Два шага до горизонта - Алексей Калугин

Дождавшись, когда в коридоре затихли шаги шалея, парень приподнялся со скамьи и осторожно потянул за ручку двери. Дверь была заперта. Парень нервно провел рукой по волосам. Похоже было, что, следуя за шалеями, он вовсе не рассчитывал оказаться под замком в здании городской тюрьмы. Чтобы хоть как-то избавиться от растерянности и страха, парень снова накинулся на Граиса.

– Что, добился своего, правдоискатель? – язвительным полушепотом забормотал он со скамьи. – Теперь посидишь за решеткой!

Граис отошел в дальний конец клетки и оперся плечом о стену.

– Ты произносишь слишком много слов, – сказал он, не глядя на того, к кому обращался. – И при этом даже не задумываешься о том, какой смысл в них вкладываешь.

– Поговори, поговори пока, – быстро закивал головой парень. – Скоро тебе язык укоротят!

В коридоре снова послышались шаги.

Громыхнул дверной запор, и в комнату в сопровождении двух шалеев вошел одетый в синюю мантию судебный исполнитель. Он был толст и лыс и то и дело промакивал потную лысину шелковым носовым платком.

– Ну, что здесь у нас? – брюзгливым голосом, ни к кому конкретно не обращаясь, спросил он, усаживаясь за стол.

Рядом с ним пристроился писец. Чернильницу и писчие палочки он положил на угол стола. Доску с расстеленным на ней свитком установил на коленях.

– Это он! – сорвавшись со своего места, парень направил руку в сторону Граиса. – Тот самый бунтовщик!…

– Сядь, – недовольно поморщился судебный исполнитель и посмотрел на стоявшего рядом с ним шалея. – Излагай.

– Неизвестный, – шалей дернул подбородком в сторону запертого за решеткой Граиса, – был задержан на площади возле собора за то, что пытался возражать против наказания отступников.

Писец аккуратно записал каждое его слово.

– Как твое имя? – обратился судебный исполнитель к Граису.

– Граис из Сиптима, – ответил тот.

– Знакомое имя, – судебный исполнитель задумчиво почесал жирный подбородок, но, похоже, так и не вспомнил, где прежде слышал его. – Ты постоянно проживаешь в Халлате?

– Он самозванец! – вновь вскочив со своего места, закричал парень. – Граис из Сиптима, странствующий проповедник, подстрекавший людей к бунту, пятнадцать лет назад указом наместника был приговорен к казни!

– А ведь верно, – хлопнул ладонью по столу судебный исполнитель. – Слышал я эту историю. Что ж ты, милок, – с укоризной посмотрел он на Граиса. – Не хочешь назвать нам свое настоящее имя?

– Мое имя Граис из Сиптима, – повторил Граис. – И я именно тот странствующий проповедник, о котором вы говорите. Пятнадцать лет назад я действительно был приговорен к казни. Но не за призывы к бунту, а по ошибке. Волей Поднебесного я остался жив и получил свободу.

– Да? – склонив голову к плечу, недоверчиво глянул на Граиса судебный исполнитель. – Что-то в таком случае давно о тебе ничего не было слышно?

– Я странствовал в других землях, – ответил Граис. – В Халлат я пришел только вчера.

– И сразу же начал нарушать законы.

– Я не совершал никаких противоправных действий, – покачал головой Граис. – Я всего лишь высказал недоумение по поводу столь сурового и унизительного наказания людей, вся вина которых заключалась только в том, что они подвергали сомнениям то, что остальные принимают безоговорочно, как прописные истины.

Судебный исполнитель вопросительно взглянул на шалея.

Тот молча кивнул.

– Отступники не просто упражняют свой разум, – снова взглянув на Граиса, возразил судебный исполнитель. – Они выступают против учения преподобного Сирха, которое признано единственно верным учением на территории Йера.

– Подвергать что-либо сомнению вовсе не значит вступать с этим в конфликт, – ответил Граис.

Судебный исполнитель откинулся на спинку стула и, недовольно поморщившись, махнул рукой.

– Не люблю я эту словесную канитель. Есть закон об отступниках, и ты пытался нарушить его.

– Всего лишь подверг сомнению, – улыбнувшись, поправил Граис.

– Он даже не оказал сопротивления при аресте, – подал голос шалей.

– Так, – судебный исполнитель звучно припечатал влажные ладони к столу. – Давайте начнем сначала: за что был задержан этот… Граис из Сиптима? Только за высказанные сомнения?

– Свидетель, – шалей указал на пришедшего вместе с ним парня, – утверждает, что этот человек принимал участие во вчерашних беспорядках на рыночной площади.

– Я ничего такого не говорил! – протестующе взмахнул перед собой руками парень. – Я только сказал, что этот, называющий себя Граисом из Сиптима, похож по описаниям на объявленного в розыск северянина!

Судебный исполнитель устало потер пальцами виски.

– Я за вчерашний день повидал столько этих северян… К тому же, как выяснилось, беспорядки на рыночной площади были спровоцированы каким-то малолетним воришкой.

– А нападение на патруль на постоялом дворе, – напомнил писарь.

– Да… Точно, – кивнул судебный исполнитель. – Но никто из того патруля не смог описать напавшего на них. Они даже не помнят, из-за чего, собственно, началась драка. При чем здесь этот северянин?

– Но он утверждает, что он тот самый Граис из Сиптима, – робко произнес писарь. – Тот самый…

– Ну? – вперил в него свой взгляд судебный исполнитель. – Говори яснее.

– Граис из Сиптима был приговорен к казни… Нужно бы разобраться, каким образом ему удалось избежать наказания…

– Уф! – тяжело выдохнул судебный исполнитель. – Придется поднимать архивы…

Писарь беспомощно развел руками.

– Вот ты этим и займись! – ткнул в него пальцем судебный исполнитель. – Через три дня из Кахима вернется наместник – чтобы все необходимые бумаги к его прибытию были готовы! – Писарь быстро кивнул. – Поскольку это дело касается непосредственно интересов Кахимской империи в Йере, мой чин не позволяет мне заниматься им. Рассматривать его должен сам наместник.

Обрадованный таким простым и изящным решением, судебный исполнитель расплылся в самодовольной улыбке.

– Все записал? – спросил он у писаря.

Тот, продолжая водить писчей палочкой по бумаге, быстро кивнул.

– Постановляю до прибытия наместника содержать Граиса из Сиптима под стражей в городской тюрьме! – провозгласив свое окончательное решение, судебный исполнитель небрежно махнул рукой шалеям. – Отведите его в каземат. – Отыскав в складках мантии носовой платок, судебный исполнитель провел им по взмокшей лысине. – Проклятие, не помню, чтобы когда-то прежде в Халлате стояла такая невыносимая жара… Все! На сегодня больше никаких дел!