Марш королей - Морган Райс

«Спасибо, сир. Я тоже любил Вашего отца».

«Люди в этом королевстве и в королевском дворе никогда не считали меня его настоящим сыном. Просто потому, что я был сыном другой женщины».

Кендрик повернулся к Тору с решимостью в глазах.

«Но я – его сын. Так же, как и другие. Он был моим отцом. Моим единственным отцом. Моим отцом по крови. И только потому, что у нас были разные матери, не делает меня хуже других», - размышлял Кендрик, протягивая руку и трогая пальцем кончик лезвия, установленного на стене. Его глаза поволокло дымкой.

«Я недолго знал его», - сказал Тор, - «но, исходя из того, что я видел, он любил и гордился Вами. Мне показалось, что его любовь к Вам была такой же истинной и сильной, как и к другим».

Кендрик кивнул. Тор прочитал признательность в его глазах.

«Он был хорошим человеком. Он мог быть жестким и жестоким, но он был хорошим, всегда справедливым человеком. Наше королевство не будет прежним без него».

«Я бы хотел, чтобы Вы стали королем», - сказал Тор. – «Вы были бы лучшим королем».

Кендрик посмотрел на лезвие.

«В нашем королевстве есть свои законы, и я должен соблюдать их. Я не испытываю зависти по отношению к своему брату Гарету. По закону править должен именно Гарет, и он будет править. Но я расстроен из-за своей сестры, которую обошли. Желание моего отца было другим. Но я не чувствую сожаления из-за того, что мне не стать королем. Я не знаю, будет ли Гарет хорошим правителем. Но таков закон, а он не всегда справедлив. Он бескомпромиссен – такова его природа».

Кендрик повернулся к Тору, пристально на него посмотрев.

«А почему ты пришел сюда?» - спросил он.

«После того, как уехал Эрек, мне сказали, что теперь я – Ваш оруженосец. Это большая честь, сир».

«Ах, Эрек», - сказал Кендрик. Он отвел взгляд и уставился в одну точку остекленевшими глазами.

«Самый лучший из наших рыцарей. У него год Выбора, не так ли? Да, я рад, что ты стал моим оруженосцем, хотя я уверен, что это не продлится долго. Эрек вернется. Он не сможет оставить королевский двор надолго».

Внезапно Кендрика озарило понимание.

«Так, значит, ты пришел ко мне за разрешением отправиться в Сотню, не так ли?» - спросил он.

«Да, сир. Если Вы не против. А если против, я пойму. Я здесь, чтобы служить Вам».

Кендрик покачал головой.

«Каждый юный член Легиона должен пройти через Сотню. Это обряд посвящения. Я бы хотел, чтобы ты был здесь, но это было бы эгоистично, поэтому я не стану тебя удерживать. Ты вернешься сильным воином и гораздо лучшим оруженосцем».

Благодарность по отношению к Кендрику переполняла Тора. Он собирался спросить его о том, что ожидает его в Сотне, когда внезапно дверь в оружейный склад распахнулась. Обернувшись, Тор и Кендрик увидели в дверях Альтона, облаченного в лучший королевский наряд. Его сопровождали двое стражников королевского двора.

«Вот где он!» - крикнул Альтон, ткнув в Тора надменным пальцем. – «Это он ударил меня на пиру прошлой ночью! Простолюдин! Вы можете это представить? Он ударил члена королевской семьи. Он нарушил наш закон. Арестуйте его!»

Двое стражников направлялись к Тору, когда вперед вышел Кендрик, вынув свой меч из ножен. В оружейной раздался звук металла. Кендрик стоял, рассвирепев, с мечом в руках. Стражники остановились на полпути.

«Если подойдете ближе, то заплатите за это», - пригрозил рыцарь.

Тор услышал в его голосе нечто глубокое и темное – этот тон ему не приходилось слышать раньше. Должно быть, стража тоже почувствовала это, потому что они не решались двинуться с места.

«Я – член королевской семьи», - поправил Кендрик. – «Непосредственный член. Я, а не ты, Альтон. Ты – сын третьего кузена короля. Стража, вы будете отвечать передо мной, прежде всего, а не перед этим самозванцем. А Тор – мой оруженосец. Никто его не тронет – ни сейчас, ни когда-либо».

«Но он нарушил закон!» - заскулил Альтон, сжав кулаки, как ребенок. – «Простолюдин не может ударить члена королевской семьи!»

Кендрик улыбнулся.

«В данном случае я рад, что Тор это сделал. На самом деле, если бы я был там, я бы сам тебя ударил. Что бы ты ни сделал, я уверен, что ты это заслужил – и не только это».

Альтон нахмурился, краснея.

«Предлагаю твоей страже сейчас уйти. Или ты предпочитаешь подойти ближе и поплатиться за это? На самом деле мне не терпится воспользоваться своим мечом».

Двое стражников обменялись настороженными взглядами. Они оба развернулись, всунули свои мечи в ножны и вышли из оружейного склада. Здесь остался только Альтон, в отчаянии глядя на то, как стража уходит.

«Предлагаю тебе быстро последовать за ними, прежде чем я воспользуюсь оружием в своих руках».

Когда Кендрик сделал шаг вперед, Альтон вдруг развернулся и выбежал за дверь.

Улыбаясь, Кендрик всунул свой меч в ножны и повернулся к Тору.

«Я не знаю, как Вас благодарить», - сказал Тор.

Рыцарь подошел к нему и положил руку Тору на плечо.

«Ты уже отблагодарил. Выражение лица этого выскочки изрядно меня позабавило».

Кендрик рассмеялся и Тор последовал его примеру. Но уже через минуту рыцарь посмотрел на него со всей серьезностью.

«Мой отец не брал людей под свое крыло так просто. Он увидел в тебе нечто значительное. Я тоже это вижу. Мы будем тобой гордиться. Отправляйся в Сотню и добейся успеха. Поезжай и стань тем воином, которым, я знаю, ты будешь».

* * *

Тор шел по летним полям за территорией Легиона. Крон шел рядом с ним. День близился к вечеру, на небе уже появилось второе солнце, окрашивающее небо захватывающими розовыми, оранжевыми и пурпурными красками. Крон заскулил от восторга, когда Тор повел его все глубже и глубже в поле, давая ему шанс бегать, играть, гнаться за животными и поймать свой обед. Сейчас леопард нес в зубах какого-то зверька – странное существо размером с кролика с фиолетовым мехом и тремя головами. Крон с гордостью поймал его всего несколько минут назад. Крон становился все больше и больше день ото дня. Сейчас он был уже вдвое больше того детеныша, которым Тор нашел его. Он все чаще проявлял интерес к бегу и осмотру окрестностей.

Кроме того, Крон становился все более игривым и требовал, чтобы Тор брал его с собой все дальше и дальше и бегал с ним. Если Тор не бегал с ним столько, сколько Крону хотелось, он игриво щипал того за лодыжки и не оставлял в покое до тех пор, пока Тор не гнался за ним. После чего Крон срывался с радостным визгом, пока Тор не уставал, бегая за ним.

Вечерело. Тору хотелось отдохнуть от казарм, от всех безумных приготовлений. К этому часу он уже все упаковал, как и все остальные парни. Казалось, что его товарищи считали часы до той минуты, когда они покинут Кольцо. Тор не знал точно, когда они отправляются в путь, но ему сказали, что это случится в течение следующих двух дней. Настроение в казармах было напряженным и резким. Новобранцы были полны тревоги за предстоящую поездку, все еще оплакивая короля. Казалось, что на них внезапно свалилось время больших перемен.