Игра Теней - Николай Трой

Недоумевая, двинулся дальше. Все вокруг в странном запустении. И дело не только во времени, не только в толстом слое пыли и грязи. Я часто замечал треснутые и обрушенные внутрь гробов каменные крышки, поваленные статуи, обвалившиеся колонны. В стенах огромные дыры, через которые видны соседние помещения: такие же склепы, именные усыпальницы, небольшие зиккураты.

Да тут словно армия мародеров прошла или экспедиция черных археологов, что в принципе одно и то же!

Притормозив около здоровенного каменного гроба, не удержался, заглянул в широкую трещину на его боку. В свете факела заметил опустошение: пыль, обрывки пропитанного известью или мелом бинта, куски камня. Тела нет, как и костей.

Я уже хотел двинуться дальше, когда заметил крошечную искорку отблеска во мраке утробы гроба. Оглядевшись на всякий случай, отложил факел, сунул руку в трещину. Надеюсь, там мне не встретится какой-нибудь «приятный» сюрприз в виде змеи или скорпиона. Пальцы зашарили в трехсантиметровом слое пыли, я скривился от брезгливости, когда пришлось отбрасывать бинты. Наконец нащупал кругляшок, схватился.

Монета!

Отряхнув от пыли, я повертел находку перед факелом.

Наличность: 1 золотая монета; 1 медная.

Скорбь окружения была забыта!

Кровь закипела от кладоискательского азарта!

Пыхтя и фыркая от пыли, я минут пять копался в гробу. Правда, кроме мерзких истлевших тряпок и грязи, больше ничего не нашел. Все фигня! Вон еще сколько усыпальниц!

Подхватив факел и сунув меч в ножны, бодренько перебежал к другому гробу. Подсветил предусмотрительно, но и эта домовина пуста, трупа нет.

— Некроманты тут, что ли, побывали? — пробормотал я, бессовестно роясь в гробнице.

Наличность: 1 золотая монета; 2 серебряных; 1 медная.

Офигеть!

Наверное, это место еще не слышало воплей такой радости!

К следующему гробу я побежал так шустро, что пришлось возвращаться — факел забыл. Впрочем, там, кроме паутины и бинтов, меня ничто не ждало. Однако я не расстроился: тут этих гробов столько, что месяц можно копаться!

Я резко затормозил у очередной погребальной урны. Мой задумчивый взгляд скользнул по трем кувшинам у ее подножия. Похоже на жертвенное подношение, каким сопровождают усопших, чтобы им в другом мире хорошо жилось.

После минутных терзаний я все же обнажил меч. Зажмурился и рубанул по горлышку глиняного сосуда. С хрустом рассыпались по камню черепки, пахнуло чем-то нестерпимо вонючим. Я отскочил поспешно, стараясь не вляпаться в потекшее масло.

— Вот на фига ему там масло? — осведомился я разочарованно. — Золото, оружие — другое дело. Вы ему еще бутербродов завернули бы!

При упоминании еды вдруг вспомнил, что, кроме чаю и гренок, ничего не ел с того момента, как проснулся. Однако моментально мысль пропала. Какая еда?! У меня дел по горло! Вон какой толстый гроб неподалеку, наверняка в нем полно ништяков!

Цифры на табло электронных часов в профиле успели каким-то чудом пропустить отрезок в сорок пять минут. Как так вышло?! Разве я — а-апчхи! — так долго тут копался? Перевернул всего-то то ли два, то ли три гроба вверх тормашками… впрочем, может быть, и два или три десятка…

В общем, когда я навалился на толстую каменную крышку очередного саркофага, мой кошель потяжелел уже на три золотых и пятнадцать серебряных монет. Очень мне, кстати, понравилось, что меди к покойникам не клали. Кажется, я полюбил ритуальную принципиальность!

С тяжелым скрипом крышка отодвинулась, я сунулся внутрь. Уже не удивился, что даже здесь, в целом на вид гробу, нет тела. Все мое внимание приковал таинственный отблеск во мраке. На монету не похоже.

Я поднес факел, стараясь не проливать горючее масло, пальцы уже рефлекторно хапнули находку.

Вы нашли: Кольцо Выносливости (дает бонус +50 % к скорости восстановления Выносливости).

Я покатал колечко на ладони. Очень странный металл, что-то среднее между серебром и золотом, вон как на белой плоскости рассыпаются золотые искры. В памяти что-то шевельнулось, она услужливо подсунула где-то вычитанную информацию, что сплав золота и серебра называется электром. Будто средневековые алхимики верили, что, смешивая символы солнца и луны, они могут получить волшебные свойства обоих светил.

Обрадованный волшебной находкой, надел кольцо на указательный палец. Действие сразу отметилось в профиле, а полоска Выносливости, бывшая на отметке в девяносто шесть процентов, мгновенно достигла сотни.

Я спустился с постамента, оглядел себя. Мельком отметил, что весь в грязи и пыли, как молодой охотничий пес, которого хозяева вывезли из города и пустили побегать по лесу. Но мысль тут же оборвалась, взгляд уже шарил по рядам других захоронений. Массовые, вроде простых дыр в стене, похожих на норы, я сразу отмел. Золото к простым класть не будут. Впрочем, почему бы и не глянуть? Так, ради исследовательского интереса.

Через минуту я пожалел о таком решении.

Эти дыры, напоминающие пчелиные соты, явно были когда-то замазаны чем-то вроде глиняной пробки. Теперь ее осколки хрустели под сапогами, рассыпались в терракотовую пыль. Я заглянул во тьму, заметил груду серого хлама, поднял факел над головой, стараясь рассмотреть внутренности захоронения лучше.

— Черт!

Я отшатнулся! От резкого движения масло плеснуло из навершия факела на пол, там затрепетала горючая лужица.

Эти дыры-норы сплошь забиты костями! До отвала!

Я перевел дыхание. Сердце колотилось от неожиданного зрелища — вот уж не ожидал, что где-нибудь все-таки найду мертвяков. Думаю, мне и так надолго хватило тех, наверху.

Но любопытство — порок.

Я сунулся туда вновь, мой взгляд скользнул по беспорядочным грудам костей, покрытых толстым слоем пыли. Реберные клетки, руки, ноги, черепа. Все, как груда бесполезного хлама, свалено в одну кучу. Кажется, их будто даже утрамбовывали!

Острием меча я коснулся кости, что лежала ближе всех к краю, подтолкнул к общей куче. Уже хотел отвернуться, но на периферии зрения заметил какое-то движение. Спину сковало морозом, а в животе воцарился вакуум. Я обернулся резко, воздел факел.

В трепещущем свете все было спокойно.

Уф… кажется, показалось…

Все еще под жутким впечатлением, я попятился, не отрывая взгляда от костей. Чем дальше я отходил, тем больше мрак скрадывал захоронение. Сразу захотелось вернуться, чтобы под светом еще раз убедиться, что все нормально. Только огромным усилием воли я заставил себя успокоиться. Отвесил себе мысленную оплеуху. Тоже мне расхититель гробниц, блин!

Но, отходя, все же несколько раз оборачивался на зловещие дыры. Казалось, что из их темноты кто-то наблюдает. И взгляд такой, нужно сказать, о-о-очень недобрый.

— У страха глаза велики, — пробормотал я, пытаясь приободриться.