Хранители равновесия - Владимир Лошаченко

Тот посмурнел.

– Засиделась в девках, ваша светлость. Семнадцать лет девчонке. Замуж пора. Женихов гонит в шею, никто не нравится, такая привередливая. Да мы сами виноваты, разбаловали дочь, вот она и вбила себе в голову – выйду, мол, только за принца на белом коне. Беда, – вздохнул горестно купец.

– Не расстраивайтесь, уважаемый, со временем блажь пройдет. Поди, любовных романов начиталась?

– И не говорите, ваша светлость, сам виноват. – Хотий хлопнул себя по бокам. – С каждой поездки привозил ей книгу, а то и две – дорогущие, заразы. Нет, не нужна женщине грамота, от нее один вред, – сделал вывод Хотий.

Павел сменил тему:

– Как найти имперскую Канцелярию без блуждания по городу?

Купец, недолго думая, предложил своего кучера, знавшего столицу как свои пять пальцев.

Поблагодарив купца, Пашка допил кубок с вином и встал из-за стола. Выйдя на двор, свистом позвал Пако.

– Через полчаса выезжаем, возьмешь четверых солдат. Да оденьтесь поприличней.

– Будет исполнено, ваша светлость.

* * *

На Базе, в кабинете главы Ордена хранителей равновесия, происходил весьма своеобразный разговор между Архангеловым и старейшим магом Мозесом. Мало кто из хранителей знал, что Мозес двести лет назад возглавлял Орден. Пост главы он без сожаления передал своему талантливому ученику – Петру Архангелову. Наедине они, естественно, не придерживались субординации, и архимаг всегда с почтением относился к Мозесу, как ученик к учителю. Попивая ароматный напиток из листьев тана, обсуждали и корректировали ближайшие планы Ордена. В конце беседы учитель огорошил бывшего ученика:

– Кстати, о пропавшем стажере. Мы с тобой, по-моему, оба пребывали в заблуждении.

Архангелов недоуменно вздернул брови.

– Я имею в виду магический потенциал Чернова. – Тут Мозес замялся: – Нет, я неточно выразился – общий потенциал, так будет вернее.

Петр, откинувшись в кресле, молчал – ждал продолжения.

Старый учитель, собравшись с духом, выдал:

– Не хотел раньше времени говорить, но Павел не маг.

– А кто он, по-твоему?

Мозес задумчиво перебирал четки.

– Не томи душу, учитель.

Старый маг поднял глаза на главу Ордена.

– Ответь, кем является разумное существо, осуществляющее магию на высшем уровне без применения заклятий и кодовых фраз.

Архангелов побледнел:

– Неужели?..

– Да, Петр, ты правильно понял.

Лица обоих расплылись в улыбах.

– Садек! – гаркнул Архангелов, забыв о кнопке вызова.

Адъютант возник мгновенно, словно ждал за дверьми.

– Сегодня меня ни для кого нет, беспокоить лишь в крайнем случае. Буду у себя.

Через мгновение кабинет опустел.

Выйдя из портала в тереме-резиденции главы Ордена, мужчины прошли на террасу, где их ждал сервированный стол, уставленный не только деликатесами, но и редкими винами.

– Располагайся, учитель. Думаю, сегодня имеем полное право оторваться.

– Это праздник для всего Ордена, – поддакнул Мозес.

– Осталась мелочь – найти Павла, – съехидничал глава.

– Ничего, найдем, да может, он раньше объявится. Из одиннадцати планет земного типа закрытого сектора прочесали пять.

Бокалы звякнули, выпили под тост Архангелова стоя:

– За новую эру Ордена!

* * *

Переодевшись и напялив на шею графский медальон с гербом, Пашка прихватил один из кошелей с золотыми – на всякий случай. За пазуху камзола сунул пакет с документами. Отсалютовал своему отражению в зеркале, поправил шляпу и бодро потопал на выход. На мощеном дворе его ждал верховой эскорт, у открытой двери кареты застыл в полупоклоне один из слуг купца. Усевшись на кожаное сиденье, Пашка дернул толстый витой шнур с кисточкой – за спиной кучера звякнул колокольчик. Поехали. Громыхая колесами на неровностях брусчатки, карета, сверкая надраенными гербами д’Лоредан, выкатилась за ворота. Обзорной поездки по столице не получилось – мешали мутноватые стекла. Пашка чертыхнулся: чего он поперся на этом рыдване, надо было верхом. Послушался дурака Пако – надо, мол, поддерживать высокий статус, тьфу на него. Вот и сиди, как мышь в норе, ни хрена не видно.

– А чего я, собственно, туплю? – Чернота дернул дважды за сигнальный шнур.

Выйдя, согнал с лошади ближнего солдата и запрыгнул в седло, несмотря на вялое сопротивление сержанта. Солдат занял место рядом с кучером, и лошади бодро зацокали по широкой улице, ведущей в центр.

Савона, являясь старейшей столицей империи Тарагон и резиденцией высшей власти, оказалась отстроена красивыми дворцами и домами своеобразной архитектуры. Располагаясь по обе стороны широкой реки Дубиса, она утопала в зелени парков и садов. Пашка, отдавая должное архитекторам прошлого, не мог не заметить общий стиль – все дворцы и прочие здания строились с учетом войны. Узкие оконные проемы, больше похожие на бойницы, толстые стены и двойной ряд крепостных стен в самом городе. Ни одной деревянной крыши – сплошная черепица. Единственной широкой улицей оказалась та, по которой ехал Чернота со своими людьми. Узкие улицы – не дань мимолетной моде, военная необходимость. В случае осады легче обороняться, и врагу не удастся заполнить их большим количеством бойцов.

Пашка особо головой не вертел – не строил из себя туриста и темного провинциала. Симпатичный городишко! Правда, неудачно расположенный с точки зрения обороны, – река делит его надвое. Естественно, никакого трепета перед чужой столицей он не испытывал, в отличие от своих солдатиков во главе с Пако, – те шеи извертели, скоро голова отвалится. Пришлось рыкнуть на эскорт:

– Вы, мать вашу, на службе или на увеселительной прогулке? Ваше дело – охранять мою персону, а не пялиться по сторонам.

Покрасневший Пако погрозил подчиненным кулаком.

Проехав вторую крепостную стену через кованые ворота, охраняемые стражей, попали в центр города. Бросая любопытные взгляды по сторонам, Пашка не мог отделаться от ощущения чего-то знакомого и неправильного. Наконец, извертевшись в седле, вздыбил лошадь и гаркнул:

– Стоять!

Карета с эскортом остановились – солдаты ждали дальнейших указаний. Отряд притормозил у обычного здания, а Чернота уставился на живописную вывеску над дверьми. На ней нетвердой рукой художника была изображена пивная кружка с шапкой пены. Над рисунком, выполненном в ярких красках, виднелась краткая надпись по-английски: «Pab».

– Это что такое? – спросил он хриплым голосом, обращаясь к Пако.

– Пивная, ваша светлость, – любезно пояснил тот. – С приходом к власти Кровавого кучу таких открыли. Говорят, с его высочайшего соизволения. Это пиво – такая гадость, мало кто его пьет, то ли дело старое доброе вино. – Пако причмокнул и подкрутил ус.