Маги Гипербореи - Элеонора Девильпуа

Карапуз стегнул себя хвостом по боку, взбрыкнул, фыркнул – в общем, всем своим видом показывал, что рвется в бой. Нелепое хвастовство своей силой перед лицом великолепных скакунов, с которыми он собирался соревноваться. Арка, никогда не видавшая его в таком состоянии, пожалела, что не успела подстричь коню гриву. Грива Карапуза свисала почти до земли спутанными патлами, в то время как другие лошади были коротко острижены, так что гребень волос подчеркивал мускулы на их шеях.

Сжав поводья в одной руке, Арка поправила свой красный нагрудник, который был ей слишком велик. Ее костяшки побелели, так сильно она сжимала выданный ей деревянный хлыст – единственное оружие, которое разрешалось носить всадникам. Перед ней уходила вдаль песчаная дорожка, пустая и светлая: с одной ее стороны сгрудилась толпа зрителей, а с другой – нависали крепостные валы, на которых восседали василевс и маги. Трибуны разразились аплодисментами, когда глашатай объявил лошадь седьмого уровня, Орихалка, одного из фаворитов скачек.

Арка постаралась отрешиться от взрывов смеха, нервировавших ее коня, и сосредоточиться на словах Лофадя. Тренер велел ей придержать Карапуза в хвосте группы до самого последнего круга. Избегать ударов. Не садиться на хвост Адаманту, который, несомненно, вырвется вперед в первые секунды гонки. Карапуз, конечно, быстрый, но не такой закаленный, как его соперники, и гораздо хуже подготовлен.

Последние три дня Лофадь ревностно хранил в тайне существование Арки. Он делал вид, что занимается Трофеем, а на самом деле тренировал Арку и Карапуза; делать это приходилось в сумерках, когда беговая дорожка пустела. Тренер постоянно твердил, чтобы девочка никому не рассказывала о происхождении ее коня, а не то их дисквалифицируют. Будучи крайне суеверным, он даже старался не произносить имя коня, предпочитая называть его «Секретным оружием». Таким образом, до самого начала скачек никто не подозревал об участии Арки; распорядитель даже сначала отказался пустить ее на разминку, убежденный, что его разыгрывают.

Два маленьких мальчика развернули шелковую ленту перед лошадьми на уровне их корпусов, разошлись в разные стороны и привязали концы ленточки к двум столбам, стоявшим по обе стороны от беговой дорожки.

– Твой пони мог бы легко пройти под этой лентой, – со смехом проговорил рыжий парень слева от Арки. Звали его Ритас, он ездил на Токсарисе. – И с каких это пор девчонкам позволено соревноваться?

Арка пожала плечами.

– Не вижу для этого никаких препятствий, – ответила она и натянула поводья, сдерживая Карапуза, тот ожесточенно рыл копытами землю.

Девочка взглянула на Лофадя: тренер стоял у края дорожки и смотрел на нее, сжав кулаки. Они кивнули друг другу. На вершине крепостного вала василевс поднялся с трона. Зрители затаили дыхание. Арка выпрямилась, удерживая Карапуза, который, казалось, был готов вырвать поводья из ее рук. Ей вдруг ужасно захотелось в уборную.

Василевс поднял руку и резко ее опустил.

В следующую секунду двадцать восемь копыт загрохотали по беговой дорожке и затоптали сорванную шелковую ленту. Карапуз рванулся было вперед, чтобы стать лидером гонки, но Арка, следуя совету Лофадя, изо всех сил натянула поводья и заставила коня пристроиться за Бунтарем. Впереди участники гонки уже вовсю делили места, хлеща своих лошадей и соперников, чтобы выйти вперед. Всадник, обгонявший Арку, попытался ударить ее, проезжая мимо. Девочка прижалась к шее Карапуза и увернулась от удара хлыстом. Воспользовавшись тем, что Арка, пригибаясь, ослабила поводья, ее пони немедленно обогнал Токсариса, зайдя со стороны ограждения… Но Ритас краем глаза заметил это и послал свою кобылу вправо, толкая Карапуза к ограждению, за которым сгрудилась толпа зрителей. Колено Арки ударилось о столб, она вскрикнула от боли.