Я - паладин! - Виктор Косенков

– А где тут нормальное? Это же чужой лес… – Сказано это было таким тоном, что Леон понял: Карл ни за что не отступится.

– Оставь, пойдем назад.

– Иди… – Мальчишка пожал плечами.

Леон бы ушел. Будь он один. Неожиданно, совершенно некстати, он увидел этих детей. Маленьких, беззащитных и глупых. Они потащились в Лес, хотя каждому родители говорили, что бывает с теми, кто уходит за реку. Но дети поверили своему вожаку. Потому что он сказал – нашим мамам плохо, пойдем и убьем зверя, чтобы им было хорошо. А что такое мама? Весь мир. И дети спасали свой мир. Как могли. Потому и не ныли, потому терпели. И страх терпели, и мороз.

«Какой же я идиот! – удивительно четко осознал Леон. – Не надо было их пускать сюда! И идти с ними не надо было!»

– Карл… Ты гад, – неожиданно даже для самого себя сказал Леон.

Тот фыркнул и обернулся.

– Не нравится? – Леон увидел странный нездоровый блеск в его глазах. – Не ешь. Вали отсюдова. Трус.

– Когда захочу, тогда и пойду, – ответил Леон и отошел.

Малышня стаскивала в кучу ветки.

Наконец набралась приличная куча. И Карл принялся бить кресалом, видимо, взятым у отца, но мох почему-то не занимался. Леон оторвал кусочек просмоленного льна от факела. Положил под пучок искр. Через некоторое время огонек заплясал на сухих ветках. Карл кинул сверху нарубленные им ветви.

– Сейчас подсохнут… Доставайте еду.

Малышня распаковала сумки. У кого-то были сухари. Краюха хлеба. Даже вареные яйца.

– Кто-нибудь взял котелок? – спросил Леон.

– А зачем? – после паузы поинтересовался Ленц.

– Нагрели бы воды…

– И так хорошо, – беззаботно махнул рукой Карл.

Он взял длинную палку и ткнул ею в костерок, который давал дыма больше, чем огня.

В тишине Леса раздалось злое шипение.

Ветви, которые рубил Карл, те самые, что истекали гадким соком и воняли, вдруг изогнулись, зашевелились, обхватили сук крепкими витками! Мальчишка закричал, отбросил палку и метнулся прочь.

За ним кинулась, побросав пожитки, остальная малышня. Леон отскочил в сторону и спрятался за дерево.

В костре трещали сучья, шипели, скручиваясь и переплетаясь, страшные ветки, превратившиеся в слепых, истекающих ядом змей.

– Я же говорил, говорил… – шептал Леон.

Он осторожно высунулся. Змеи-ветви изломали палку, которую Карл сунул в их клубок, и сейчас конвульсивно дергались, пытаясь выползти из огня. Однако, коснувшись снега, они замирали.

– Боятся холода… – догадался Леон и крикнул громче: – Не бойтесь! Они не вылезут.

Малышня потихоньку приблизилась. Омерзительно воняло горелым мясом. Кого-то из мальчишек, вдохнувшего жирного дыма, вырвало на снег.

– Пойдемте отсюда, – предложил Леон.

– Куда? – неожиданно зло спросил Карл.

– Домой, – пожал плечами Леон. – К родителям. Никто ничего и не узнает. Если сейчас вернемся. Скажем, что с горки катались. И все.

Он почувствовал, что малышня сейчас на его стороне. Им хватило.

– Черта с два! Я без зверя не вернусь. Как же наши мамы?!

Это был нечестный прием.

– Не найдешь ты никакого зверя. Он тебя сожрет.

– С чего бы это?

– Потому что ты маленький. – Леон ударил по больному.

– Я не маленький!

– Маленький, – повторил Леон жестко. – Тебя отец не пустил деревню охранять. А я со своим ходил. Понял?!

Карл наклонил голову, и Леон вдруг увидел, как побелели костяшки его пальцев, что сжимали нож.

Это было страшно.

И тогда в глухой, замерзшей тишине вдруг завыло! Заклекотало! Заверещало! Со всех сторон! Затрещали деревья! Захрустел снег!

– Бежим! – взвизгнул Леон и побежал, увлекая за собой детей. Побежал туда, где виднелись на снегу его следы. Домой! Домой!

Они неслись, петляя, как зайцы. Там, где не проскочил бы взрослый, дети ухитрялись пролезть, проползти. А следом за ними двигалось что-то огромное! Рычащее на все голоса, воющее тем самым тянущим душу воем, что каждый день слышался в деревне. Карл нашел своего зверя. И когда они выбежали, выкатились на лед реки, падая и раскрашивая снег кровью, Карла среди них не было.

Леон кричал. Метался по берегу, звал. Из разбитой губы текла не переставая кровь.

Но тщетно. Карл не вышел к реке. Он и еще двое. Мальчик и девочка. Та, которая сказала, что не боится.

Вой начал удаляться. Сдвинулся куда-то в сторону, ушел в глубь Леса.

На льду реки плакал Леон.