мир, – с досадой ответил ламий. – Как же я домой хочу, Лин!

– Ну так пойдем. – Алина протянула Змею раскрытую ладонь.

Трэн посмотрел на ладошку Пламенной, улыбнулся и немного ворчливо произнес:

– Должно быть не так. Принц должен спасать принцессу, а не наоборот!

– Тебе сильно не повезло с принцессой, Змей, – усмехнулась Пламенная.

– А по-моему, совсем наоборот…

Бог морей взял богиню огня за руку.

Всадник дернул поводья своей лошади, снял шлем. По плечам рассыпались густые темные волосы. Оглянулся на спутников. Они остановились и слезали с лошадей. Спустился сам, расседлал коня, отпуская пастись. Пока остальные разбивали стоянку, поднялся на утес. Остановился на вершине, глядя, как солнце садится, бросая на морскую воду золотую дорожку.

Хотелось забыть все и самому броситься вниз. Пусть даже разбиться о камни, лишь бы наконец закончился этот туман, ушла эта липкая патока жизни, связавшая его по рукам и ногам. Что он делает здесь? Как оказался и куда идет? Если бы он сам мог ответить на эти вопросы. Война… Эту клятую войну он выиграл для князя! Так, может, хватит? Хватит так жить?! Да и не назвать это жизнью – так, существование. Вдохнул полной грудью, чувствуя, как горчит на губах морская соль. Как же он устал.

«Ветер, который не летает, – мертвый ветер…» – тихо шепнуло море внизу. Мужчина сбросил на землю пропыленный плащ. Отчего-то ему было неприятно носить этот грязный мертвый кусок материи. Следом за плащом полетели на землю меч и нож, кольчуга, поддоспешник, сапоги. Он остался в тонкой нижней рубашке и штанах. Встал и выпрямился, позволяя ветру проникнуть в душу…

Может, хватит?.. Один шаг… Обрыв и свобода – в шаге…

– Рикар! – позвали соратники. – Спускайся!

Он обернулся. Посмотрел на тех, с кем бок о бок провел так много времени впустую. С кем пролил реку крови и сам утонул в грязи.

Хватит!

– Хватит звать меня этой человеческой кличкой, смертные! Мое имя Стримбор! – крикнул задушенный серостью будней и грязью жизни ветер. – Стримбор!..

Один шаг…

Волна взметнулась вверх на огромную высоту, толкнула Стримбора в грудь, не позволив упасть, разлетелась пеной и брызгами, являя серебристого гиганта. Огромный ламий вполз на утес, в землю у самого края, перед тем, кому не позволил упасть, воткнул лезвие на конце хвоста. Склонился и с оттенком угрозы произнес:

– Даже не думай, Ветер.

– Змей?.. – не веря своим глазам, произнес Стримбор. – Трэн?.. Трэн! Ты жив!..

Ламий резко потерял свои внушительные габариты, становясь на две ноги:

– Ну вроде жив…

– Упырь чешуйчатый! – рявкнул Стрим и кинулся на брата.

Ламий получил кулаком в челюсть, откатился в сторону, резво вскочил, отступая от разъяренного побратима.

– Ты чего?.. – Змей даже испугался. В такой ярости он Стрима видел всего раз десять.

– Чего?! Тварь хвостатая!..

Траэллита с трудом увернулся от тяжелых кулаков Ветра и бросился бежать. Стрим не отставал, на ходу подхватив сапог, запустил им в брата. Попал. Змей прикрыл голову руками, удирая.

– Я видел, как Амат тебя убил, сволочь! – В бога морей полетел очередной подхваченный на ходу снаряд. – Я пережил твою смерть и тебя вытащил из той реки, где вместо воды была твоя кровь! – Стрим притормозил отдышаться. Остановился в десяти шагах от него и Змей. – И ты мне еще указывать будешь, что я должен делать, скотина?! Чешуйчатый сукин сын! Я тебя спрашиваю, ты, брат мой бог морей, дери тебя демоны, где ты был?!

– Я…

Не успел владыка морей начать оправдываться, как его прервал брошенный котелок, кем-то оставленный на земле.

– У всех братья как братья, а мне достались ублюдки и идиоты!..

– Стри-им!.. – Костер едва теплился – и вдруг вспыхнул. Из огня вышла коротко стриженная, так похожая на мальчишку девушка. – Ну хватит уже Трэна бить. Ты прямо как Арох. Тот тоже на Ала с кулаками и руганью кинулся, да еще и белой горячкой обозвал. Пойдем домой. Там еще небитые наглые рожи остальных братьев будут.

Ветер как-то сразу обмяк. Выронил из рук чей-то меч в ножнах. Улыбка была вымученной, но в глазах светилось неподдельное счастье:

– Зато сестра у меня самая лучшая…

И прошлое хлынуло в разум мутным, тяжелым потоком…

Видение оборвались, когда родные руки обняли со спины. Прижалась к плечу, согревая знакомым теплом.

– У нас все получится, – шепнула в ночь богиня огня. – Все будет так, как ты видел.

– Ты тоже видела? – удивился демон и повернулся, чтобы взглянуть на нее.

– Я же привязана к тебе, как младенец к матери пуповиной, – улыбнулась Линка. – Мы столько с тобой разделили, что иначе быть уже не может. Я дала тебе плоть. А ты мне – суть. Ты самый лучший. У нас обязательно все-все получится.

– Это ты самая лучшая, Лин, – ответил девушке демон.

Она пересела поближе, положила голову на его согнутое колено и спросила:

– Как думаешь, Литис с Альтаиром меня примут?..

– …Да как… Сорванцы и есть. Притащила в подоле… кукушка! А от кого – так и не сказала.

Пожилая грузная женщина, прихлебывая из кружки чай, говорила с давней подругой. В отличие от первой вторая была маленькой и сухонькой бабушкой.