Не хочу как Золушка - Евгения Решетова

– Может, тебе помочь? – подал голос Пип.

Я отмахнулась от него. Нет, задание я бы ему нашла, но смысла не видела.

Закрывала жаркое крышкой, но всё же решила найти и добавить туда ещё что-нибудь, а то получается банальная картошка с мясом, так не интересно. О, там остался в кастрюле бульон, его использую, чтобы получилось пожиже. Вообще, попав сюда, я стала очень безответственно относиться к правильности рецептов, давно за собой такого не наблюдала! Отлила из кастрюли полстакана бульона и вылила в сковородку, пусть кипит. Взяла ещё одну сковороду, поставила на огонь и потянула лапы к баклажанам. Сейчас я сделаю рулетики. Вкусно и быстро.

Пока я всем этим занималась, за мной внимательно наблюдал Пип. Это немного смущало, и я решила больше не молчать.

– Расскажи о себе? – встав в пол-оборота подмигнула ему.

– Да что рассказывать? – он постучал по столу. – Служу.

– Ну, ты служишь. И как тебе?

Пип засмеялся.

– Опасно, но интересно.

Говорил он с явной неохотой, я практически насильно вытягивала из него слова.

– А твоя семья что?

– Моя семья? – он тяжело вздохнул. – Моя семья была против службы. Знаешь, так уж повелось, что у нас не принято заниматься полезными делами. Моего отца можно назвать купцом, торгует всем, чем может. Он бы и своими детьми торговал, если бы это приносило пользу, – горько произнёс Пип. – Вот и сбежал я, только недалеко, хотя мечтал уйти на край света. Но все мои мечты разбились, я оказался здесь.

– Разве воевать – это так уж хорошо? – нахмурилась я, переворачивая баклажанные язычки.

– Я не воевал, я защищал родной дом, – поправил меня Пип. – Делал то, что должен.

Да, тему лучше закрыть у, ему совсем не нравится то, о чем я спрашиваю. И ладно, главное, чтобы он меня не начал пытать, потому что тогда мне придется врать так, что мама не горюй.

– Вот, ты повар, – Пип облокотился на стол. – Твоя семья была не против, что ты занимаешься мужским делом?

– Но почему мужским-то? – засмеялась я. – Там, где я жила, им вполне занимались женщины. И, надо сказать, очень успешно.

– Они сами разделывали мясо? У них хватало на это сил?

Я задумалась. Наверное, хватало. Мясо мне всегда привозили уже готовое, так что я никогда не зацикливала н атакой мелочи свое внимание.

– Ну что, готов оценить свой поздний ужин? – улыбнулась ему.

На самом деле я не очень волновалась, понравиться ему или нет. Я так устала и так хотела есть, что, наверное, сейчас съела бы любую вещь, даже подошву от башмака. Это как в студенческие годы – если горячая, значит съедобная.

Я поставила перед Пипом тарелку, повернулась взять свою, а когда села рядом с ним, чуть не уронила вилку.

– Ты что уже всё съел?

– Я же говорил, что я голоден, – доедая последний кусок, ответил он мне.

Так, на будущее, не поворачиваться к нему спиной! С такой скоростью неизвестно на что он способен.

– Ага, – протянула я. – Но тебе хоть понравилось?

Он встал, взял тарелку, отнес ее к мойке и одним быстрым движением сполоснул, убрал в шкаф и только после этого ответил мне:

– Понравилось? Ну, на первый раз сойдет. Конечно, мясо получилась жестковатым, вот эти странные овощи в соусе – не скажу, что я в восторге, – причмокивая, заявил он. – Странные закуски, конечно, были ничего так, хрустели, и начинка необычная, но должен сказать, тебе нужно побольше практиковаться. Придумай что-нибудь на завтра, там посмотрим.

Мне захотелось в него чем-нибудь кинуть, а под рукой ничего не оказалось, потому что на моей тарелке ещё было что-то съедобное, а свою он уже унес. Вот же продуман!

– Пип, иди отсюда, не нервируй меня, – прошипела я, вгрызаясь в кусочек мяса.

Кажется, он понял, что дальнейшие шуточки приведут к плохим результатам. Приложил руку к сердцу, шутливо поклонился и сбежал.

Ну, вот почему все мужчины в моей жизни такие ненормальные? Неужели со мной что-то не так или я просто привлекаю индивидов с ярко выраженной кукушностью?