Крупицы Хаоса. Магия и меч - Ольга Шермер

Мужчины довольно быстро выловили меня в толпе, пока я, приоткрыв рот, заслушивалась строчками и засматривалась картинками, что рисовало воображение. Эдрик самодовольно хмыкнул, Айден замер у меня за спиной, Шакс же возник по правую руку и усмехнулся:

– Нравится?

– Очень!

Долгий проигрыш отдавался в душе, и я поймала себя на мысли, что хочется прильнуть к Рейвеллу хотя бы одним плечиком, чтобы рассыпалась тревога, нагнетаемая мелодией. Но подобного я себе позволить не могла.

– Спорим на три золотых, что Шаксу слабо будет выскочить на центр площадки да сплясать что-нибудь залихватское?

– Я даже спорить не буду, – отозвался Айден. – Ему слабо. Постарел уже волчара.

– А чего только на три? – фыркнул в ответ Шакс.

– Пять, – тут же исправился гном.

– И что, вы мне оба выдадите по пятерке, если я докажу, что мне не слабо? – скрестил руки на груди Рей.

– А и выдадим, – с вызовом отозвался Айден.

Хищная ухмылка вновь мелькнула на лице Шакса, он резко развернулся ко мне и протянул раскрытую ладонь.

– Позвольте пригласить вас, миледи.

Я изумленно хлопнула ресницами, соображая, не послышалось ли мне.

– Вот хитрюга, – хохотнул гном.

– В условиях спора ведь не было сказано, что я должен делать это один, – победно вскинул голову Шакс. И я робко положила свою ладошку на его.

Мои пальцы сжали одновременно уверенно и нежно. Он сделал несколько шагов назад, утягивая меня за собой прямо на открытое пространство между музыкантами и публикой. На пару ударов сердца замер, после чего резко обхватил меня свободной рукой за талию, прижимая к себе, и прошептал:

– Если честно, танцор из меня не очень. Но десять золотых на дороге тоже не валяются.

Я хихикнула ему в предплечье, понимающе закивав. Мне за всю жизнь вообще довелось только пару серебрушек заметить в дорожной пыли, а уж о золотых я даже не мечтала.

Танцевать я тоже не умела. Сиара, конечно, убеждала меня, что я могу очень грациозно двигаться под музыку, но когда дело доходило до парных танцев, я могла лишь оттоптать ноги партнеру, а потом смущенно сбежать.

На нас откровенно глазели. Мне одновременно хотелось провалиться на месте и растянуть этот момент до бесконечности. Кружились мы осторожно, стараясь никого не задеть, но люди сами расступались, давая нам все больше пространства. В какой-то миг я осознала, что почти не касаюсь ногами земли. Лишь изредка ощущала каменную кладку – когда Рей отпускал мою талию и кружил, а после вновь подхватывал так, что кончиком носа я едва ощутимо касалась его.

Улыбка с его губ так и не сходила. И глаза были теплыми-теплыми, похожими на отблески ярких солнечных лучей, играющих на медленно желтеющей листве осенью, и чем пристальнее я вглядывалась в их глубину, тем сложнее было отвлечься.