Смерть Несущая - Марина Александрова

' Ты выжила человек?' Ну, ничего себе заявочка?! Вот и спасай после такого всяких бродячих кошаков!

'Значит, теперь я буду с тобой, такова моя судьба', как-то глухо отозвался Каа'Лим.

— Э, нет, дружочек, — я, как могла, старалась выровнять сбившееся дыхание и постараться игнорировать тот тон, с которым говорило это существо, больше подходящий для такого старца, как Орэн. — Мы сейчас найдём твою мать и ты будешь жить с ней долго и счастливо, ну что-то потипа того…, - немного смутилась я.

'Ты не хочешь обладать мной?', как-то растерянно разнеслось у меня в голове.

— Зачем? — искренне удивилась я.

'Ты чиста, человек, и я отправлюсь с тобой, куда бы ты ни пошла'

— Вот уж дудки! Что я родителям скажу или Орэну, когда они увидят тебя!

'Что я твой хранитель, больше ничего'. Это звучало настолько уверенно, что, не найдясь с ответом, я глубоко выдохнула и просто замолчала.

— Как твои крылья Каа'Лим, — мне показалось, или зверь немного поморщился от этого вопроса? Должно быть, травмы были действительно серьёзны, раз такая реакция.

'Не произноси моё имя вслух, человек', рыкнуло в голове. 'Ты поклялась'.

— Прости, — неизвестно, за что извинилась я, — Если ты не хочешь, я больше никогда не произнесу твоего имени вслух. Так как твои крылья? И вообще, что тут произошло.

В голове вновь зазвучал детский, непосредственный голосок, что немало озадачило меня.

'Я упал в пропасть, разумеется не без посторонней помощи. Но ты ещё маленькая, чтобы рассказывать тебе о подробностях моего падения, а что касается крыльев, то ведь ты же знаешь, у кошки девять жизней', мне показалось или Каа'Лим сейчас пошутил?! 'Спасибо тебе, человек'. Как-то задумчиво произнёс дэйург у меня в голове.

— Меня зовут Мара, и ты можешь говорить моё имя тому, кому посчитаешь нужным, — я постаралась улыбнуться как можно более доброжелательно, если, конечно, животное могло распознать человеческую мимику.

'Мар-р-ра', повторил Каа'Лим, будто смакуя 'р' у себя на языке.

— И что же мне с тобой делать, юный дэйург?

'Ну, для закрепления дружбы, можешь меня покормить?', невинно раздалось у меня в голове.

А я только подумала, что у киски, должно быть, лёгкое раздвоение личности, но вслух огорчать его не стала.

Когда мы отправились в обратный путь, солнце уже заходило за горизонт. Меня не было дома целый день, представляю, какой приём меня ожидает… Да ещё заявлюсь в компании неизвестно кого?! Не мышонка, не лягушки, а неведомой зверюшки!

'Сама ты неведома зверюшка', лукаво прищурив глаза, пробормотал Каа'Лим.

— А подслушивать чужие мысли нехорошо, — погрозив пальцем, решила навести порядок я.

'Ну да?' — притворно удивился неблагодарный спасённый.

Что тут скажешь, остаётся только глубоко вздохнуть и семенить дальше к дому. Когда показались знакомые с детства ворота, я неожиданно поняла, как я устала. Великая Богиня, помоги дойти до дома, а там пусть хоть кричат, хоть лупят всё равно.

Распахнув калитку, я попыталась войти во двор. Именно, что попыталась… Так как меня бесцеремонно отпихнули от входа, и гигантская кошка величаво прошествовала во двор.

'Что уставилась, заходить будешь или во дворе на ночь останешься?'

— Ну, ты и язва, — прошипела я, проходя следом.

Отворив входную дверь я предусмотрительно подвинулась к стеночке, пропуская своего дэйурга, нагло прошествовавшего в сени.

