Люди Льда. Книги 1-47 - Маргит Сандему

— Ах, да, теперь я припоминаю, я положил их на какой-то ящик на пароходе, когда чистил пиджак.

— Какая жалость, — растерянно ответила девушка. — Но, может быть, вы снова сможете попасть на этот пароход?

Вилли уставился в пространство перед собой.

— Это не так-то легко сделать, — ответил он. — Видите ли… Пароход только сегодня прибыл в Хальден, я как раз оттуда…

— Значит, Вам снова нужно вернуться туда, — сказала девушка. — Если хотите, я попрошу Калле отвезти Вас. Он шофер грузовика, машина стоит возле кафе на этой улице.

Подумав, Вилли сказал:

— Это было бы очень любезно с вашей стороны. Я ужасно устал. Я недавно переболел гриппом, простудился на пароходе, да и сегодняшняя поездка была не слишком удачной, так что мне снова нездоровится. Буду вам очень благодарен, если поможете мне.

— Конечно, помогу, — ответила девушка. — Вот только надену пальто.

Они нашли шофера Калле, и пока они ждали, чтобы он приготовился к поездке, Вилли попрощался с девушкой.

— Вы были очень добры ко мне, — сказал он. — Мы наверняка больше не увидимся, но мне хотелось бы отблагодарить вас, когда я найду свои бумаги и окончательно выздоровею. Может быть, я позвоню вам?

Девушка покраснела.

— Да-а-а… это можно, — медленно произнесла она. — Вот мой номер телефона. Адрес вы уже знаете. Желаю удачи!

Вилли уселся в кабину грузовика рядом с рослым шофером.

— Значит, ты потерял записную книжку? — спросил Калле густым, хриплым от пива голосом. — Ингрид говорит, что ты моряк…

— Нет, я не моряк. Но я сегодня прибыл сюда на корабле.

— На каком же?

— Он называется «Фанни». Маленький грузовой пароход. Он прибыл из Роттердама.

— Будем надеяться, что никто не забрал твои деньги.

— Вряд ли это так, они хорошо спрятаны. Только вот есть одна проблема…

— Какая же?

Усмехнувшись, Вилли сказал:

— Видишь ли, я был безбилетником…

— Вот черт! Тебе будет не так легко объяснить, что ты делал на борту судна. Собственно говоря, как это произошло?

— Я прибыл с Востока через Африку и осел в Голландии. Кошелек мой был уже почти пустым, но нашелся пароход «Фанни», направляющийся в Норвегию, и я не мог упустить такой шанс. Мне посчастливилось попасть на борт судна, но я так замерз во время плавания, что подхватил грипп. Фактически я думал, что умру. Потом стало лучше. А сегодня вечером снова хуже, все тело ломит.

— У тебя и в самом деле грипп, дружище, ты отвык от норвежских морозов. С ними шутки плохи, теперь будешь без конца чихать и кашлять…

— Да, — ответил Вилли. — Я вспотел, как пес, вся спина мокрая, и во рту такой странный вкус. Мне бы теперь устроиться в отеле и хорошенько выспаться. Вот только бы найти бумаги…

— Ну, раз уж тебе до этого все удавалось, справишься и сейчас. Мы ведь не где-нибудь, а в Норвегии, власти здесь не слишком нахальные.

Они ехали по пустой, продуваемой ветром равнине, глядя на закат, такой огненно-красный и чистый, какие бывают только в январе. Снег, никогда не бывающий обильным в Эстфольде, покрывал равнину до самого горизонта. Дорога петляла обледенелой нитью.

— И как же ты сошел на берег?

Вилли вздрогнул. Его охватило лихорадочное оцепенение, во рту было сухо и, видимо, поднялась температура. Вилли страшился нового приступа болезни.

— Мне повезло, — наконец ответил он. — Пароход задержался в Свинесувде из-за того, что пролив замерз, и я спрыгнул на берег. Никто меня не заметил, и не успел я отойти достаточно далеко от пристани, как повстречал одно семейство, направлявшееся в Сарпсборг. Человек этот оказался таким чудаком…

— Бывает и такое…

— Я в такой спешке сошел на берег, что забыл свою записную книжку и все бумаги. Как это глупо! Непростительно глупо!

Один из снегоочистителей на кабине грузовика сломался и постукивал монотонно во время езды о стекло. Вилли приходилось напрягать слух, чтобы разобрать слова Калле. В ушах у него шумело, в голове стучало, в теле был жар… Он в изнеможении откинулся на сидении.

Агнес подошла к переправе на остров Сау, представлявшей собой настил из дубовых бревен.

И тут она снова увидела Доффена! Только она собралась позвать его, как обнаружила, что он не один. Он играл с другой собакой, пуделем, и они…

Нет, собаки просто скоты! Румянец смущения залил всю шею Агнес, на щеках у нее выступили красные пятна. Рядом стояла молодая женщина, отчаянно кричавшая: «Бранцефлор!» своей собаке, но никто ее не слушал. Собаки были заняты своим делом.

Мимо проходили двое парней. Агнес тут же отвернулась: она не знала никакого Доффена, это была не ее собака!

Парни засмеялись.

— Оба кобели! — сказал один из них.

Другой на это ответил какой-то жутко непристойной репликой, и оба пошли дальше.

«Студенческий юмор», — подумала Агнес с раздражением, по-прежнему делая вид, что не знает Доффена. Другая женщина была тоже смущена и больше не звала свою собаку.

Агнес не знала, что ей делать, она не могла предоставить Доффена самому себе и в то же время она не желала иметь с ним дела, пока он занимался этими… этими… аморальными поступками! И чтобы показать, что она оказалась здесь вовсе не из-за собаки, она решительно направилась к переправе. Нужно же было как-то скоротать время!

На ступенях, ведущих к дубовому настилу, стоял какой-то человек, перевесившись через перила. «Пьяный», — с содроганием подумала Агнес и поспешила пройти мимо, но он крикнул ей:

— Эй, подождите минутку!

Агнес продолжала идти дальше. Она была порядочной женщиной и никогда не отвечала на такое обращение.

— Подождите! Помогите мне! Я вовсе не пьян! Я болен! Будьте добры, помогите мне!

Она замедлила шаг, потом осторожно повернулась.

Он опустился на ступени и сидел на холодном ветру в желтом свете фонарей Одетый отнюдь не по-зимнему, он имел просто жалкий вид. Доброе сердце Агнес дрогнуло.

— Чем я могу помочь вам? Привести врача? Он покачал головой.

— Я потом сам найду врача. Но сначала мне нужно попасть на мой пароход, взять там кое-что, пока судно не отчалило. Не будете ли вы так добры помочь мне спуститься к переправе? Здесь такой ветер, он просто сбивает меня с ног.

— Господи, — озабоченно произнесла Агнес. — Да разве можно в таком состоянии, выходить из дома?

— Мне нужно только добраться до судна, я не задержусь там, сразу же вернусь. Поддержите меня, пожалуйста, под руку!

Проходящая мимо молодая женщина остановилась. Глядя, как Агнес пытается помочь ему спуститься по лестнице на деревянный настил, она застенчиво произнесла.

— Подождите, давайте я помогу!

Ее заурядную внешность портили робкие, как бы извиняющиеся