Броманс - Наталья Колесова

— Командуй.

Чувствуя себя в родном городе, как шпионка, скрывающаяся от идущих по следу агентов ЦРУ, Сэмми-штурман направила его подальше от дома, школы и популярных торговых центров. Кафешка небольшая, знают о ней только местные, да бродяги вроде нее самой.

Приземлилась на нагретое солнцем красное сиденье, подвигалась туда-сюда, подгадывая, чтобы лицо оставалось в тени. Спросивший об ее любимом мороженом Джейк уже нес к столику цветные шарики в металлических креманках и колу в пластиковых стаканах с трубочками. Ни с того ни с сего представилось, что этот взрослый парень — ее парень. Что им не впервой кататься на его машине и зависать в таких вот кафешках. Странно, но ни смешной, ни противной эта внезапная фантазия не казалась.

— Ты что-то покраснела, — мимоходом заметил севший напротив Джейк. — Тоже жарко?

И одернул занавеску с ее стороны. Заботливый!

— Сейчас охладимся, — пробормотала уткнувшаяся в свою креманку Сэмми.

Некоторое время они просто ели, поглядывая то друг на друга, то в окно. За пыльным стеклом ничего не происходило, даже прохожих — раз-два и обчелся. Никакой темы для разговора. Сэмми поймала себя на том, что глотает мороженое, не чувствуя вкуса — повторяется ситуация с младшим Лоу — и внезапно озлилась. Кто дал этим двоим право то и дело выбивать ее из колеи!

Она вскинула глаза, открыла рот, еще не зная, что скажет, но уж точно что-то неприятное…

— Ты как? — внезапно спросил Джейк. — С тобой все в порядке?

В каком порядке! Она немало чудила в прошлом и наверняка многое натворит в будущем, но никогда пока не притворялась двумя разными людьми — да ещё без особой на то причины. Не назовешь же причиной желание сохранить дружеские отношения с парнем, которого знаешь неделю и которому на тебя по большому-то счету глубоко плевать!

Но конечно, Джейк спрашивал не об этом. Сидел, подавшись к ней, серьезно вглядываясь очень темными (у Хиро они светлее) глазами. Сэмми сообразила, о чем он и, сдувшись, ответила:

— Да, конечно, нормально!

Даже отмахнулась: мол, какие вообще могут быть проблемы! Она же просто ежедневно находит в туалетах мертвых окровавленных школьниц!

— Но все же, — настаивал Джейк. — С тобой беседовали полицейские или школьные психологи? Прописали какие-нибудь успокоительные? Спишь нормально? Не боишься?

Сэмми таращилась на него во все глаза. Какие психологи?! Какие успокоительные? Какие беседы? Дома тетка накапала себе и ей какие-то вонючие капли, да еще в школу разрешила не ходить — высшее проявление доброты и участия! А Хиро…

— А вот ваш брат об этом не спрашивал!

И без того азиатские глаза парня сузились ещё больше.

— Значит, Хиро подходил к тебе с расспросами?

Наконец-то удалось задеть Добермана за живое: не ей одной психовать! Сэмми облизнула ложку. А вкусное, кстати, мороженое.

— Точнее сказать пристал с ножом к горлу! — и сама передернулась от сравнения.

— Что именно он спрашивал?

Ее ложечка описала в воздухе неопределенную фигуру.

— Да всё! А особенно — что вы тогда делали! — Сунув ложку в рот, Сэмми уставилась на старшего Лоу с любопытством. Раз у братьев вполне нормальные отношения (если судить по рассказу Хиро), чего тогда каждый расспрашивает про каждого? Этот, получив ответ, не рванул от нее наподобие мелкого, но помрачнел и бросил на стол ложку. А ведь только что уписывал мороженое от души!

Только и сказал:

— Вот как.

Сложив на груди руки — а плечи-то широкие и мышцы имеются! — задумался, уставившись на недоеденное мороженое. Зато Сэмми ела-пила теперь совершенно спокойно и с удовольствием: Доберман наверняка опять хотел расспросить о своем братце, а не подкормить девчонку-панду. Поперхнулась, услышав неожиданное:

— Ты сегодня как-то по-другому выглядишь! — Джейк обрисовал свое лицо взмахом руки. — Лучше, когда макияжа меньше.

Сэмми хмыкнула:

— А, то есть я меньше похожа на панду?

Парень нисколько не смутился, улыбнулся весело.

— Ну да. Кстати, это не я так тебя назвал, все претензии к твоему однокласснику! Хочешь чего-нибудь еще? Нет? Тогда пойдем.

Сэмми думала, распрощаются на крыльце, но Лоу кивнул на машину.

— Садись.

— Зачем? — Опять, что ли, собирается довезти до дому?

— Можешь показать мне город?

— Покажи мне школу, покажи мне город, — передразнила Сэмми, снова ныряя в «баклажан». Вот и кто скажет, что эти двое не братья? — Вы уже мне доплачивать должны, как гиду!

— Покормлю как-нибудь еще, — легко согласился Джейк.

— Что у нас глядеть-то?

Ворчала Сэмми больше по обязанности. На самом деле ей нравилось сидеть в просторной, дорогой, бесшумно едущей машине. Да еще и рядом со взрослым, внимательным — к ней! — парнем.

— Ну… покажи, например, где можно вкусно поесть. Должен же я знать, куда тебя вести в следующий раз.

Типа это когда-нибудь случится! Но Сэмми все же показала ему любимые кафешки: окна машины тонированы, вряд ли сумеют разглядеть, кто катается в «баклажане» Лоу. Как будто она человек-невидимка. Джейк кивал, спрашивал про здания, мимо которых проезжали; где лучше закупаться продуктами; куда обычно ходят на пикники; как проводят время школьники; где она сама любит бывать и что делать. Под конец поездки Сэмми сообразила, что провела с ним столько же времени, сколько обычно проводит с Мар, и даже ни разу серьезно не психанула. Да и он, вроде бы, не скучал: сказывается опыт тесного общения с братом-школьником.

— Куда тебя забросить? — спросил Джейк, когда стемнело. — Ты же, вроде, не хотела со мной светиться?

Навык «вижу подростка насквозь» у него отлично прокачан, бедный Принц! Сэмми огляделась. До дома уже недалеко.

— Да прямо здесь и высадите.

— Можешь на «ты», — в который раз предложил Джейк. Похоже, его это задевало. Поэтому вылезая из машины, Сэмми сказала с ухмылкой:

— Попробую… мистер!

Захлопнувшаяся дверь заглушила его смех и «ах, ты ж!». Сэмми помахала рукой затемненным окнам, не зная, машут ли ей в ответ. Постояла, неизвестно чему улыбаясь в сумерках — вторая половина дня получилась странной, но не скучной. С улыбкой же замедленно повернулась…

И встретилась взглядом со стоящей на тротуаре Кэти Джонс.

Старостой своего класса.

* * *

В каждом классе (не говоря уж о школе) имеется свой хулиган, неуправляемый и наглый, на которого учителя давно махнули рукой. А ещё свой нелепый «ботаник», над которым все смеются.

И своя заучка.

Вот она. Во всей красе. Все еще в школьной форме — наверняка возвращается со своих бесчисленных факультативов или с заседания старост. Черные прямые волосы забраны в два аккуратных хвоста; идеальные складки на юбке не то, что не задираются — их даже ветер опасается потрогать; носочки белые; синие кеды хирургически чистые. И перегруженная сумка с учебниками и тетрадями в руках. Строгие черные брови нахмурены, темные, чуть раскосые глаза смотрят с напряженным вниманием.