Седьмой сын - Джозеф Дилейни

– Я знаю, где она живет, – сердито сказал главарь, – но только глупец осмелится туда идти.

– Почему же?

– Ты разве не слышал, что она сказала? – спросил он, удивленно поднимая брови. – Костлявая Лиззи – ее тетка.

– Кто такая Костлявая Лиззи?

Они переглянулись так, будто я сошел с ума. Почему все о ней слышали, кроме меня?

– Лиззи и ее бабушка провели здесь целое лето, пока их не прогнал Грегори. Мой отец даже запрещает произносить их имена вслух. Они в этих краях самые страшные ведьмы. А еще с ними жило какое-то ужасное существо. Оно было похоже на мужчину, но у него было столько зубов, что в человеческий рот они бы не поместились, – вот что мне рассказывал о них отец. Той зимой с наступлением сумерек люди даже не выходили из дома. Какой же из тебя ведьмак, если ты ничего не слышал о Костлявой Лиззи!

Я и понятия ни о чем не имел. Какой же я глупец! Если бы я только рассказал Ведьмаку о том разговоре с Алисой, он бы понял, что Лиззи вернулась, и предпринял бы что-нибудь.

По словам отца здоровяка с поросячьими глазками, Костлявая Лиззи жила на ферме в трех милях на юго-восток от дома Ведьмака. Много лет в ту сторону никто не забредал. Скорее всего, там и жила ведьма, а Алиса как раз указывала в ту сторону.

В этот момент из церкви вышли несколько человек с каменными лицами во главе со священником. Они свернули за угол и пошли вверх по улице в сторону холмов. Все были в теплой одежде, а в руках несли палки.

– Что все это значит? – спросил я.

– Прошлой ночью пропал ребенок, – сказал один из мальчишек, сплюнув на землю. – Трехлетний ребенок. Все думают, что он заблудился и пошел в ту сторону. Это не последнее исчезновение – помяни мое слово. На ферме у Долгого Хребта два дня назад тоже пропал ребенок. Он даже еще ходить не умел, так что его кто-то утащил. Говорят, что это волки. Зима была долгой и суровой, вот голод и заставил их вернуться.

Дом Костлявой Лиззи был относительно недалеко: даже зайдя домой за корзинкой Алисы, я потратил на дорогу меньше часа.

Днем я приподнял черную ткань, покрывающую корзину, и решил рассмотреть последнюю из трех лепешек: она отвратительно пахла, а на вид была еще хуже. Кажется, она была приготовлена из кусочков мяса, хлеба и еще чего-то непонятного – все ингредиенты были сырые. Лепешка была черного цвета и очень липкой. Потом я заметил, что по ней ползают мерзкие белые личинки, и меня передернуло от отвращения.

Я спустился вниз по холму к ферме. Она выглядела неухоженной и заброшенной: забор был сломан, сарай стоял почти без крыши, и к тому же нигде не было видно животных.

Кое-что меня особенно обеспокоило: из трубы шел дымок – значит, кто-то точно был дома. Я невольно вспомнил о странном существе с множеством зубов.

А чего я, собственно, ожидал? Я знал, что все будет не так просто. Как я мог поговорить с Алисой, не попавшись на глаза остальным членам ее семьи?

Пока я в нерешительности стоял на склоне холма, раздумывая, что же делать дальше, все разрешилось само собой. Из задней двери дома вышла худенькая темная фигурка и начала взбираться вверх по холму. Это была Алиса – но как она могла догадаться о моем присутствии? От дома меня отделяли высокие деревья, а окна выходили в другую сторону. Все же она оказалась здесь не случайно – она шла прямо ко мне и остановилась в пяти шагах.

– Что тебе нужно? – прошипела она. – Какой же ты глупый! Тебе повезло, что все уже спят.

– Я не могу сделать то, что обещал, – сказал я, отдавая ей корзину.

Алиса скрестила на груди руки и нахмурилась.

– Почему это? – спросила она угрожающе. – Ты обещал, разве не так?

– Ты не сказала мне о последствиях. Она уже съела две лепешки и стала намного сильнее. Ведьма умудрилась погнуть прутья над ямой. Еще одна лепешка – и она вылезет из могилы. Сдается мне, ты об этом знала заранее. Разве не этого ты добивалась? – грозно сказал я, начиная терять терпение. – Ты обманула меня, поэтому я тебе больше ничего не должен.

Она сделала шаг вперед, и я заметил тень страха в ее глазах.

– Это не я придумала. Они заставили меня это сделать! – девочка махнула рукой в сторону дома. – Если ты не сдержишь обещание, нам обоим не поздоровится. Беги в сад и отдай ей третью лепешку. Что такого случится? Мамаша Малкин сполна расплатилась за свои грехи. Пора ее отпустить. Она уйдет и никогда больше тебя не потревожит.

– Думаю, мистер Грегори неспроста посадил ее в яму – наверняка на то была веская причина, – медленно сказал я. – Я новичок и мало что понимаю. Откуда я могу знать, как лучше поступить? Когда он вернется, я все ему расскажу.

Алиса загадочно улыбнулась – обычно так улыбаются, когда знают что-то, о чем ты и не догадываешься.

– Он не вернется, – сказала она. – Лиззи все продумала. У Пендла живут ее друзья, которые сделают все, о чем она их попросит. Они провели старину Грегори. Наверное, он это понял уже по пути туда, но поздно – думаю, он уже мертв и лежит в глубокой яме. Подожди немного и поймешь, что я права. Скоро даже в его доме будет небезопасно. Однажды ночью они придут и за тобой, если, конечно, ты нам сейчас не поможешь. Тогда они, возможно, оставят тебя в покое.

Не успела она договорить, как я уже бежал вверх по холму. Кажется, Алиса окликнула меня несколько раз, но я уже ничего не слышал – в голове вертелись только ее слова о Ведьмаке.

Только потом я понял, что до сих пор держу корзину с лепешкой, и сразу же выбросил ее в реку. Вернувшись в дом Ведьмака, я попытался осознать, что произошло. Все было заранее спланировано. Они специально выманили учителя из дома, зная, что я новенький и меня будет легко обвести вокруг пальца.

Мне не верилось, что Ведьмака можно было так легко убить, ведь у него очень богатый опыт в своем деле. В любом случае, на него надеяться было бессмысленно – в ближайшее время он не вернется, поэтому я должен был сам остановить Мамашу Малкин.

Мне срочно нужна была помощь, и я даже подумывал о том, чтобы пойти в деревню. Но тут мне в голову пришла идея получше, и я пошел на кухню и сел за стол.

Говорил я быстро, так как не знал, что могло произойти в следующее мгновение. Я рассказал обо всем, что произошло, ничего не утаивая. Затем я признался, что сам во всем виноват, и попросил о помощи. Даже не знаю, чего я ожидал. Я был очень расстроен и напуган, поэтому не чувствовал себя глупо, говоря сам с собой. Ответа не последовало, и я понял, что напрасно трачу время. С чего это домовой вдруг станет мне помогать? Он был пленником, искусственно привязанным Ведьмаком к дому и саду, обыкновенным рабом, мечтающим о свободе. Возможно, он даже порадовался моим неприятностям.

Я уже собирался выйти из кухни, как вдруг вспомнил слова отца, которые он обычно говорил перед поездками на местный рынок: «У каждой вещи есть своя цена. Главное, чтобы она оказалась выгодной для обеих сторон».