Сага о Рунном Посохе - Майкл Муркок

— Но дело в том, что об этом я не имею ни малейшего понятия. Не вижу никакого логического объяснения. Эти негодяи возникли там словно бы из ниоткуда и с тех пор не двигались с места, если не считать периодических вылазок с целью грабежа. С ними невозможно вести переговоры и договариваться о чем бы то ни было, это все равно что пытаться говорить с ураганом. Ими движет одно лишь отчаяние, яростная ненависть к жизни, к своей собственной и жизни окружающих. И еще раз хочу обратить ваше внимание на их принадлежность к совершенно различным видам живых существ, на их, даже чисто внешнюю, несхожесть… Все они не похожи один на другого, но знаете, мне показалось, что в этой толпе, когда они ринулись на нас, я увидела несколько знакомых лиц. Там были солдаты, которых я считала умершими много лет назад, и готова поклясться, что видела там и Ноблио, друга графа Брасса, который скакал с ними бок о бок. Однако, по слухам, он погиб при штурме Лондры…

— Да, погиб, в этом я уверен, ибо своими глазами видел его труп.

Хоукмун, который до сих пор слушал рассказ Катинки фон Бек лишь со слабым подобием интереса, теперь испытал прилив любопытства. Возможно, она подскажет какой-то путь решения проблемы, которая терзала его днем и ночью, и выяснится, что не настолько уж он безумен…

— Ноблио, вы говорите? И прочие знакомцы, которых вы считали мертвыми? Я вас правильно понял?

— Совершенно верно.

— А были ли женщины в этом войске?

— Да, были.

— И вы узнали кого-то из них?

Хоукмун даже перегнулся через стол, готовясь услышать ответ Катинки фон Бек.

Она нахмурилась, прерывая свои воспоминания, но затем покачала седеющей головой.

— Нет.

— А Иссельда, к примеру, Иссельда Брасс?

— Но ведь она тоже погибла при Лондре?

— Да, так говорят.

— Нет, и к тому же как бы я ее узнала? В последний раз, когда мы виделись, она была еще совсем малышкой.

— Да, конечно, — Хоукмун опустился на стул. — Я и забыл об этом.

— Впрочем, это не означает, что ее там не было, — продолжила воительница. — Их было так много. Разумеется, я не могла разглядеть в лицо всех нападавших.

— Но если уж вы признали Ноблио, может ли статься так, что все остальные тоже там… Все те, кто погибли при Лондре?

— Я утверждаю лишь то, что человек, которого я видела, чем-то напомнил мне Ноблио, я не знаю точно, он ли это был. Но с какой стати ему или кому-либо из ваших друзей оказаться в подобной отвратительной компании?

— Согласен, — Хоукмун в задумчивости сдвинул брови. Взор его прояснился впервые за долгие месяцы, а в движениях появились былая уверенность и сила. — Предположим, что он и все прочие находились под воздействием какого-то заклятия или колдовства. В состоянии, когда их собственная воля подавлена, вынужденные подчиняться повелению врага. Империя Мрака располагала средствами, позволяющими осуществить нечто подобное.

— Экстравагантное предположение, герцог Дориан.

— Именно такой и показалась бы нам история Рунного Посоха, если бы мы на собственном опыте не убедились в ее правдивости.

— Согласна, однако…

— Видите ли, — прервал ее Хоукмун. — Вот уже долгое время меня не покидает ощущение, что Иссельда не погибла при Лондре, несмотря на то что было множество свидетелей ее кончины и похорон. Возможно также, что и все остальные не погибли там. Что все наши друзья лишь пали жертвой какой-то очередной тайной хитрости Империи Мрака. Возможно, их ученым удалось подбросить на поле боя подложные трупы, а самих их перенести в Булгарские горы… И других людей захватили таким же образом. И тогда выходит, что вы вновь сражались против приверженцев Империи Мрака, избежавших вашего возмездия, в распоряжении которых оказалась целая армия рабов.

— Но их же осталось совсем немного, никто из верховных сановников империи не уцелел в битве при Лондре. Так кто же мог составить столь далеко идущие планы? У них не было подобной возможности, герцог Дориан, — Катинка фон Бек недоверчиво поморщилась. — Я считала вас человеком здравомыслящим, таким же воином, как и я сама.

— Я и сам некогда считал себя таким же, но это было до того, как в сознании моем поселилась уверенность… что Иссельда по-прежнему жива, но где-то далеко отсюда.

— Сказать по правде, до меня доходили слухи, что вы несколько не в себе…

— Или, говоря проще, что я безумен. Ну что ж, сударыня, порой я и сам в это верю. Безумие и впрямь охватило меня, но лишь потому, что в самом сердце его лежит истина.

— Охотно верю, — тем же тоном отозвалась Катинка. — Однако вам придется представить мне убедительные доказательства, если желаете, чтобы я поверила в вашу теорию. Но лично я не могу себе вообразить, чтобы мертвецы так запросто возвращались к жизни…

— Однако граф Брасс верит в это, — заметил Хоукмун, — даже если и не признает вслух. По-моему, он отказывается говорить об этом, опасаясь, что заразится от меня безумием.

— Тоже возможно, — согласилась Катинка фон Бек. — Но опять же, откуда мне знать, что граф в душе согласен с вами? И вам меня не переубедить, покуда я не увижу его и не расспрошу обо всем лично.

Хоукмун кивнул и, немного поразмыслив, промолвил:

— Но, предположим, что я отыщу способ одолеть эту армию, что скажете? Если мои теории насчет этой воинственной орды и ее происхождения верны, тогда нам, должно быть, удастся нащупать ее слабые места.

— Тогда я готова буду признать, что ваши теории оправдываются на практике, — отозвалась Катинка фон Бек. — Увы, есть лишь один способ их испытать, и если вы ошибаетесь, то рискуете поплатиться жизнью.

— Я готов пойти на риск. Когда я восстал против Империи Мрака, то быстро понял, что прямое столкновение обречено на неудачу. Однако если отыскать слабые места у вождей империи и суметь сыграть на этом, то победа станет возможной. Этому я научился, служа Рунному Посоху.

— Так вы полагаете, что вам известно, как одолеть эту ненавистную орду?

Похоже, он уже наполовину убедил Катинку фон Бек.

— Разумеется, я пока не знаю доподлинно их слабые места. Однако из всех людей на свете, пожалуй, я лучше всех на это способен.

— Не сомневаюсь, — с улыбкой отозвалась воительница. — И здесь я с вами согласна. Однако боюсь, уже слишком поздно.

— Если бы я мог понаблюдать за ними, отыскать укрытие в самом центре гор, чтобы изучить их вблизи, возможно, я отыскал бы способ их одолеть.

На самом деле Хоукмун рассчитывал узнать и еще кое-что, шпионя за этой ордой, но пока не стал говорить об этом вслух.

— Вы долгое время скрывались там, в горах, и наверняка знаете их лучше, чем кто бы то ни было, если не считать Оладана. Вы поможете мне отыскать такое укрытие?

— Да, разумеется, но ведь я только что спаслась бегством из тех мест, и, как я вам уже сказала, юноша, я высоко ценю свою жизнь. Зачем же мне возвращаться с вами в Булгарские горы, туда, где остались мои враги?