Сердце пирата - Дмитрий Емец

– Оставь эту ржавчину! Потом прикончишь! Ищи девчонку! – заорал Крокс.

Но Грохотун был неуправляем. В его мозгу пульсировала одна-единственная мысль: уничтожить. Вначале – старого робота-няньку, потом – носатеньких человечков, а после, так и быть, можно заняться поисками девчонки.

Увидев бегущего к нему робота, Баюн понял, что, если он срочно что-нибудь не придумает, ему конец: Грохотун раздавит его, как консервную банку, попавшую под колесо.

И он сам бросился навстречу роботу-убийце, кинувшись ему под ноги. Стремительно несущийся Грохотун не мог резко остановиться и, перелетев через Баюна, на полной скорости врезался рогатой головой в каменную стену. Один рог сломался, а в оранжевом камне осталась глубокая выбоина. Оглушенный великан упал.

– А ну сделай из него яичницу! – закричала Лависса. Но, оказалось, радовалась она рано: Грохотун медленно поднимался с пола.

– Ты вывел меня из себя! – прогремел он. – Теперь я уничтожу тебя дважды. Убью, потом прикончу, а затем опять сокрушу!

И он стал надвигаться на Баюна, растопырив могучие клешни. Понимая, что спасения нет, робот-нянька заслонил собой Лависсу и Андрея. Девочка в ужасе закричала.

– Мы спешим на помощь, королева! – Копачи бросились к ней на подмогу, забыв о капитане Кроксе.

– Идете, но не все! Грохотун, хватай девчонку!.. А ты получай! – Крокс вырвал у оказавшегося впереди Рыжего Носа копье и воткнул его в грудь носатенькому человечку.

Маленький четырехрукий герой схватился за древко копья и упал на руки Тортика и Хочуспать, подхвативших его.

У киборга не было времени возиться с другими малышами. Отбросив пинком Самтытакоя, капитан бросился к Андрею, в шлеме у которого он увидел крылатого ежика.

– Отдай ежа, и я сохраню вам жизнь! – крикнул пират.

С одной стороны был Крокс, с другой – Грохотун, а тут еще плиты пола раздвинулись и показались зловонные головы храпунов. Они возвращались из Оранжевой пещеры, отчаявшись полакомиться чем-нибудь вкусненьким. Два храпуна направились к раненому Рыжему Носу, а другие поползли к детям.

Баюн и Андрей приготовились к своему последнему бою.

– Прощайте, королева! Простите, что не смогли вас уберечь! – Копачи из последних сил отгоняли обломками копий рвущихся к Рыжему Носу голодных червей.

Но вдруг из главного коридора донеслось противное чавканье, и из-за поворота выкатился протоплазменный шар. Сдирая со стенок синий мох и пожирая встречавшихся на пути храпунов, скользкий шар, чавкая, приближался.

Первым его увидел попугай.

– Смотрите, капитан! Что-то катится! – заорал он дурным голосом.

Грохотун и Крокс оглянулись. При виде шара на человеческой половине лица киборга отразился ужас. Он отлично знал, на что способна жующая протоплазма. Однажды в дальнем космосе он натолкнулся на торговый корабль и взял его на абордаж. Но на корабле не оказалось ни одного человека – только небольшой скользкий шарик. Кто-то из пиратов пнул его ногой и закричал. Шар сжевал ногу и на глазах Крокса втянул человека в себя. Потом разбух и, катаясь по кубрику, уничтожил половину экипажа. Стрелять в него было бесполезно: он жадно пожирал все, что соприкасалось с его поверхностью. Только капитану и еще нескольким пиратам удалось спастись. Они выскочили из рубки, задраили отсек с жуткой протоплазмой и в ужасе покинули опустевший звездолет.

– Жующая протоплазма! – Крокс попятился. – Назад, Грохотун! Бежим!

И они бросились наутек. Грохотун тоже знал, что жующая протоплазма лакомится боевыми роботами на биопроводниках с не меньшим удовольствием, чем людьми.

– Прощай, ржавчина! – крикнул он Баюну. – Ты уже дохляк!

Протоплазменный шар подминал и, чавкая, втягивал в себя храпунов. Оставшиеся белые черви, трусливо повизгивая, спешили убраться и торопливо втискивались в свои подземные ходы. Протоплазма с жадностью пожирала зазевавшихся храпунов, вытягивая их за хвосты из подземных туннелей.

У Лависсы еще болело ушибленное колено, и она не могла передвигаться достаточно быстро. Да все равно, разве скроешься от этого чудовища!

– Сюда, королева, сюда! – услышали друзья. Из узкого бокового хода показался Капризик. – Быстрее! Тут пещерка!

Копачи подхватили раненого Рыжего Носа и помогли остальным нырнуть в узкую нишу в стене. Едва они втиснулись в пещерку, навалившись друг на друга, как стало совершенно темно: чавкающий шар закрыл собою узкую щель в стене.

Даже в кромешной тьме Андрею и Лависсе казалось, что они видят, как тянутся к ним липкие щупальца протоплазмы. Но, к счастью, пещерка оказалась слишком глубокой, и шар, слепой, глухой и немой, воплощение постоянной жадности и ненасытности, прокатился мимо.

Крокс на бегу оглянулся, чтобы увидеть, как смертоносный шар уничтожает Баюна, Андрея и Лависсу. Но протоплазма была уже на другом месте.

– Идиоты! Шар сожрал девчонку и ежа! – зарычал капитан. – Он сожрал всех! Мы их потеряли!

– Зато теперь нет свидетелей, – пробасил Грохотун. – И нет робота устаревшей модели. Ненавижу устаревшие модели!

Отвратительный шар свернул в один из боковых коридоров и покатился к Оранжевой пещере. Очевидно, там он хотел полакомиться храпунами и красными спрутами.

Капитан с великаном подошли к тому месту, где раньше стояли Лависса, Баюн, Андрей и копачи. Перед ними были скользкие стены с ободранным мхом и обломки копий.

Крокс покачал головой:

– Сожрал, начисто сожрал…

– Ни косточки не оставило, – добавил попугай.

– Лучше бы я их сам убил. Было бы надежнее. – Голос робота звучал немного надтреснуто. Очевидно, его речевая пластинка погнулась от удара об стену, и ее нужно было менять.

– С ума сойти, Грохотун! Ты цел! Я думал, у тебя в голове все расплющилось! – И попугай сделал вид, что сейчас свалится от изумления с плеча Крокса.

Великан мрачно посмотрел на болтуна сквозь прорези в шлеме.

– Глупая птица! – сказал он осипшим голосом. – Когда ты видел, чтобы у боевых роботов мозги помещались в голове?

– Это точно. – Капитан подошел к Грохотуну и постучал его кулаком по лбу. – У этой модели в голове практически ничего нет. Только подставка для глаз и речевой динамик.

– А тогда зачем ему вообще голова? – удивился попугай.

– Зачем ему голова? – усмехнулся Крокс. – Как зачем? Для маскировки.

– Для маскировки? – Попугай ничего не понимал.

– Глупая птица! – рассердился Крокс. – Представь себе, идет бой. Враги отстрелили из лазерной пушки Грохотуну голову. Они будут убеждены, что уничтожили его, а не тут-то было. Грохотун и без головы сможет воевать не хуже. Может, даже лучше. Теперь понял?

– А где у него мозги? Если, конечно, они у него есть? – не унимался болтун.