Королевство крыльев и руин - Сара Маас

Нужно похоронить отца. Эта мысль пробилась ко мне сразу же, как только немного улеглись страхи и переживания последних двух часов. Получив от Азриеля подтверждение, что сражение полностью закончилось на всем поле, мы с Нестой и Элайной отправились туда, где лежало тело нашего отца.

Мне стоило немалых усилий выпустить руку Риза, в которую я вцепилась с того самого момента, когда ожило его сердце. Но у него были свои заботы. Требовалось собрать остатки наших армий, навести хотя бы относительный порядок среди живых и оценить предварительные размеры потерь.

Я чуть не начала упрашивать Риза пойти с нами. Я знала: он бы согласился. Однако в глубине души я понимала: хоронить отца должны мы втроем, и больше никто.

И потому я выпустила руку Риза, дважды поцеловала его и оставила в лагере – помогать Мор тащить Кассиана к ближайшему лекарю. Сам тот едва переставлял ноги.

Неста смотрела им вслед. Может, после расправы над королем она успела чем-то помочь Кассиану? Или же бессмертная кровь Кассиана и магическое «латание», произведенное Азриелем, позволили ему держаться на ногах, хотя одна из них была серьезно покалечена? Я уже не говорю про сломанные крылья… Спрашивать Несту я не решилась, а она ничего не объясняла. Она молча взяла у Элайны ведро с водой, и мы отправились на поляну.

Обезглавленный труп короля валялся на прежнем месте. Вороны уже начали свой пир. Неста плюнула на него. Вороны лениво вспорхнули и тут же уселись снова.

Сюда почти не доносились крики и стоны раненых. Солнце весело светило сквозь кроны окрестных деревьев. Поляна выглядела бы совсем мирной, если бы не пятна крови на мху. Острое фэйское чутье сразу подсказывало, чья это кровь: короля, Кассиана или Несты.

На теле нашего отца внешних повреждений не было. Матерь хотя бы уберегла его от ран и не сделала добычей воронов.

Элайна умыла ему лицо. Расчесала волосы и бороду. Расправила одежду. Уж не знаю, где ей удалось найти полевые цветы. Один букетик она положила возле головы отца, второй – ему на грудь.

Мы молча смотрели на него.

– Я люблю тебя, – дрожащим голосом произнесла Элайна.

Неста не сказала ничего. Ее лицо было непроницаемым. Глаза потемнели от теней. Я умолчала о том, что видела все события, произошедшие на этой поляне. Пусть сами расскажут.

– Нам нужно произносить молитву? – спросила Элайна.

Насколько я помнила, в мире людей над усопшими не читали молитв. Но в Притиании…

– Да примет тебя Матерь, – прошептала я, повторяя слова, которых не слышала со времен Подгорья. – Да пройдешь ты сквозь врата и вкусишь аромат бессмертной земли, полной молока и меда.

Над моими пальцами вспыхнули язычки пламени. Остатки магической силы, которые я вытащила неизвестно из каких глубин.

– Не страшись зла. Не страшись боли, – дрожащими губами произносила я. – Да вступишь ты в вечность.

По бледным щекам Элайны текли слезы. Она наклонилась и поправила цветок на отцовской груди: нежный, с белыми лепестками. Потом отошла и кивнула.

На лице Несты не дрогнул ни один мускул, когда огонь спрыгнул с моих пальцев и воспламенил отцовское тело… Не прошло и минуты, как от него осталась горстка белого пепла.

Мы долго стояли над полосой обожженной земли. Солнце начало клониться к закату.

Позади раздались шаги.

Неста стремительно обернулась.

К нам шел Ласэн.

Исхудавший, забрызганный кровью, тяжело дышащий. Казалось, он бежал сюда от самого берега.

Увидев Элайну, он облегченно вздохнул. Но Элайна не пошла ему навстречу, а осталась стоять рядом со мной, крепко обхватив себя за плечи.

– Ты не пострадала? – спросил он, подходя ближе.

Элайна так и не успела отмыть руки от пятен крови.

Взгляд Ласэна упал на оторванную голову короля – она так и валялась по другую сторону поляны. На коже Несты и сейчас еще виднелись засохшие пятна крови правителя Сонного королевства.

– На меня никто не нападал, – ответила ему Элайна. – А как ты? – спросила она, заметив поврежденные доспехи и окровавленное оружие.

– Навоевался на всю оставшуюся жизнь, но… руки-ноги целы.

Элайна улыбнулась одними губами.

– Я… слышал о случившемся, – сказал Ласэн, глядя на обожженную траву за нашими спинами. – Вместе с вами скорблю об этой невосполнимой утрате.

Я подошла к нему и обняла за шею, хотя Ласэн надеялся на объятия других рук.

– Спасибо за помощь в сегодняшнем сражении. Ваше появление нам очень помогло.

– Я тебе такую историю расскажу – не поверишь. – Ласэн сжал меня в объятиях. – И не удивляйся, если Вэсса утащит тебя в укромный уголок, когда произведет смотр оставшихся кораблей. До темноты у тебя еще есть время подготовиться.

– Она и в самом деле…

– Да. Но твой отец был прирожденным дипломатом… – Ласэн с грустью посмотрел на полосу обожженной земли. – Он сумел договориться с властелином Вэссы, и тот позволил ей отправиться сюда. Ненадолго, конечно, однако это лучше, чем ничего. А что касается твоего вопроса… Да, вечером, когда стемнеет, Вэсса становится королевой, а днем снова превращается в огненную птицу. Вот такое жуткое проклятие, – со вздохом добавил он.