Дневник подруги чародея - Олечка Миронова

За завтраком, сегодня собралась вся семья, шло бурное обсуждение вечера, мать как всегда спорила с отцом по поводу количества приглашенных, ей казалось, что их слишком мало, и ее сын достоин гораздо большего, отец же убеждал ее, что это не круглая дата, чтобы собирать все графство. А сам Джозеф, вообще не проявлял никакого интереса к предстоящему празднеству, толи он был еще слишком мал и не понимал важности, толи наоборот, мыслил куда более трезво, в отличии от иных взрослых. Но так или иначе, последнее слово, как всегда осталось за Элеонорой Марамолли, а посему сегодня предстоял грандиозный праздник.

Энджин сидела во время завтрака тихо, и не проронив ни слова, и только когда трапеза была закончена, наконец-то решилась спросить:

— Маменька, позвольте мне сегодня отправится в торговые лавки Бурдоро, и купить Джозефу подарок.

Мать смерила дочь холодным надменным взглядом, подсчитав в уме, что сегодня от той никакой пользы не будет, а виконт прибудет только к вечеру, решила отпустить ее.

— Хорошо, зайдешь ко мне, я выделю тебе необходимую сумму. — а затем уже обратилась к мисс Франциске. — Под ваш тотальный контроль.

— Разумеется, госпожа графиня. — незамедлительно подтвердила гувернантка.

После того как Энджин была переодета в прогулочное платье, деньги отсчитаны, карета запряжена, а мисс Франциск дала обещание ни на шаг от себя не отпускать юную графиню, они наконец-то покинули главные ворота замка Марамолли. Хоть Энджин и редко покидала территорию замка, а уж владения отца и того подавно, она прекрасна знала, что, если нужно что-то купить, нужно отправляться на главную площадь графства Бурдоро, там находились всевозможные торговые лавки. А если сильно повезет, то можно даже застать купцов из соседних королевств, которые привозили диковинные для этих мест вещички. Впрочем, именно на такого купца девушка и рассчитывала, желая сделать брату особенный подарок.

Экипаж как всегда двигался неспешно, здесь было не принято гнать лошадей, все жили спокойно и размеренно, разве что за исключением гонцов и глашатаев. Энджин любовалась на красоты окружающих ее земель, маленькими, но очень красивыми, аккуратными деревенскими домиками, расписными лавками. Девушке очень редко удавалась бывать здесь, сначала, она была ребенком, и ее не брали на приемы и балы, а потом, она очень быстро поняла, что ей не интересна светская жизнь. Салоны ее угнетали, все эти сплетницы, чьих мозгов хватало лишь на обсуждение последней моды, или позора какого-нибудь знатного человека. И совсем другое дело, вот так, просто ехать в карете по графству, и смотреть в окно на искренние лица попадающихся людей, вдыхать аромат свежевыпеченных булочек, что шел от пекарни, или смотреть, как прямо на улице, прядильщицы пряли кружевные скатерти и платки. Это была настоящая жизнь, такая простая и понятная, где не было места лжи и заговорам, она даже завидовала им, этим простым людям.

Карета свернула за угол, какого-то большого дома, не известного девушке, и выехала на площадь, где и остановилась. Здесь было настоящие буйство красок, торговые лавки привлекали покупателей всевозможными яркими росписями, зазывала орали, что было сил. Энджин бывала тут лишь дважды, первый раз, когда они с папой так же приезжали сюда за подарком маме на именины, помнится, та выкинула его сразу же, назвав глупым и дешевым. А второй раз, они заезжали сюда по пути, на ее первый прием, так как по традиции она должна была преподнести всем дамам подарки, в качестве благодарности, за то, что ей позволили войти в свет, и с того дня она считалась взрослой.

Как и в прошлые разы, главная торговая площадь королевства Энерей, которая по ряду причин находилась в графстве Бурдоро, была крайне людной, и, наверное, это было единственным местом, где можно было встретить сразу все сословия, и при этом никто не вел себя высокомерно, в этом месте стирались все различия, сюда просто приходили, чтобы купить нужную вещь.

Энджин шла, держа под руку мисс Франциск, которая все причитала, что в такой суматохе, она теряется. Но девушка шла вперед, пробираясь к лавкам, и рассматривая их содержимое, ей нужно нечто особенное.

Пройдя немного в глубь, она ощутила холодное прикосновение к своей руке, и резко обернувшись увидела Дармена. Девушку пробил озноб, что будет, если это заметит мисс Франциск, которая к счастью разглядывала сейчас фарфоровые тарелочки.

— Ты с ума сошел? — прошипела Энджин, кивком головы указывая на отвернувшуюся гувернантку.

— Оус. — произнес Дармен, а затем не отпуская девушку, второй рукой провел над головой мисс Франциски, применив заклятие.

Энджин наблюдала за этим молча, а после того, как чародей просто вложил ее ладонь в свою, и потянул куда-то не выдержала:

— Куда? Что ты делаешь?

— Идем, прогуляемся. У нас немного времени, прежде, чем твоя «надсмотрщица» очнется. — сказал чародей.

— Мы что так и оставим ее тут вот в таком виде? — девушка понимала, что, если женщина будет долго стоять неподвижно с тарелочкой в руках, ее заметят другие покупатели и возникнут вопросы.

— Да, не переживай, сейчас ее кроме нас никто не замечает, это особенность заклинания. Но такое волшебство не может держатся долго, так что, пошли. — и мужчина вновь потянул ее за собой, и на этот раз девушка решила не сопротивляться. Они быстро миновали площадь, и вышли в деревенские улочки, где и пошли по тропинке в сторону леса.

— Куда мы идем? — спросила девушка.

— Ты не была здесь раньше? — спросил чародей, и девушка отрицательно замотала головой, что, впрочем, было не принято в обществе, но с ним можно было не придерживаться правил этикета. — Тогда увидишь.

— Как ты узнал, что я буду сегодня на площади? — вновь задала вопрос девушка.

— А я и не знал, просто прогуливался в поисках… А неважно. — чародей решил не говорить, что он просто воровал еду.

— Ясно. — тихо ответила девушка, продолжая послушно следовать за волшебником, который уводил ее все дальше в лес.

— Эй, мир не крутится вокруг тебя. — сказал чародей, увидев немного разочарованный взгляд девушки, тем самым заставив ее покраснеть.

Когда они прошли в глубь, им открылся прекрасный вид на давно заброшенный, разрушенный замок. Сколько раз Энджин слышала об этом месте, но никогда не была тут, и даже не представляла насколько замок был разрушен. Здесь были лишь поросшие руины.

— Первый замок Энерей. — подтвердил мысли девушки чародей.

— Красиво. — сказала Энджин, заворожённая разрушенной мощью, а в голове пробежало «ничто не вечно».

— Идем, оттуда вид еще лучше. — и чародей потащил ее на упавшую стену главного зала, где так любил сидеть, облокотившись на проросшие сквозь трещины и окна деревья.

Они поднялись по камням, и девушка, разинув рот наблюдала за всем вокруг, за камнями, за стенами, за лесом, за белочкой, что прибежала к севшему на камни чародею. Он откинулся спиной на ствол векового дуба, а Энджин продолжала стоять, не веря своим глазам. Она стояла там, где когда-то ходили древние короли. Собравшись с мыслями, она вспомнила, про вчерашнюю просьбу чародея, и начала говорить: