Знак Хаоса - Роджер Желязны

— А как насчет его отца?

— В общем, я не могу сказать, — ответил я.

— Вы когда-нибудь встречались с ним?

— Только мимоходом.

Если она имела хоть малейшее представление о правде, тоиз-за лжи вопрос этот мог показаться действительно важным. Поэтому я сделалединственное, что смог продумать. За столиком за ее спиной никто не сидел, асзади столика ничего не было, кроме стены. Я потратил одно из своих заклинаний,сделав незаметный жест и прошептав единственное слово.

Столик перевернулся, полетел и врезался в стену. Несколькодругих клиентов громко вскрикнули, а я вскочил на ноги.

— Все целы? — спросил я, оглядываясь, словно в поискахпострадавших.

— Что случилось? — спросила она меня.

— Сильный порыв ветра или еще что-нибудь, — отозвался я. —Возможно, нам следует отправиться дальше.

— Ладно, — согласилась она, разглядывая обломки. — Мненеприятности не нужны.

Я бросил на столик несколько монет, поднялся и снованаправился на улицу, на ходу придумывая темы и болтая без умолку, чтобы какможно дальше уйти от скользкой темы. Мое красноречие произвело желаемый эффект,так как она больше не пыталась поднять этот вопрос.

Продолжая прогулку, я избрал путь к Западной Лозе. Когдадобрались до нее, я решил спуститься в порт, вспомнив про ее любовь к катаниюна яхте. Но она остановила меня, коснувшись ладонью моей руки.

— Разве на вершину Колвира не ведет большая лестница? —спросила она. — По-моему, ваш отец попытался однажды втихомолку поднять по нейвойска, попался на этом и вынужден был подниматься с боем.

— Да, это правда, — кивнул я. — Старое сооружение. Онарасположена выше. Нынче ею мало пользуются. Но она все еще в приличномсостоянии.

— Я хотела бы ее увидеть.

— Хорошо.

Я свернул направо и мы пошли обратно, вверх по склону, кГлавной Площади.

Нам навстречу попалась пара рыцарей с цветами гербаЛьювиллы. Они отдали честь. И я не мог не подумать о том, имеют ли они какое-тоопределенное поручение или выполняют приказ следить за моими передвижениями.Такая же мысль, должно быть, пришла в голову и Корал, потому что она посмотрелана меня, вскинув брови. Я пожал плечами и продолжал идти. Когда чуть позже яоглянулся, от рыцарей не осталось и следа.

По пути нам встретилось немало людей в одежде разных кланов,и воздух наполнили ароматы блюд, приготовленных под открытым небом и способныхудовлетворить самые разнообразные вкусы. Поднимаясь, мы не раз останавливались,чтобы купить пирожки с мясом, йогурт или конфеты. Игнорировать такое аппетитноелакомство могли только самые сытые.

Я заметил, как пластично она двигалась, одолеваяпрепятствия. Это была не просто грациозность. Это являлось состоянием бытия —длительная тренировка. И несколько раз я заметил, как она оглядывается внаправлении, откуда мы пришли.

Я и сам смотрел, но не увидел ничего необычного, на чтостоило поглядеть. Однажды, когда при нашем приближении вышел какой-то мужчина,я увидел, как рука метнулась к кинжалу, а потом опять опустилась.

— Здесь так оживленно, столько всего происходит…прокомментировала она через некоторое время.

— Верно. Я думаю, что в Бегме меньше суеты?

— Намного.

— Там безопаснее прогуливаться, где вздумается?

— О, да.

— И женщины там проходят такое же обучение военному делу,как и мужчины?

— Обычно нет. А что?

— Просто любопытно.

— Но я немного обучалась драться, как с оружием, так и безнего.

— Зачем?

— Отец предложил. Сказал, что это может пригодитьсяродственнику человека с его положением. Я подумала, что он, возможно, прав.По-моему, на самом деле, он хотел бы иметь сына.

— Ваша сестра тоже обучалась этому?

— Нет, ее это не интересовало.

— Вы собираетесь делать карьеру в дипломатии?

— Вы говорите не с той сестрой.

— Найти богатого мужа?

— Вероятно, толстого и скучного.

— Что же тогда?

— Может быть я скажу вам позже.

— Ладно. Я спрошу вас, если вы не скажете.

Мы шли на юг по Главной Площади, и когда приблизились кКонцу Страны, ветры усилились. Вдали в поле зрения появился свинцово-серый, сбелыми барашками волн океан. Над волнами кружило много птиц и один очень гибкийдракон.

Затем мы прошли под Большой Аркой и, выйдя наконец клестничной площадке, посмотрели вниз. Зрелище было захватывающее — с обоихсторон от короткой широкой лестницы — крутой обрыв к коричнево-черному берегудалеко внизу. Я увидел отпечатки волн на песке, оставленные отливом, похожие наморщины на лбу старика. Ветры здесь дули сильные, и когда мы приблизились,усилился влажный соленый запах, придававший ветру другое качество густоты.Корал на миг отпрянула, а потом снова приблизилась.

— Выглядит несколько пугающе, чем я думала, — помолчав,сказала она. — Вероятно, страшно, когда идешь по ней?

— Не знаю, — ответил я.

— Разве вы никогда не поднимались и не спускались по ней?

— Нет, — коротко бросил я. — Никогда не было причинпроделать такое.

— Я могла подумать, что вы захотите это сделать, так какздесь ступала нога вашего отца.

Я пожал плечами.

— Я сентиментален по иным поводам.

Она улыбнулась.

— Давайте спустимся на берег. Пожалуйста!

— Разумеется, — согласился я, мы шагнули вперед и сталиспускаться.

Широкая лестница привела нас вниз футов на тридцать, затемвнезапно сузилась. По крайней мере, ступеньки здесь не были мокрыми искользкими. Где-то далеко внизу я разглядел место, где лестница вновьрасширялась, что давало возможность пройти двум людям рядом. Пока, однако, мыспускались гуськом и я испытывал раздражение от того, что Корал каким-тообразом очутилась впереди меня.

— Если вы нагнетесь, я перепрыгну вперед, — предложил я ей.

— Зачем? — спросила она.

— Чтобы быть впереди в случае, если вы оступитесь.

— Ничего, — сказала она. — Я не оступлюсь.

Я решил, что спорить не стоит, и позволил ей идти первой.