Видимо, услышав скрип двери, ко мне на встречу вывалилась мама, следом Ким, потом отец, следом Бьёрн, Карим, Тая, Элдай. Тэйро, может, тоже рад бы был просочиться в эту кучу малу, да непоколебимая и застывшая Нима — это серьёзное препятствие, так что макушка брата время от времени подпрыгивала где-то позади сей красноречивой экспозиции под названием: 'Ну, и где мы были?' или 'Нас атакуют чудовища, а мы проспали!'

— Мара, — дрожащим голосом, заговорил отец, — осторожно подойди ко мне.

— Зачем? — искренне недоумевая, спросила я. Авось просветят, что у них тут происходит?!

— Мара не глупи, пока он не кинулся, медленно подойди ко мне, — отец протянул мне дрожащую руку.

Тут я поняла, кого они так испугались, и невольно улыбнулась кончиками губ.

— Мам, пап, не бойтесь, он не причинит мне вреда, так же как и вам. Это — Каа'Лим мгновенно напрягся, почувствовав, что я хочу сказать его имя, — Кошак, — немного подумав, решила я. — И он мой друг, — я с облегчением заметила, как расслабляются мышцы животного.

— Друг, — растерянно переспросила мама.

— Ну, да, я нашла его в горах…

— Что ты делала в горах, — скрепя зубами, спросил отец.

— Гуляла, — будто не заметив угрожающих ноток в голосе отца, сказала я.

— Гуляла… — как-то нехорошо прищурилась мама, а рука её тем временем медленно потянулась к стене, где на гвоздике висела сплетённая косичкой из нескольких кожаных жгутов плеть.

— Ну, что вы в самом деле? — как-то нервно заёрзала я, — И вообще я уже большая!

— Больш-ш-ая, — по-змеиному прошипела мать, — Я те покажу большая, едрит твою растудыть! — вызверилась она, хватая рукой плеть.

Как это ни прискорбно, но высекли меня знатно, а мой, с позволения сказать, новый 'друг и защитник' в это время с невозмутимым видом лакал молоко, оставленное в сенях для кошки Баси. Бедная зверюшка так и не решилась отстоять своё добро, забилась в угол под лавкой, да так и не вылезла оттуда в этот вечер. После проведения воспитательных работ я решила обидеться на всех и вся, и не хуже несправедливо обделённой Баси залезла на печь и, продолжая обиженно сопеть оттуда, не заметила, как провалилась в сон без сновидений.

Что ж, наш маленький отпуск пролетел неимоверно быстро и закончился так же неожиданно, как и начался. Каа'Лим вел себя ничуть не хуже обыкновенной кошки, то есть, не показывал своих огромных клыков, урчал, выпрашивая еду, мило терся о ноги моей матери, одним словом, просто забавная крылатая мурлыка гигантских размеров. Странно, но с мамой он контактировал потому, что именно она кормила всех в доме, больше же, кроме меня, дэйург никого к себе не подпускал. Даже Кима, хотя я и уговаривала его подружиться с ним, но Кошак был не приклонен. Он общался только со мной. Если сначала домашние его побаивались, то потом решили не обращать внимания, себе дороже с таким связаться.

Энаким целыми днями пропадал с братьями, возвращаясь под вечер, казалось, он пытался заполнить всё своё свободное время присутствием родных. Да и братья соскучились по младшему сорванцу и везде таскали его за собой. Меня тоже звали, но злобный Кошак, наотрез отказался оставаться дома и рвался за мной, а ходить по деревне с этим крылатым чудом — себе дороже. Вот и сидела я дома третью неделю подряд и, если честно сказать, мне не терпелось вернуться назад к Орэну и Элфи, к нашим занятиям и тренировкам. От нечего делать каждый день я занималась медитацией, дыханием, прогоном энергии по телу. Также, вооружившись двумя палками, отрабатывала ранее разученные связки под испытующим взглядом Каа'Лима. В один из таких моментов, когда я переводила дыхание, сидя на лавочке, он подошел ко мне и уткнулся носом в живот.