Цена слова - Елизавета Шумская

Направлялись они к телепортам на одной из площадей Стонхэрма. Тут ей не особо повезло. Сегодня дежурил ее знакомый маг. Она всю зиму снабжала его противоревматическими мазями. Были и более деликатные заказы. Если бы чародеи, руководившие мгновенными перемещениями, ее не знали, то был бы шанс, что они не вспомнят одинокую путешественницу, ведь, даже невзирая на выходной день, работы у них было по горло. Однако такой расклад путал все ее планы. Впрочем, ничего особо страшного, подумала она, еще был шанс, что друзья не бросятся за ней в погоню, хоть раз в жизни вняв ее просьбе, высказанной в записке.

Ива не знала, что же обрадует ее на самом деле – то, что они выполнят ее волю, или то, что не сделают этого.

– О, Ива, привет, ты куда это в такую рань?

«Ну вот, началось».

– Да послал тут… учитель! – соврала она. Впрочем, с большой натяжкой Катерину можно было так назвать, особенно учитывая сон про совращение мужчин. До сих пор щеки краснели при воспоминаниях!

– Владигор все не угомонится, да? – Маг, разумеется, все не так понял. – Куда на этот раз?

Травница назвала пункт назначения, перебросилась еще парой фраз со знакомым и наконец встала на телепортационную площадку.

Несколько мгновений… Магия, впившаяся в кожу иголками холода. И вот перед ней уже совсем другой пейзаж.

– Сходите, сходите, девушка!

«Интересно, почему, куда бы ты ни перемещался, первая фраза всегда такая?»

– Где она?! – Ло ворвался в домик девушек ураганным ветром. Время было непозднее, однако вся лучшая пятерка Земли, за исключением Ивы, собралась в гостиной. – Где она?! – зарычал он, оглядывая уже почти красными глазами комнату. Вообще-то они у него были темно-синие, но вот от ярости… крайней ее степени. Окно в спальню Ивы оказалось закрытым ставнями.

Компания радостно сорвалась со своих мест, предвкушая отлично влияющую на аппетит утреннюю потасовку. Больше всех радовалась Дэй. И Ивы нет, мешать не будет.

– Кто она?! – зарычала гаргулья. – Ты же Иву имеешь в виду, упырь? Тебе что, непонятно в прошлый раз было сказано, чтобы ты держался от нее подальше?!

Ее мало волновало, что ни Ива, ни Ло этого совета не услышали и выполнять не собирались, равно как и их мнение по этому поводу. Сейчас она эффектно ударила каменным кулаком по раскрытой ладони. Вампир, тоже радуясь, что можно на ком-то сорвать злость, оскалился и решил ее спровоцировать:

– Не хочу тебя огорчать, детка, но моя возлюбленная, – произнес он таким тоном, чтобы никто не остался в неведении о новом аспекте их отношений, – сама этой ночью пришла ко мне.

Дэй так скрипнула клыками, что молоко бы скисло. Грым и Златко тоже вызверились.

– И теперь ты ее не можешь найти, – вкрадчиво произнес Синекрылый, чувствуя, как буквально вся его благородная кровь закипает в венах. – А это значит…

– Ты ее изнасиловал! – взвизгнула Дэй и бросилась на вампира.

И началось. Они сцепились со всей яростью, в которой сейчас пребывали. Тут же подключились Грым и Бэррин. Расклад сил явно оказался не в пользу Ло, но, разъяренный выходкой Ивы и «теплым» приемом, вампир не собирался этого замечать. Черной, периодически искрящей от гнева и магии молнией он метался от противника к противнику, щедро одаряя каждого ударами рук, ног и колдовства. Ответ скупым тоже назвать было нельзя.

Все это чудное действо перемежалось воплями примерно следующего характера:

– Насильник!

– Упырь!

– Кровопийца!

– Урод!

– Это кто это еще тут урод?!

– Я тебе за Иву!..

– Она – моя! И я… ай!

– Только тронь ее еще раз!..

– И трону! И я ее не насиловал! Мы очень даже…

– Дайте я его убью!!!

Но эти слова с трудом вычленялись из общей массы нецензурной брани, щедрым потоком льющейся из всех четырех глоток.

В момент относительного затишья (слышны были только звуки тумаков и тяжелое дыхание) сидящий все это время на столе и подпиливающий ноготки Калли, оторвался от своего занятия и задумчиво произнес:

– Все-таки мне кажется, что Ло не насиловал Иву, – и посмотрел в потолок, – иначе она бы его уже или сама убила, или нас натравила, или Владигора.

Вся остальная компания так поразилась услышанному, что даже приостановила драку.

– Ты что, думаешь, будто она добровольно с этим упырем?!! – заорала больше всех разозленная этим фактом Дэй.

Эльф повел плечами, смерил вампира оценивающе-равнодушным взглядом и обронил:

– Он ей почему-то нравится.

Гаргулья хотела возмутиться то ли этими словами, то ли самим фактом, но ей помешал вопрос Златко:

– Тогда где же Ива? От такого шума она уже должна была проснуться.

– Клыкастая, ты видела Ивушку сегодня? – спросил тролль, мимоходом ткнув вампира в бок. Тот, однако, на автомате уклонился, с интересом ожидая ответа единственной в этой комнате девушки.

– Нет, – медленно произнесла та.

– А она вообще в доме?! – хором вырвалось у всех пятерых.

И они наперегонки бросились вверх по лестнице, отчего на ней тут же образовалась маленькая пробка. Ценой пары синяков и нехорошо скрипнувших перил она рассосалась, и скоро вся компания без стука ввалилась в комнату Ивы. Однако возмутиться такому произволу оказалось некому. Кровать была аккуратно застелена, а все остальное приведено в идеальный порядок. Златко рванулся открыть окно: света от проема двери явно не хватало.

– Нету! – выдохнул тролль, а Дэй нехорошо покосилась на вампира, готовая вновь броситься в драку.

– Это ты довел ее до такого! Бродит сейчас где-нибудь в истерике! Как бы с собой не покончила! – тут же выдвинула она предположение.

– А вещи зачем забрала тогда? – Калли, не церемонясь, распахнул шкаф и внимательно оглядел его содержимое. Грым ринулся в «лабораторию» травницы. Златко, нехорошо сощурившись, оглядел комнату и зачем-то направился к постели.

– Она забрала свой боевой набор, – появившись в дверях, заявил тролль. Таковым они называли те скляночки и травки, которые Ива брала с собой, когда отправлялась в опасный путь.

– И одежду для дороги, причем долгой, – выдал эльф, быстро проверив вещи подруги. У него была отличная память на вещи.

– И вот почему, – горько произнес Бэррин, выудив из-под подушки травницы сложенную вдвое записку.

– Что там, Синекрылый? – тут же подобрался поближе Грым.

Парень вздохнул и прочитал вслух:

«Ребята, я вынуждена уехать на какое-то время. Прошу вас, не переживайте, так надо. У меня есть одно дело, которое надо сделать именно сейчас. К сожалению, я не могу взять вас с собой. Во-первых, потому, что вам надо учиться, вы не должны вылететь за прогулы. А во-вторых, это только мое дело, я сама с ним должна разобраться. Прошу вас, очень серьезно прошу, если я вам дорога, не следуйте за мной. Для меня это будет лучшей помощью. Я вернусь, как только смогу.