Награда для Регьярда - Оксана Глинина

‒ Владетель спас людей от смерти, ‒ продолжала молвить старуха, ‒ совершив доброе дело, он взял себе в награду девушку.

С виду спокойная, ‒ отметил про себя Унбар, а в глазах плещется некое неведомое торжество. Чему тут радоваться? Хельдог в бешенстве, а Илвар уже просто ошалел от постоянных неудач.

След сугуров затерялся у границ. Из-за этого местный, наспех собранный, поисковой отряд пошел по ложному пути ‒ время было неумолимо упущено. Пленных к этому времени уже давно загнали на чужую территорию. И тут пришли новости, что захваченные люди вернулись со стороны перевала с земель Гримхайла.

Чего стоило Унбару удержать брата от нападения на горцев. А Илвар, как с цепи сорвался! Особенно, когда среди беженцев не нашлась Вилия ‒ никто из людей не мог внятно объяснить, что с ней стало, многие вообще не понимали, о ком идет речь. Старший брат тут же стал собирать войско для нападения на приграничные территории Гримхайла. И напал бы, не подвернись им на глаза эта девчонка. Юноша вспомнил, что она родственница правителя и его дочери.

‒ Это еще, что за дурь такая? ‒ обернулся к старухе Илвар.

‒ Закон гор! ‒ довольно произнесла женщина. ‒ Ему сотни лет. Не знать о нем, невежливо.

‒ Не указывай мне, что вежливо, а что нет! ‒ раздраженно бросил молодой воин. ‒ Твой закон позволил отнять у меня невесту! Девушка была обещана мне в жены, а тот, кто ее забрал, посягнул на ее честь, а значит должен за это понести наказание.

‒ Владетель Гримхайла знает условия, и с радостью примет твой вызов.

Ну надо же! Серая и невзрачная девчонка приглянулась не абы кому, а владетелю гор! Удивлению Илвара не было предела. Но помимо удивления была еще и злость ‒ как так могло получиться, что абсолютно безликая и дрожащая Вилия умудрилась обратить на себя внимание такого человека, как Регьярд?

Значит все было подстроено! Сомнений теперь не было. Правитель Гримхайла нарочно забрал себе девчонку, чтобы выторговать у Хельдога условия по территориальному соглашению. Тогда, когда Регьярд пришел ко власти, между Смежными и горными землями шла война. Молодой владетель предложил заключить мир, на определенных условиях, в ходе которых Гримхайл терял свои земли на северо-западе, но после этого войско Хельдога не имело права ступать на территории гор. Теперь, когда прошло время, Регьярд решил вернуть земли обратно, прибрав к рукам дочь старого маразматика.

«Негодяй! Как есть! ‒ негодовал Илвар. ‒ Действует слишком грязными методами, думая, что все сойдет с рук».

‒ Почему бы и нет! ‒ воскликнул молодой воин. ‒ Если гримхайлский ублюдок так желает получит по роже, он получит!

‒ Не спеши! ‒ произнесла, не весть, откуда появившаяся Ульга.

‒ Какого черта ты здесь?! ‒ Илвар был не просто удивлен, он был ошарашен. ‒ Когда ты успела приехать?

‒ Мой дражайший супруг не очень доволен тем, как ведутся поиски его любимейшей из дочерей! ‒ самодовольно заявила прекрасная жена правителя Хельдога.

Еще одна змея на голову, на этот раз венценосная. И яд её опасен смертельно. Образ к сравнению пришел в мысли Илвару сам собой.

‒ Поэтому прислал тебя возглавить поисковый отряд? ‒ брови мужчины скептически выгнулись.

‒ Нет! ‒ Ульга приблизилась к кузену и посмотрела ему в глаза. ‒ Я явилась, как истинная хозяйка позаботиться о беженцах, обеспечить им лечение, еду и кров.

Унбар про себя только хмыкнул. Ага, так уж и позаботиться о беженцах! Кроме собственной бесценной натуры Ульгу больше ничего не интересовало. Разве, что…

‒ А как же наследник, уважаемая кузина? ‒ склонился юноша перед кузиной, которая как-никак находилась по статусу выше своих двоюродных братьев. ‒ Неужели вы согласились оставить любимого сына на кого-то чужого?

‒ Не дерзи, Унбар! ‒ обратила к нему взор своих льдисто-синих глаз прекрасная Ульга. ‒ Хельдог в бешенстве. И если вы не вернете девчонку, то останетесь без своих бестолковых голов!

‒ Ты слышала, что сказала старуха?

‒ Слышала, но не все! Уважаемая, ‒ обратилась красавица к обескураженной Силен, ‒ ты же устала с дороги и желаешь отдохнуть, не так ли?

Владетельница извлекла из складок платья кружевной платок и промокнула уголки глаз на бледном лице Силен.

Удивленная девушка посмотрела на Ниель, та согласно кивнула.

‒ Спасибо госпожа! ‒ поклонилась Силен. ‒ О нас хорошо позаботились горцы. Спасли нас из лап…

Губа предательски дрогнула, но кузина Вилии сдержалась от очередного потока слез ‒ не гоже при жене правителя слезами заливаться. Матушка не одобрила бы.

‒ Бандитов! ‒ увереннее продолжила девушка. ‒ И проводили до самой границы.

‒ Но ты и твоя спутница, ‒ Ульга повернулась к Ниель, ‒ не откажете же мне в желании узнать подробнее, что же случилось с Вилией?

‒ Никакой тайны в том нет! ‒ встряла в беседу старуха, от чего молодая жена Хельдога только поморщилась. ‒ Но, если госпожа желает, мы все поведаем, как есть.

‒ Вот и прекрасно! ‒ удовлетворенно улыбнулась Ульга.

Через час Ульга предстала перед Илваром с весьма недовольным видом. Нетерпение читалось в её прямой спине и почтенно скрещенных на набедренном пояске ладонях.

‒ Тебе придется за ней поехать! И забрать.

Последние слова она произнесла с нажимом.

‒ Не думаю, что от чьих-то поспешных решений и выводов хоть кто-то выиграет, ‒ с неожиданно показным безразличием пожал плечами Илвар, ‒ пока ты любезничала с этими милыми дамами, я тут тоже времени даром не терял, и кое что узнал об обычаях горцев. В частности, о награде.

Он отпил из серебряного кубка подогретого вина и, откинувшись на широкий ствол вяза, выжидательно посмотрел на Ульгу, которая явно начинала злится.

‒ Езжай и забери девчонку обратно!

‒ Э-э-э, подожди… ‒ мужчина нарочно растягивал слова, словно поддавшись хмельным парам и насмехаясь над собеседницей. ‒ Я еще кое что узнал и о самом Регьярде, и как-то, сама понимаешь, желание ехать за своей невестой у меня отпало.

‒ Хельдог с тебя шкуру спустит!

‒ Да? Довольно странно для отца аж тринадцати дочерей печься о жизни девчонки, которую видел раз или два в год, да и то на празднествах Рождения Светила. Помнит ли он, как она выглядит? Учитывая еще и тот факт, что на всех своих дочек Хельдогу всегда было глубоко плевать!

Ульга молчала, скрестив на груди руки, глядела мрачно на кузена и тихо злилась. Этот поганец умудрился что-то разнюхать, от того и бычится. Упрямец!